Глава 7
Нетипичные типажи
С дедушкой Хару поговорил по телефону, скинул фото визитки через мессенджер. От возможности встретиться с Чан Минхваном в восторг никто не пришел, поэтому во вторник Хару сообщил Чанху, что дедуля все еще не очень хорошо себя чувствует, но, возможно, сам позвонит по указанному номеру. В общем, отложил принятие решения.
Вот только у Хару теперь не было возможности отделаться от Чанху, который в школе сопровождал его повсюду. Но, к счастью, болтать стал меньше, так что Хару удалось почитать в обеденный перерыв.
После школы Хару и парни из группы поехали в мастерскую семьи Сая. И это было… весело. Все порядочно измазались глиной, загубили несколько вариантов своих же кружек, много болтали и хохотали. Не считая Сая, самая аккуратная чашка получилась у Хару, чем он даже немного гордился. Хуже всего с гончарным кругом справлялся Шэнь. Это было по-своему удивительно, ведь вообще-то Шэнь очень ловкий и аккуратный. Но тут — одно неловкое движение пальцев и у него снова все криво.
С Black Thorn приехала достаточно большая съемочная команда — два оператора со специальным оборудованием. Они ходили за парнями по пятам, снимали крупные планы, а еще на штативе стояла камера попроще, для общего плана, где видно всех семерых. Плюс менеджеры, один визажист, два специалиста по звуку, просто стафф для переноса аппаратуры и режиссер от агентства, который руководит всем этим безобразием. Но… это действительно было весело, даже несмотря на толпу людей, которая за ними наблюдала. Скорее всего, потому, что весь стафф им уже давно знаком. Работники и сами хохотали, глядя на них, давали подсказки, которые заставляли всех еще больше смеяться. В общем — веселились от души.
В четверг ходили на бейсбол, там тоже все прошло в атмосфере веселья. Получалось у них не очень хорошо, но время провели прекрасно.
Субботу Хару ждал даже с нетерпением. Ему хотелось пройтись по горам, подышать свежим воздухом…
Так как это все же съемка для социальных сетей вместе с группой идет и стафф, то ночевать в лесу они не станут, разумеется. План был такой — их семерых, оператора и звукооператора высаживают в начале пешего маршрута. Они идут через лес, делают небольшую остановку у ручья, любуются природой и болтают. Маршрут у обычных людей занимает четыре часа, но они дошли за пять, потому что некоторые кадры снимали постановочно — парни ходили туда-сюда перед камерой, плюс красивые кадры природы, всякие веточки-цветочки… вроде и мелочи, а времени ушло прилично.
Финал их маршрута — кемпинг. Но не тот, где ты сам ставишь себе палатку и как-то выживаешь, а корейский, полностью облагороженный. Несколько шикарных палаток (точнее даже — шатров), внутри каждого — маленькая печка типа «буржуйки». Возле шатров — деревянный помост, там и столы, и стулья, и готовое место для жарки мяса. На территории кемпинга есть водопровод, туалеты, душевые, маленький магазинчик со снеками. Вроде и палаточная романтика, но максимально близко к цивилизации. И в шатрах действительно тепло, потому что есть печь-камин.
Пока шли к кемпингу, мало разговаривали. Хару в начале пути объяснил парням простые правила техники безопасности, рассказал о своем опыте прогулок, а дальше их разговоры сводились к фразам по принципу «Смотри, как красиво!». Ну, и еще оператор иногда давал указания.
Добравшись до кемпинга, они опять начали много смеяться. По плану надо было приготовить еду из тех продуктов, что им уже привезли. Ничего сложного — барбекю, рис, свежий салат из зелени, «битые огурцы» (это делегировали Шэню, потому что блюдо считается китайским), спринг-роллы с креветками, салат из соевых ростков. И парни прекрасно справились. Режиссер все уговаривал их что-нибудь сделать не так, чтобы было смешнее, но Хару протестовал — это будет неправдой, они могут быть смешными в других ситуациях.
[*Битые огурцы — это блюдо китайской кухни. Чтобы огурец лучше впитывал соус, его не нарезают, а разбивают на кусочки. Готовится быстро: разбитый на кусочки огурец смешивают со специями и соусами, убирают в прохладу минут на пятнадцать, подают к столу. *]
На самом деле, Хару кое-что привез с собой. Сольги и ее переводные татуировки натолкнули его на одну идею. Он заказал пару десятков пачек самых милых переводных татушек — принцессы, единороги, цветочки, феечки и все в таком духе. Перед тем, как ложиться спать, он отозвал в сторону Ноа:
— Я хочу кое-что сделать в качестве розыгрыша… разыгрывать будем тебя.
— И поэтому ты мне говоришь заранее? — скептически уточнил Ноа.
— В большей степени это для фанатов, — с улыбкой пояснил Хару. — В общем, твоя задача: делать вид, что спишь, даже если мы тебя разбудим. Парни вроде уже жаловались, что тебя тяжело поднять, так что…
— Все поверят, что я мог не проснуться, когда вы ржете? — хохотнул Ноа.
— Думаю — да. И вот еще… ложись спать без футболки.
— Звучит загадочно… А что именно ты собираешься делать, ты мне не скажешь, чтобы у меня была живая реакция? — уточнил Ноа.
— Как ты прекрасно меня понимаешь! — обрадовался Хару.
На том и разошлись.
Спать они всемером ложились на матрасах в большом шатре. Напротив поставили камеру на штативе, она будет записывать всю ночь, так что просить кого-то дополнительно об услуге не пришлось. Для работы камеры в шатре висел ночник, его привезли с собой, плюс в печи догорали дрова. Ноа, как и обещал, лег без верха, еще и поближе к камину — там теплее, а их австралиец вечно мерзнет. Хару приготовил свои татуировки, воду и губки. «На дело» пошли вместе с Шэнем — он перестал пить таблетки и снова засыпает с трудом (хотя и не так тяжело, как прежде), да и лежали они рядом. Вообще, у них многие в группе крепко спят. Тэюн, Сухён и Ноа умудряются сладко сопеть в самых шумных местах, да и Сая бывает тяжело разбудить утром. Но тяжелее всех встает Ноа, пару раз его приходилось тормошить изо всех