На улице было светло, но осень уже ощущалась во всём – в шорохе падающих листьев, в прохладном утреннем воздухе, в резких порывах ветра, в появляющихся всё чаще и чаще раскрытых зонтах.
Будильник ласково пропел «От улыбки станет всем светлей». Лёнька окончательно проснулся, встал и сразу отправился на кухню. Там привычно суетилась бабушка и вкусно пахло блинчиками.
– Садись, Лёнечка, – сказала она и придвинула ближе миску с дымящимися блинами. – Поешь, тебе силы нужны, четвёртый класс сложный, ещё столько месяцев впереди. Ну, ешь, ешь!
Лёнька положил блины на тарелку и щедро полил их сгущёнкой пополам с вишнёвым вареньем.
– Спасибо, бабуль, – сказал он. – Вкуснятина!
– Что в школе? – поинтересовалась бабушка.
– Всё норм! – ответил Лёнька и взял ещё один блин. – Завтра едем на книжную выставку. Екатерина Михайловна пообещала, что будет интересно. Там писательница про свою повесть рассказывать будет, а мы как раз недавно её читали, в ней про школу. Хочу вот тоже ей несколько вопросов задать.
– Каких же, Лёнечка? – поинтересовалась бабушка.
– Хочу узнать, как книжки пишутся, может, тоже напишу! – объяснил мальчик. – Ладно, ба! Побежал я! Мне после уроков к Аркадию Моисеевичу надо. Скоро турнир шахматный, ребята из других городов на него приедут.
– Ну беги, Лёнечка, беги! – Бабушка поцеловала внука в непокорный вихор на макушке и сунула ему в руки бумажный пакет с завтраком. – Возьми вот блинчиков с собой, в школе сам поешь и ребят угостишь.
По дороге Лёня встретил Даню Веселкова и Диму Думцева.
– Пацаны! – издалека закричал он. – Вопросы писательнице подготовили?
– Сегодня придумаю, – отозвался Даня. – Я не могу заранее, ты же знаешь, я сама неожиданность.
– А я даже в тетрадь вопросы записал, – сказал Думцев. – Люблю серьёзно подойти к делу. Что-то подсказывает мне, что вопросов будет очень много, мне даже жалко её, устанет писательница от нас.
– Да… – задумчиво протянул Лёнька. – Вот почему от нас Екатерина Михайловна не устаёт?
– Загадка, – вздохнул Веселков. – Хочу, чтобы завтра уже наступило! Смотрите, вон новенький в школу бежит!
– Саня! – крикнул Лёнька. – Дронов!
Саша резко остановился.
– Эй, ребята! – Он махнул рукой. – А я тут в школу тороплюсь, – объяснил он.
– Как тебе у нас? – спросил Дима Думцев. – Привыкаешь?
– Помаленьку, – по-взрослому ответил Саня. – Хочу с вами подружиться. Примете? – голос его дрогнул.
– Чего ж не принять? – шутливо произнёс Веселков. – Ты вроде парень неплохой, смешной. Да, пацаны? – Он посмотрел на друзей.
– Поживём – увидим, – ворчливо отозвался Лёнька.
– Что это вы тут задумали? – неожиданно раздался голос Яси Бегунковой.
– О! – обрадовался Старостин. – Яська!
– Она самая! Новенького в компанию принимаете?
– Угу, – подтвердил Саня. – Ты как, не против? – пробормотал он.
– Неа. – Яся помотала головой. – Количество мальчиков увеличивается, а я в гордом одиночестве, ну если не считать всех наших девчонок.
– Вот и славно, – свернул разговор Веселков. – Бежим, ребята, звонок скоро!
На следующий день после уроков четвёртый класс «Б» в полном составе вместе со своей классной руководительницей Ершовой Екатериной Михайловной и в сопровождении нескольких родителей прибыл на книжную выставку-ярмарку. Огромный павильон был заполнен стендами издательств и большим количеством людей.
– Куда нам идти? – растерянно спросила Настя, озираясь по сторонам. – Где проходит встреча с писательницей?
– Сюда, сюда! – махнула рукой мама новенькой ученицы Ани Красиной. – Екатерина Михайловна! У меня программа!
– И у меня тоже, – произнесла Яся Бегункова. – Здесь написано, что Елизавета Королёва ждёт читателей в зоне коворкинга.
– В зоне чего? – не понял Саня Дронов.
– Коворкинга, – растерянно повторила Бегункова.
– Это такое место, где все собираются вместе и работают над каким-то проектом, – с видом знатока объяснил Артём Брагин.
– Какой ты всё-таки умный! – Лёнька Старостин похлопал друга по плечу.
