Два имени: Ко Тхэджун и Юн Санхо. Они сменялись, переплетались, накладывались друг на друга.
Два имени… что бы это могло значить? Оба имени мужские, но одержимая говорила, что она погибла, а он еще жив… Кто тогда этот третий человек?
Одержимая резко дернулась, и я едва успела отшатнуться от зубов, которые клацнули совсем рядом с моим лицом. Ю Сора упала обратно на кровать и затряслась от смеха.
– Что же ты замолчала? Давай, продолжай свой ритуал, выгони меня из этого тела! И тогда он тоже погибнет, ведь никто не найдет его вовремя! Зато я вернусь и приду на этот раз за тобой и твоими близкими! – зашипела одержимая. – Твоя мать умерла, хоть ты и цепляешься за иллюзию, что это не так. Своего отца ты даже никогда не видела! Вот и твоя ученица скоро отправится к твоим любимым духам предков! Но убивать ее я буду медленно… Может даже, у тебя на глазах. И тот юный медиум… Какая жалость, что его жизнь оборвется столь рано! Духи разорвут его изнутри, они сожрут его мысли, сделают своей марионеткой. Он своими руками перережет горло твоей любимой ученице, а затем очнется и поймет, что натворил. Как думаешь, он переживет это? Думаю, он покончит с собой. Повесится на сосне рядом с вашим домом!
Я пыталась не поддаваться, и все же слова злого духа, даже не сами они, а энергия, их пронизывающая, отравляли меня. Сопротивляться было все сложнее, отчего сердце тревожно забилось, а дыхание заметно отяжелело. Перед глазами плясали тени, так и норовя лишить мое зрение четкости, но я приказала себе собраться и громко спросила, пытаясь заглушить звон в ушах:
– Кого ты убила? Отвечай! И где тот, о ком ты говоришь? Тот, кто все еще жив?
– Где он?.. – Одержимая, склонив голову к плечу и медленно растянув губы в широкой ухмылке, указала пальцем вперед. – Прямо за твоей спиной.
Кто-то схватил меня за плечо и зажал мой рот рукой. Почти весь свет в палате погас, кроме единственной лампы на стене, и даже солнце за окном будто бы исчезло. Я попыталась, но не сумела вырваться и вдруг осознала, что одержимая указала мне за спину. Она подняла руку, которая больше не была привязана к кровати. Хватка пропала, и я резко обернулась… но за мной никого не было.
Повернувшись обратно, я увидела, что Ю Сора спокойно сидит на кровати, скрестив ноги и расслабленно сложив руки перед собой. Бинты пропали, и теперь я разглядела, что ее руки, шея и половина лица покрыты множеством плохо заживших порезов.
Ко Тхэджун, Юн Санхо, Ко Тхэджун, Ко Тхэджун, Юн Санхо, Ко Тхэджун, Юн Санхо, Ко Тхэджун, Юн Санхо, Юн Санхо, Ко Тхэджун…
Снова и снова.
– Вот так разговаривать будет куда удобнее, – шипящим шепотом заметила Ю Сора и подалась вперед, уперевшись изуродованными руками в кровать. Взгляд ее почерневших глаз впился в меня. – А то у меня уже и шея, и руки затекли.
Я тут же вновь взмахнула ножами и указала одним из них на одержимую:
– Убирайся из этого тела! Я…
В долю секунды Ю Сора подскочила на кровати и бросилась ко мне. Она на удивление сильно толкнула меня, так что я врезалась спиной в стену. Удар выбил воздух из легких, ножи выпали из рук и со звоном упали на пол. Не успела я опомниться, как одержимая пнула их в сторону, надавила предплечьем мне на горло, крепче прижимая к стене, а второй рукой приставила к моему животу непонятно откуда взявшийся скальпель.
– Только дернись, и я выпущу тебе кишки, – прошептала Ю Сора с кровожадной улыбкой. Казалось, она совсем не будет против, если я все же дернусь. – Ну что, приступим? Я же обещала тебе, что мы весело проведем время.
Она быстро приставила скальпель к моему горлу. В опасной близости от артерии.
– Не дергайся, – повторила она жутким размноженным голосом. – Если моя рука дрогнет и я ошибусь, твоя кровь раскрасит половину этой палаты… Знаешь, как кровь хлещет из раны на горле? Я вот знаю. И ты рискуешь выяснить… на собственном опыте.
Она, запрокинув голову, вновь рассмеялась, но продолжала слишком крепко держать меня. Я могла, впрочем, попытаться вырваться…
Но у меня появился кое-какой план. Рискованный. Донсу бы сам меня за подобный убил, но, к счастью, его сейчас не было в палате.
– Будешь кричать? – вновь посмотрев прямо мне в лицо своими затянутыми чернотой глазами, уточнила Ю Сора. – Надеюсь, да. Громко. Хочу услышать, как из твоего голоса исчезнет вся самоуверенность. А еще, чтобы твой медиум все же заглянул сюда и я поиграла еще и с ним.
Продолжая говорить заговорщицким шепотом, одержимая вонзила острие скальпеля в мою кожу, и я почувствовала вспышку боли, а затем – тепло собственной крови. Ю Сора медленно провела скальпелем и, оторвав его, вновь порезала мою шею. И снова. И снова.
– А вот и мое имя… лишь раз. Как думаешь, сколько еще я успею написать до того, как ты сдохнешь?
– Нисколько, – отозвалась я и с силой пнула ее по колену.
Одержимая лишь пошатнулась, словно и не почувствовала боли, но даже этого было для меня достаточно. Я быстро перехватила ее запястье и, выкрутив его, вынудила одержимую отпустить скальпель. Стоило тому упасть на пол, как я пнула его к самой двери, а после оттолкнула Ю Сору подальше от себя.
– Тварь! – завизжала она.
В этот момент дверь резко открылась, и на пороге появился Донсу, лицо которого застыло от тревоги.
– Слишком долго… – начал было он, но осекся.
Одержимая посмотрела Донсу прямо в глаза и хищно улыбнулась.
Глава 22
Гниль, разложение и кровь
Чон Донсу
Слишком долго.
Эта мысль крутилась у меня в голове последние пять минут. Я понимал, что обряд по изгнанию злого духа может занять не то что несколько часов, а даже несколько дней, и все же… слишком переживал.
Периодически до меня доносились приглушенные дверью крики, визги и смех, но пока я не услышал ничего особо подозрительного. Или нового. Когда несколько раз побываешь на обрядах экзорцизма, и не такому станешь свидетелем. Тем более эти крики перемешивались с монотонным голосом Намгун Бёль и звоном чегым.
Но затем… когда стало совсем тихо, я насторожился. Тишина продолжалась еще несколько минут, и, вопреки словам Намгун Бёль, я решил проверить,