Но речь сейчас шла не об этом, а о том, что если в той самой Великой Академии, такие молоденькие дамочки являются преподавателями, то… Вспоминая школу, в которой он когда-то учился, Максим действительно с большим трудом сдержал наглую ухмылку. Если бы такая учительница пришла в какую-нибудь школу, то у неё были бы проблемы. Не столько с учениками младших классов, сколько с родителями и учениками старших классов.
Именно с такими мыслями Максим и позволил себе слегка задремать, оставив всё на откуп этим двум дамочкам, сейчас кружащимся вокруг него, как две акулы вокруг куска кровоточащего мяса. Сами хватать не могут, потому что опасаются атаки со стороны себе подобной особи, а другим тоже не дают подойти. Потому что жалко отдавать добычу. Ну, по крайней мере сейчас, глядя на них сквозь опущенные ресницы, у парня было именно такое впечатление. Которое только усиливалось их шёпотом, доносящимся до него благодаря его острому слуху.
………
Эти жёсткие носилки, больше похожие на стол вивисектора, жутко тряслись. Каждый шаг помощников лекарей, что их несли, сейчас отдавался гулким ударом в его теле… Как удар. Как напоминание. Как полноценный приговор.
— А-а-а-а!!!
Очередной крик боли разорвал воздух. Сорванный. Хриплый. Всё тело Фен Ли резко выгнулось на носилках от нового приступа боли. Его пальцы судорожно сжимали края ткани. Ногти впивались в дерево поручней носилок. Но он… Почти не чувствовал этого. Потому что боль… Была глубже. Гораздо глубже.
— Мой… даньтянь… — Всё же выдохнул он сквозь зубы.
И сам же… Снова закричал. Потому что внутри… Была пустота. Не просто рана. Не просто повреждение. Пустота. Он попытался. Снова. Как делал это тысячи раз. Призвать… Собрать… Выпустить силу в виде контролируемого пламени… Но… Ничего. Ни жара. Ни отклика. Ни даже малейшей тени силы. Там, где раньше… Бурлило пламя… Теперь… Была холодная, мёртвая тишина.
— Нет… нет… НЕТ!!!
Он забился сильнее, и носилки качнулись.
— Держите его! — крикнул один из лекарей.
Двое стоявших рядом санитаров тут же навалились, прижимая его плечи. Но Фен Ли… Уже ничего не слышал. Он чувствовал только одно. Конец. Вся его жизнь… Все годы тренировок. Каждый вдох. Каждый удар. Каждая капля крови… Были посвящены одному. Стихии Огня. Его силе. Его будущему. И теперь… Этого не было.
— Я… я же… — его голос сорвался. — Я наследник… семьи Ли… Я… должен был…
Слова рассыпались как горка песка под сильным ветром. Как пепел. Потому что он сам понимал. Наследник… Без силы — это не наследник. Это… Позор. Его дыхание стало рваным. Глаза расширились. Он увидел вспышками всплывающие лица. Старейшин… Своего отца… Союзников семьи… И… Врагов… Все они… Будут смотреть на него. Как на… Мусор.
— Нет… — прохрипел он.— Нет… я не…
И вдруг… Его лицо исказилось.
— ЭТО ОН!!!
Новый крик сорвался с его пересохших губ. Яростный. Безумный.
— ЭТОТ УБЛЮДОК!!!
Он дёрнулся так резко… Что один из лекарей едва не потерял равновесие, но стоявший рядом санитар успел снова навалиться и удержать его.
— Успокойся! — рявкнул тот.
Но Фен Ли… Уже ничего не слышал. Перед его глазами сейчас стояло лицо. Спокойное. Наглое. С этой… Мерзкой усмешкой.
— Мин-сок… — прошипел он с такой ненавистью… Что даже воздух вокруг словно сгустился.
— Ты… сдохнуть должен был… В том проклятом ущелье…
Его глаза расширились ещё сильнее. Потому что теперь… Его мысль… Сформировалась полностью.
— Ты просто не мог там выжить… Ты никогда не был культиватором! Откуда у тебя мог взяться корень духа?
Это был всего лишь шёпот. Хриплый. Пугающий.
— Никто…Не выживает там… НИКТО!!!
Он снова закричал. Но теперь… В этом крике было не только боль. Там был страх. И… Непонимание.
— Как… — Прохрипел он. — Как ты выбрался… Что ты там нашёл… КЕМ ТЫ СТАЛ… Почему… Почему у тебя… ТАКИЕ ГЛАЗА!!!
Носилки продолжали двигаться. Но для него… Мир уже распался. Он снова попытался собрать силу. Снова… Снова… Снова… Но каждый раз… Натыкался на пустоту. И это… Ломало его куда сильнее любой боли. Слёзы паники выступили на глазах. Горячие. Беспомощные.
— Я… всё равно… — прохрипел он.
С трудом. Через боль. Через отчаяние.
— Я тебя… уничтожу… Слышишь… ублюдок… Я… тебя…
Его голос снова сорвался, но губы продолжали шевелиться.
— Убью…
Лекари переглянулись. Молча. Они видели это раньше. Он был не первый… И не последний… Кто терял не просто силу. А… Смысл жизни. Один из них тихо выдохнул.
— Поздно…
Почти шёпотом. Потому что он знал главное. Даже если тело можно будет спасти. То, что было внутри… Уже было окончательно разрушено. Безвозвратно. А Фен Ли… Продолжал биться на носилках как зверь, который уже понял… Что клетка закрылась. Навсегда. Дверь распахнулась резко. Носилки почти внесли… А не занесли.
— Сюда… — лениво бросил голос из глубины комнаты.
Без спешки. Без интереса. Как будто… Принесли не наследника благородной и весьма влиятельной семьи. А очередной кусок мяса. Комната лекаря была прохладной. Чистой. Но… Без души. Стеллажи с пилюлями. Свитки. Инструменты. И человек… Стоящий у стола. Средних лет. В дорогих, но не вычурных одеждах. С холодными глазами. Который даже не поднялся навстречу.
— Опустите. — сказал он.
И только тогда… Медленно подошёл. Фен Ли застонал. Но стоило ему увидеть равнодушное лицо лекаря… Как в его глазах вспыхнула злость.
— Ты… — прохрипел он.— Я… наследник семьи Ли… Ты обязан…
Лекарь даже не дослушал. Он просто… Положил два пальца на запястье парня. Проверил пульс… Попытался проверить меридианы, но обнаружил только уже развеивающиеся остатки. Его взгляд стал чуть внимательнее. На мгновение. А затем… Вернулся к прежней холодной отстранённости.
— Жив… — коротко сказал он. И… отвернулся…
— ЧТО⁈ — Тут