– Думаешь, с остальными всё хорошо? – взволнованно спрашивает девушка.
– Шутишь? Илья этих волков голыми руками разорвёт, забыла?
– И то верно. – Чувствую сквозь кофту, как Вася улыбается.
Выждав ещё немного, первый выхожу из дома и, убедившись, что вокруг пусто, зову Васю. Через десять минут мы возвращаемся в лагерь. Как я и думал, лагерь пуст. Палатки собрали и отнесли к машинам.
– Вася! Гордей! – со стороны дороги к нам бежит Всеволод. – Слава богу, с вами всё хорошо! Гриша и Илья собирались идти за вами. Вы слышали волков?
– Мы на них наткнулись, – говорит Вася, на что Всеволод громко охает.
– Где? Как вы…
– В машине расскажем, – прерываю я и направляюсь к дороге, скрываясь то ли от волков, то ли от того, чтó почувствовал в охотничьем домике.
Глава 6. Сыграем?
Полина
С нашей поездки в Скайпарк я не видела Юру три дня. Они с отцом и братом уехали на несколько дней к родственникам в Краснодар, и все эти дни я работала над книгой и гуляла по Поляне одна. Ну ладно, не совсем одна – вчера мы с Бернардом и бабушкой совершили двухчасовой променад по окрестностям. На второй день Юриного отсутствия я явно ощутила, как мне не хватает моего кудрявого бариста. Стоп. Я серьёзно сказала «моего»? Поля, тормози. Юра – самое натуральное общественное краснополянское достояние. Кажется, его тут вообще все знают и любят: бабушки в овощной лавке чуть ли не за щёки треплют, мальчишки, играющие в футбол на спортплощадке, вечно зовут присоединиться к ним. Ну, а девушки… Ну, конечно, на Юру засматриваются. Подумаешь, всего лишь высокий кучерявый харизматичный красавчик с чёрным пикапом, шикарным голосом, семейной кофейней и хобби в виде вязания. Правда, о последнем знаю только я. В общем, по Юре я заскучала ещё два дня назад, поэтому, когда сегодня утром получила от него сообщение, в котором он попросил освободить для него сегодняшний вечер и надеть что-нибудь элегантное, а также взять паспорт, я подскочила с кровати и начала танцевать.
Хоть после прыжка с моста я написала ещё целых две главы, наше соглашение с Юрой продолжает существовать. Перед отъездом он пообещал свозить меня в место, в котором, как он сказал, я ещё ни разу не была. Получается, мы поедем туда сегодня? Но почему вечером? Почему нельзя дождаться завтрашнего утра? И самое главное – зачем паспорт?
Из размышлений вырывает телефонный звонок. С дисплея на меня смотрит Гордей в очках-сердечках.
– Привет! – отвечаю на звонок.
– Привет, Ларионова! – весело орёт в трубку бывший однокурсник.
– Доброе утро, Вилицкий, – отвечаю в его же манере, невольно улыбаясь.
– Надеюсь, я не отвлекаю тебя от твоего секси-бариста?
Я рассказала Гордею о Юре, о чем теперь сильно жалею.
– Завидуешь, что из твоих компаньонов только картофельные грядки? – подкалываю в ответ Вилицкого.
В трубке слышится приглушенный смех друга.
– Так чего звонишь?
– Просьба у меня к тебе, Поль. Можно сказать, крик о помощи.
– Что? Гордей Вилицкий нуждается в помощи? Мне не послышалось?
– Смейся, смейся, приколистка. Я вообще-то обращаюсь за советом к тебе как к человеку, который лучше всех разбирается в сопливой романтике.
– С книгой помогать не буду, – отвечаю тут же. – Сам выкручивайся.
– Я по другому поводу. Скажи, как организовать крутое свидание? Ну, чтобы девчонка точно поплыла.
Тут уже начинаю смеяться я.
– Вилицкий, ты меня пугаешь. Романтическое свидание? Серьёзно? Это на тебя так деревенский воздух действует?
– Поля, душа моя, смейся сколько угодно, но потом. Помоги, а?
Ну как я могу отказать? Не каждый день о помощи просит сам Гордей Вилицкий. Видимо, ситуация критическая, совсем отчаялся.
– Нет ничего лучше классики, – подумав, говорю я.
– А чем тебе ребристые не нравятся? – ехидно спрашивает парень.
– Придурок. – Закатываю глаза. – Я о другом. Ты в деревне. Так зачем что-то придумывать? Гениальное на поверхности. Сеновал, костёр, ночное небо, один плед на двоих…
– …пауки и полевые мыши, – продолжает Гордей. – Цистит.
– Ну какая тебе романтика, скажи? – вздыхаю я.
– Ладно, прости. Сеновал и звезды вроде звучит неплохо, – все же соглашается Гордей. – А у вас с бариста до сеновала уже дошло?
– Он просто помогает мне с книгой! – вспыхиваю я.
– Конечно, конечно, – хрюкает в трубку Гордей. – Просто тратит на тебя своё время вместо того, чтобы валяться на диване после рабочего дня. Мы, парни, если что, такое просто обожаем.
Из разговора узнаю, что Гордей уже написал одну треть книги. Значит, мы с ним идём где-то вровень. По его словам, писать о любви легче лёгкого, а как у него дела на самом деле – никто не знает. Это же Гордей, сложности бывают у всех, кроме него.
Вечером почему-то дольше, чем обычно, стою перед шкафом, тщательно выбирая аутфит на вечер, и помимо геля для бровей и туши наношу на лицо ещё лёгкий слой румян. В итоге надеваю шёлковый брючный костюм насыщенного алого цвета с закрытым декольте и почти полностью обнажённой спиной, волосы завиваю в локоны и убираю их большим чёрным крабиком в пучок.
Подойдя к кофейне, вижу уже ожидающего меня Юру. Клянусь, если бы не кудряшки, я бы точно его не узнала. Сегодня вместо привычного худи и спортивных штанов на нём широкая рубашка, свободно заправленная в чёрные брюки. Цвет рубашки меня тоже приятно удивил – красная, как и мой костюм. Сегодняшний Юра сильно отличается от Юры, к которому я привыкла. И если до этого я считала его просто красивым, то сейчас в моей голове крутится только одно прилагательное – «идеальный». Да что там, он словно сошёл со страниц любовного романа! Божечки, хорошо, что я всё же надела костюм, а не джинсовую юбку!
– Очень, – Юра говорит медленно, осматривая меня, – впечатляюще. Ты очень красивая, Полин.
– Спасибо, – отвечаю я, смущённо смотря под ноги.
Могла бы обойтись без румян, и так, наверное, все щеки красные. Дурацкий Гордей, всё из-за него, это он подсадил меня на все эти