Он снова целует меня, на этот раз в лоб, ненадолго задерживаясь в этом положении и глубоко дыша, а когда отстраняется, я вижу вспышку вины в темном взгляде. Мне это ни капли не нравится.
– Оставайся в поместье. Я буду наблюдать, – говорит он, прежде чем развернуться и покинуть террасу, оставляя меня стоять под звездами в оглушительной тишине, похожей на ту, что бывает только в открытом космосе, где почти нет частиц, передающих вибрации. Не слышно даже стука моего сердца, потому что сейчас я почти уверена в том, что, уходя, Хайден забрал его с собой.
Глава 27. Розмари
От Хайдена не было вестей целых три дня, и за это время я чуть не сошла с ума, затянутая в круговорот мыслей, мучивших меня с момента его ухода. На четвертый день у нас на пороге появились сразу три женщины, выглядящие настолько по-разному, что я поначалу опешила. Но поскольку им удалось дойти до особняка, миновав охрану и не получив возражений от отца, мне стало любопытно.
Первая Ремеди Ройстон, с которой я уже имела честь познакомиться на благотворительном вечере. В ее дерзком наряде, состоящем из черной кожаной куртки и таких же кожаных штанов, обтягивающих стройную фигуру, не было ничего милого. Ремеди заверила, что все они являются частью «Стикса» и пришли по просьбе Хайдена. Я не так много знала об организации и ее деятельности, но они разбирались со злом, и этого было достаточно, чтобы ослабить мою защиту.
Вторую девушку звали Наоми Рид, и она была даже ниже меня ростом. Похоже, ей нравилось носить одежду своего парня, поскольку мешковатый свитер выглядел как минимум на три размера больше и пах мужским одеколоном. А третья, самая яркая девушка, выглядела как лесная нимфа, живущая в бутоне фиалки, – Элси Грин. Вся ее одежда оказалась сиреневой, даже кончики светлых волос были выкрашены в тот же оттенок.
– Здесь есть уединенное местечко, где мы можем поговорить? – спрашивает Элси, осматриваясь в гостиной восточного крыла.
Я прищуриваюсь, ведь если они действительно от Хайдена, то должны знать, что разговор окажется односторонним.
– Мы уже в курсе, что ты талантливая актриса, – воркует Ремеди, щелкая наманикюренным пальцем мне по носу. – Так что веди туда, где нас не смогут подслушать.
Ладно, похоже, что Хайден доверяет им все секреты.
Так мы вчетвером оказываемся в моей комнате, но прежде чем кто-нибудь скажет хоть слово, Наоми включает свой планшет и сосредоточенно проверяет, нет ли поблизости подслушивающих устройств. Хайден делал то же самое, когда служба безопасности подверглась его дотошной проверке.
– Чисто! – оповещает Наоми, бесцеремонно плюхаясь на кровать прямо в ботинках.
– Итак. – Ремеди расхаживает по комнате, рассматривая стену с фотографиями и книжные полки (готова поспорить, она прямо сейчас делает какие-то мысленные заметки), в то время как Элси просто стоит перед окном, поглядывая в сад и улыбаясь. – Значит, ты и Дрейк, – улыбка на лице Ремеди немного пугающая.
– Мы думали, он сделан из железа и питается от генератора, – шутит Элси, аккуратно запрыгивая на подоконник и начиная болтать ногами.
Почему эти странные женщины здесь? И почему это не вызывает дискомфорта, а, наоборот, походит на пижамную вечеринку по типу тех, что мы с Леей устраивали в колледже? Ладно, технически мы ведь жили вместе, поэтому в то время каждый наш день был сплошной пижамной вечеринкой.
– Он куда более человечен, чем большинство людей, которых я знаю, – тихо говорю, прислонившись спиной к письменному столу. – И он не робот, – добавляю чуть более резко и оборонительно.
Наоми присвистывает, не спуская с меня пытливого взгляда серых глаз.
– Да ты влюбилась, девочка, – подытоживает она, садясь и скрещивая ноги. В ботинках.
– Так, ладно, разговоры о мужчинах, безусловно, круто, но зачем вы здесь? – надеюсь, мой нервный выпад не выглядит слишком невежливым.
– Формально нам поручено за тобой присмотреть. – Ремеди останавливается прямо передо мной, с интересом изучая бордовую грязь под ногтями, думаю, это может быть чья-нибудь запекшаяся кровь. Меня пробирает озноб. – Но почему бы не извлечь из этого выгоду? Так что у нас предложение.
– Мне не нужны няньки, – провожу рукой по шее, кончиком большого пальца касаясь маячка. Странным образом знание, что Хайден наблюдает, успокаивает.
– А мы и не собираемся нянчиться, – Ремеди вскидывает бровь.
– Можно приготовить что-нибудь вкусненькое и посмотреть фильм, – предлагает Элси.
– Или, – растягивая слова, Наоми подползает к краю кровати. – Мы послушаем душещипательную историю любви бывшего агента и девушки с трастовым фондом, равным бюджету небольшого государства.
– У меня нет трастового фонда, – я упираю руки в бедра, принимая жесткую позу. Теоретически он все же есть, просто, как я уже говорила, мне нет никакого дела до отцовских денег. Как только я разберусь с дерьмом в своей голове, начну с нуля и… И что? Тяжело вздыхаю. – И сними свои чертовы ботинки!
Вместо ответа Наоми хихикает, скидывая обувь на пол, а потом кувыркается назад, закидывая стройные ноги на изголовье и глядя на меня вверх тормашками.
– Она мне нравится, – улыбается Элси. – Думаю, мы подружимся.
– Если ты прямо расскажешь, почему не разговариваешь с людьми, и откроешь некоторые волнующие нас детали, – говорит Ремеди, выдвигая стул, чтобы сесть передо мной, при этом слегка откатившись назад. Она делает несколько оборотов, вращаясь по комнате, пока не останавливается, вперив в меня взгляд синих, как океан, глаз. – Мы все боремся с мудаками, похищающими людей и проворачивающими свое грязное подпольное дерьмо. И мы были там, в комплексе, когда Дрейк выбивал дерьмо из Кука. Так расскажи все, что видела и знаешь, потому что прямо сейчас наши мужчины почти вслепую прочесывают то, что осталось от базы, и охотятся на сбежавших «доберманов».
Мой рот широко открывается, ведь я не знала. Все они последовали в цитадель зла, чтобы спасти меня и других девушек, неслыханно. Должно быть, каждая из этих фурий гораздо храбрее и смертоноснее, чем кажется на первый взгляд.
– Ну, меня там не было, я просто была на связи вместе с отцом, он бывший директор «Стикса», а сейчас его место заняли Уэйд, Джош и Линк, – тараторит Элси, играя с оборками на