— Это верно, — одобрительно кивнул Игнат Иванович. — К тому же не забывай, что даже случись чего, наследник тоже делами заниматься станет, и та бумага и ему потребна будет, — лукаво усмехнулся он.
— Похоже, верно казаки сказывают. Императоры приходят и уходят, а земля родная остаётся, — вернул ему подначку парень.
— Всегда так было, — развёл дядя руками.
— Ладно. Бог не выдаст, свинья не съест, — вздохнул Егор. — Управимся.
— Вот и правильно, — поспешил согласиться Игнат Иванович.
— А вы надолго ль приехали, дядюшка? А то я впопыхах и не спросил толком, — осторожно осведомился парень.
— Ну, недели три у меня точно имеется, — отмахнулся дядя. — Я на службе себе отпуск испросил. Признаться, устал. А после того нападения меня и удерживать особо не стали. Князь понимает, что такие дела просто так не делаются и бесследно не проходят.
— Ну и слава богу. Хоть на охоту вместе сходим, — оживился Егор. — А то я тут со скуки уже принялся иной раз соседей на волчью охоту звать.
— И как? Приезжают? — заинтересовался Игнат Иванович.
— Так у нас соседи все старше вас, — огорчённо махнул Егор рукой. — Куда им стрелять, коль они и газеты без очков прочесть толком не могут? До смешного дошло. Они меня звали в своих уделах волков бить.
— Ну-ну, и что? — подтолкнул его дядя.
— Поехал. В трёх имениях соседних четыре стаи с казаками взяли. Да ещё и кабанов набили столько, что половину пришлось местным крестьянам отдать, чтобы мясо не пропало, — со смехом рассказывал парень. — У нас теперь волчьих шкур столько, что всю дворню в шубы одеть можем. Казаки у меня в таких и ходят.
— А вот это, Егорка, просто замечательно, — вдруг высказался Игнат Иванович, внимательно его выслушав.
— Что замечательно? Что казаки в волчьих шубах? — не понял Егор.
— То, что ты охотой своей соседям помогаешь, — отмахнулся дядя. — У нас тут, по всей округе, в соседях дворяне старых родов. Не именитые, но фамилий добрых. Как поймут, что к тебе с любой бедой обратиться можно, так сами станут за тебя в свете говорить.
— А чего за меня говорить? — снова не понял парень.
— Ох, Егорка, — покачал Игнат Иванович головой. — Иной раз ты умнее того мудреца, а иной — дурень дурнем. В семьях тех, помимо сыновей, ещё и девицы на выданье имеются. Глядишь, и сложится семья у тебя.
— Да я как-то теперь и не спешу особо, — вздохнул парень, сообразив, о чём идёт речь.
— Ништо, Егорка. Минует, — понимающе усмехнулся дядя. — Я вот тоже думал, что после Елены на иных женщин и смотреть не смогу. Ан нет. Как говорится, седина в бороду, бес в ребро.
— Неужто влюбились? — не удержавшись, поддел его парень.
— Ну, влюбиться, не влюбился, а вот с женщиной хорошей знакомство завёл.
— Надеюсь, хоть у неё дочери не имеется, — вздохнул Егор. — Мне в той истории Наталью более всех жалко.
— Вдова. Бездетна, богата и собой хороша, — коротко охарактеризовал Игнат Иванович свою избранницу. — А главное, по возрасту не шибко меня младше. На пять лет всего.
— И с чего живёт? — заинтересовался Егор.
— От мужа ей имение под Петербургом досталось. Вот она его и продала, а деньги все в банк положила. С тех процентов и живёт. Благо, помимо имения, у них ещё и дом в столице имелся. Она имение продала, а сама в том доме со слугами и проживает. Усадьба на речке Оккервиль стоит, — выдал дядя почти полный расклад.
— Усадьба, это хорошо, — одобрительно кивнул парень.
— К слову сказать, это ведь из-за тебя мы и познакомились, — вдруг ехидно усмехнулся Игнат Иванович.
— Из-за меня? — растерялся Егор. — Вот уж где меня точно не было, — тут же ушёл он в глухой отказ.
— Нас на приёме познакомили, а когда разговор про твои дуэли зашёл, тот знакомец мой, что меня представил, и поведал Глаше, что бретёр тот мой единокровный племянник, — продолжал веселиться дядя.
«Ага, она уже Глаша, — усмехнулся Егор про себя. — Похоже, дело дошло до горизонтальных развлечений. Ну, да и хорошо. Дядя мужчина крепкий, ещё в силе, а ласковая женщина прекрасный антидепрессант. С его работой это, пожалуй, даже необходимо».
— Чего молчишь-то, Егорка? — выдернул парня из размышлений вопрос дяди.
— А что тут скажешь? — развёл он руками. — Сложится — и слава богу.
* * *
На охоту с дядей они выбрались. Только не на волков, а на кабана. Стадо в очередной раз набралось наглости и подошло к самой деревне, пытаясь добраться до сеновалов и амбаров, где хранилось зерно. Так что охота получилась серьёзная. Отдав добычу крестьянам, они устроили дома небольшой праздник, радуясь удачному полю, а утром от жандармов прибыл очередной посыльный с бумагами для перевода.
Игнат Иванович, узнав ротмистра, оставил племянника заниматься делом, а сам отправился прокатиться по имению. Переведя документы, Егор уже собрался попрощаться с офицером, когда тот вдруг, словно невзначай, поинтересовался:
— Егор Матвеич, а дядюшка ваш надолго ль приехали?
— Отпуск ему на три недели выписали. Так что время ещё есть. А с чего вдруг такой интерес? — насторожился парень.
— Полковник велел сказать, что нам в управу из столицы циркуляр пришёл, за дядюшкой вашим особо присматривать. Вот теперь и думаем, как это лучше сделать, — тихо ответил ротмистр.
— А чего мудрить? — не понял Егор. — В имении ему ничего не угрожает, а вот ежели он в город соберётся, то те филеры, что за мной смотрят, пусть за ним и едут. Всё одно мы или вместе, или по одному выезжать станем. В том смысле, что или он поедет, или я. Нечего людей от дела отрывать. Впрочем, ежели мы вместе будем, так тут и казаков хватит, — быстро предложил он, попутно проигрывая про себя варианты решения проблемы с князем Растопчиным.
— Вот того полковник и боится, — вздохнул ротмистр. — После вас и допросить некого будет. Вы ж с вашими казаками края не знаете. Как начнёте палить, так всех наповал кладёте.
— Понимаю, но иного в таком деле