– Иногда писатели проводят встречи именно в зоне коворкинга, – продолжил польщённый Брагин. – Предлагаю пойти туда, – сказал он. – Вопросы у всех с собой?
– У меня все вопросы здесь! – Дима Думцев достал из рюкзака толстую тетрадь. – Целых двадцать штук придумал.
– Пойдёмте, ребята, – поторопила четвероклассников Катя Ершова. – Невежливо опаздывать на встречу.
Зона коворкинга, окружённая стеллажами с детскими книгами, оказалась довольно большой площадкой, с удобными мягкими разноцветными креслами и ковром посередине. На ковре стоял стол, за которым на высоком деревянном стуле сидела писательница Елизавета Королёва. В руках у неё был микрофон. Рядом нетерпеливо переминался с ноги на ногу ведущий.
– Подождите, Иван, – мягко попросила молодого человека Елизавета Королёва. – Смотрите, сколько к нам читателей торопится! Располагайтесь, ребята, садитесь, пожалуйста, – радушно пригласила она. – Вы из какого класса?
– Я звонила вам, – сказала Катя Ершова. – Четвёртый, – уточнила она.
– Да-да, помню, – подтвердила писательница и обратилась к ведущему: – Ну что, Иван, начнём?
– Можно сразу вопрос? – поднял руку Старостин.
– Сначала Елизавета Андреевна расскажет о своей книге, – остановил мальчика молодой человек.
– Ладно, – согласился Старостин. – Только я буду первым, – предупредил он.
– Ребята, – начала Королёва, – книгу «Четыре года смеха и слёз» я написала, когда работала в школе.
– Вы? – не сдержалась Настя. – Вы были учителем?
– Да, – улыбнулась писательница. – И как вы поняли из названия повести, начальных классов.
– Вот это супер! – засмеялись ребята.
– Наша Екатерина Михайловна тоже могла бы написать о нас книгу, – заметил Артём. – И в нескольких томах – по одному на каждый год.
– А что, это идея, – зашептала Яся, придвигаясь ближе к Кате.
– Дети, – строго сказал ведущий в микрофон. – Вопросы потом, предложения тоже. – Он посмотрел на Артёма.
– Вы читали мою книгу? – спросила Елизавета Королёва.
– Да! – дружно ответил четвёртый «Б».
– Читали и очень много смеялись, – добавил Дима Думцев. – У вас хорошее чувство юмора.
– Спасибо! – Елизавета Андреевна улыбнулась. – Быть учителем – это… – Она замялась. – Это…
– Круто! – подсказала Настя.
– Весело! – пробасил Саня.
– Интересно! Я, между прочим, собираюсь в педагогический институт после одиннадцатого класса, – скромно сказала Танечка.
– Ты уже сейчас решила, что станешь учителем? – удивилась писательница.
– Да, и вернусь в нашу школу, – решительно произнесла девочка.
– Какие забавные дети, – засмеялась Королёва. – А давайте поиграем! Представьте себе, что вы все писатели. Сейчас мы вместе придумаем сюжет истории и запишем его, а я потом, может быть, использую его в своей новой книге.
– То есть вы предлагаете нам стать вашими соавторами? – спросил Артём.
– В какой-то степени да, – подтвердила Елизавета Андреевна. – Иван, – обратилась она к ведущему, – раздайте, пожалуйста, всем листочки, мы принимаемся за работу!
В сумке Кати Ершовой зазвонил телефон.
– Простите, пожалуйста, – смутилась она. – Мне нужно идти. У меня сейчас интервью на радио «Образование и мы». Меня ждут, мы договаривались заранее…
– Идите, идите, – добродушно махнула рукой Королёва. – Мы с ребятами пока над нашей общей историей поработаем. А когда вы вернётесь, почитаем вместе, что получилось.
– Правда, Екатерина Михайловна, не волнуйтесь, – сказала Яся Бегункова. – Мы долго будем писать, сюжетов для рассказа у нас полно!
Глава 3
Что вы думаете по этому поводу?
На втором этаже выставочного павильона расположились студии, в которых с раннего утра работали разные радиостанции. Катю Ершову ждали два журналиста, ведущие программу о школьном образовании. Их помощница прикрепила маленький чёрный микрофон к воротнику Катиного платья и поставила рядом с гостьей стакан с водой.
– Через пару минут начинаем, – сказала ведущая. – Видеотрансляция работает? – спросила она у напарника.
– Всё в порядке! – бодро отрапортовал он. – Да вы не волнуйтесь так, Екатерина Михайловна! – обратился журналист к Ершовой. – Мы не страшные, не съедим вас.
– А вдруг? – попробовала пошутить Катя и взяла ледяными пальцами стакан. – Хорошая вода, вкусная, – сказала она дрожащим голосом.
– До эфира десять секунд! –