– «ЛОЛ. Лето, Одноклассники, Любовь». Надеюсь, тебе понравится, – комментирует Василиса, когда на экране появляется заставка фильма.
Впервые вижу этот фильм, если честно, но, даже если бы она выбрала провалившуюся с треском в прокате «Белоснежку», я всё равно бы не сказал ни слова против. Весь фильм тайком разглядываю Василису, желая запомнить перед отъездом каждую возникающую на её лице эмоцию. То, как она хмурится, когда бывший главной героини зажимает у стенки другую девчонку. То, как улыбается, когда лучший друг этой Лолы (да, я запомнил, как её зовут) ревнует ту к какому-то байкеру. Как прикусывает нижнюю губу, когда герои наконец целуются на одной из вечеринок. К середине фильма замечаю, что Вася дрожит.
– Ты как? – тихо спрашиваю её.
– Холодно, – отвечает она.
Притягиваю её к себе, укутывая по подбородок пледом, обнимаю двумя руками. Вася кидает на меня удивлённый взгляд, но молчит. Хорошо, потому что, кажется, тут и без слов всё ясно.
Во время финальной сцены, когда все герои собираются на музыкальном выступлении того самого друга Лолы, хочу спросить у Васи, что мы будем смотреть дальше, но, опустив взгляд, вижу, что глаза девушки закрыты. Уснула! Делаю звук тише и, прежде чем отнести Василису в комнату, долго сижу, не шевелясь, продолжая сжимать её в своих объятиях. Слишком тяжело отказаться от подобного удовольствия.
Переложив Васю на её кровать, иду в ванную, мочу в холодной воде полотенце и прикладываю к её лбу. Температура всё ещё высокая, поэтому ставлю себе несколько будильников с напоминаем, когда надо повторить процедуру. Осталось уладить ещё один вопрос.
Выхожу в коридор и звоню Борису, чтобы сообщить, что мероприятие я всё же буду должен пропустить. В ответ получаю кучу недовольных матов и ругательств.
– Ты же понимаешь, что у тебя есть обязательства перед организаторами? – сердито спрашивает бренд.
– Понимаю.
Как и то, что самое главное моё обязательство сейчас лежит за стенкой и сильно во мне нуждается.
Глава 12. Вынужденная мера
Полина
К большому удивлению, когда я сообщила своему агенту о том, что вынуждена задержаться в Сочи ещё на какое-то время, вместо нотаций и возмущений услышала лишь пожелания скорейшего разрешения ситуации. А ещё через полчаса агент перезвонил мне с новостью о том, что местный книжный хотел бы устроить фан-встречу со мной, и раз уж я всё равно буду в это время в городе, то будет логично согласиться.
Встречу тут же назначили на послезавтра. Получается, сразу после отработки в казино за мной заедет машина. А вечером я пойду на музыкальный вечер, где будет петь Юра. Всё складывается как нельзя лучше, если бы не одно НО.
– Швабры и вёдра находятся в правом углу кладовки, – объясняет мне Иоанна Ивановна, женщина, работающая в казино уборщицей. – Тряпки я убираю в боковой шкафчик, вот сюда. Будет хорошо, если ты тоже будешь всё возвращать на место.
Она делает акцент на слове «всё», намекая на причину моего пребывания здесь. Будто бы, если я пыталась украсть местную реликвию, мне обязательно нужно присвоить и её тряпки. Продолжая объяснять, что от меня требуется, Иоанна Ивановна провожает меня в один из залов и, смерив напоследок недоверчивым взглядом, оставляет одну.
Окунаю швабру в ведро с автоматическим отжимом и начинаю мыть пол. Зал настолько большой, что на его уборку у меня уйдёт минимум часа два. Неприятно, но явно лучше, чем разбирательства в суде. Дверь с характерным хлопком открывается снова. Подпрыгиваю от неожиданности и поворачиваюсь, уверенная в том, что это Иоанна Ивановна вернулась проследить за тем, чтобы я всё же ничего отсюда не украла, но в проёме вижу Юру. Поправочка – Юру со шваброй в руке.
– Ты же не думала, что я оставлю тебя отбывать наказание одну? – Мужской голос эхом разносится по пустому залу.
– Как ты меня нашёл? – Удивлённо смотрю на парня, все ещё не веря в то, что это не глюк и Юра действительно пришёл мне помочь.
– Женщина с сиреневыми волосами, – поясняет Юра, имея в виду Иоанну. – Довольно милая.
– Не со всеми, – фыркаю, вспоминая то, как та на меня смотрела.
– Ты права, – соглашается Юра, – со всеми, за исключением коварных воришек.
– Ты назвал меня коварным воришкой? – хихикаю я.
– Коварнейшим из всех, кого я встречал, – голосом мурлыкающего кота отвечает Юра и затем подходит и обнимает меня со спины. – Давай быстро уберёмся и пойдём на набережную. Куплю тебе мороженое, м?
– Ну вот, ты сказал «мороженое», и я больше не считаю сложившуюся ситуацию ужасной.
Юра поворачивает меня к себе и аккуратно приподнимает большим пальцем мой подбородок, заглядывая в глаза.
– Сильно грустишь, да? – спрашивает он.
– Нет, всё к лучшему, – отвечаю я сразу же, не думая. – Агент договорился о фан-встрече в Сочи, и я попаду на твой музыкальный вечер. Я даже рада, что всё так получилось.
– Точно? Потому что я чувствую себя конченым эгоистом, ведь я очень рад, что тебе пришлось задержаться.
– Ты не можешь быть конченым эгоистом хотя бы потому, что вместо того, чтобы отдыхать перед работой, пришёл сюда мыть полы.
– Как в той книге, да? – неожиданно спрашивает Юра. – Её заставили убирать после студенческой вечеринки актовый зал, а он пришёл ей на помощь.
– Ты помнишь? – Ошарашенно смотрю на парня. Только что он описал фрагмент из одной моих книг.
– О да. Как и то, что было во время их уборки.
– О нет, – произношу я шёпотом, наблюдая за достающим из кармана телефон Юрой. – Нет.
– Макс включил ту самую песню из «Отличницы лёгкого поведения», – дословно цитирует мою книгу Юра. – Швабра в его руках превратилась в микрофон на стойке. – Юра ставит свою швабру подобно тому, как написано в книге. – И, посмотрев на меня взглядом, полным веселья, запел низким красивым голосом.
И Юра действительно начинает петь.
Take me away. A secret place.
A sweet escape. Take me away.
Он обводит зал левой рукой, продолжая смотреть прямо на меня так, будто бы больше ничто в этом мире не заслуживает его внимания. Уже не в первый раз благодаря Юре я ощущаю себя одной из книжных героинь. Никто до него не дарил мне подобных ощущений. И это невероятное чувство. Словно всё вокруг – лишь декорации, созданные только для нас двоих.