Я поехала в школу, нашла классного руководителя, дождалась перемены. Подростки выскочили из класса, как воробьи, и помчались мимо, чуть не сбив меня с ног. А я вошла в кабинет литературы, там сидела пожилая, седая, статная женщина в очках, со старомодной «бабеттой» на голове. С такой шутки и приколы не годятся, и я поздоровалась:
– Добрый день, Серафима Андреевна, мне нужно поговорить с Александром Кротовым. Я психолог, мама мальчика обратилась ко мне с просьбой ему помочь. Паренек проблемный, вот она и переживает. Да только одного не понимает, что без личного контакта ничего не выйдет. Мне нужно самой с Сашей пообщаться, чтобы понять, что у него на душе. Вы меня понимаете? Может, школа и не лучшее для этого место, но и дома не получается. Тамара против, да и не могу сегодня до них дозвониться. Очень хочется помочь мальчишке, чтобы дров не наломал.
Педагог пристально на меня посмотрела, покачала головой:
– Добрый день, это очень хорошая идея, и я ее в целом поддерживаю. Саша мальчик хороший, есть в нем потенциал, вот только и правда от рук отбился! Хамит, дерзит, связался с хулиганами из старших классов, забросил рисование. Вот только его месяц не будет пока в школе. Тамара Петровна ко мне подходила, сказала срочно в Батайск к родственникам нужно ехать. Мол, тетя заболела. Так что пока не получится с Сашей поговорить.
Я поблагодарила учителя и поехала в отдел полиции, нашла Сергеева, он буквально застонал, когда меня увидел:
– Таня, ты еще здесь? Я-то думал, мы уже от тебя избавились! Ей-богу, заикаться скоро буду при твоем появлении! Чего тебе еще от меня надо?
Я засмеялась, да уж, надолго меня, видимо, запомнят в этом курортном городке. Юлить не стала, попросила следователя:
– Костя, не злись! Нужно прижать одну парикмахершу. Она знает, к кому поехал Кротов с женой, фигурант по делу Юли, и молчит. Помоги ее расколоть! Сущий пустяк, пара лишних минут твоего внимания. Ну очень надо!
Мужчина нахмурился:
– Ну нет же никакого дела! Вот же ты упрямая. Хотя кому я это говорю! Ладно, идем! Полчаса у тебя! Глаза б мои тебя не видели! Вот симпатичная же баба! Чего ты в ищейки подалась? Охота тебе как угорелой носиться по городам и весям, жизнью рисковать?
Я тоже вздохнула и на полном серьезе ответила:
– И не говори, Костя. Непутевая я баба! Сама от этого так мучаюсь, а поделать ничего не могу, так и чешется пятая точка, приключений просит!
Мы одновременно рассмеялись, обстановка разрядилась. Приехали в парикмахерскую, Вера явно меня не рада была видеть. Стала злиться:
– Снова вы! Что ко мне прицепились? Я не знаю, где Тамара!
Костя вдруг железной хваткой вцепился в локоть Веры и процедил:
– Пройдемте с нами, гражданка Колосова. Вы в курсе, что за дачу ложных показаний штраф полагается? Посидите сутки в изоляторе, быстро все вспомните! Может, хватит тут комедию ломать и нашего сотрудника за нос водить? Это вам шутки, что ли?
Все в зале обернулись и с осуждением посмотрели на Веру, она залилась краской:
– Простите, я же не знала, что вы из полиции. Мне Тамара по телефону сказала, что ее мужа ищут бандиты, наверное, и что они решили у тетки троюродной в Батайске отсидеться. Да я честно не знала, что у нее такая родственница есть. Седьмая вода на киселе. Кротова Марья Ивановна, адрес не знаю, честно. Это, оказывается, Вадима родня. Я правда больше ничего не знаю, отпустите меня, пожалуйста!
Я кивнула Косте, и он ослабил хватку, Вера тут же стала охать и потирать руку:
– Больно же! Как я теперь стричь-то буду!
Мне нисколько ее было не жаль, я лишь буркнула:
– А нечего было мне нервы мотать! Всего хорошего. И не вздумайте предупредить Тамару! Тогда точно проблем себе наживете. Я уж вам их лично устрою. Все понятно?
Вера кивнула и ушла в подсобку, вздыхая, за нею туда же отправилась администратор. А я выдохнула: «Ну наконец-то! Хоть какой-то результат!» С улыбкой чмокнула ошалевшего Костю в щеку и помахала ему рукой, подмигнув:
– Спасибо, я не прощаюсь! Поехали в участок, нужно найти, где проживает данная гражданка в Батайске. А то граждане нынче больно скрытные пошли, ничего толком не добьешься!
Костя обреченно вздохнул:
– Ну поехали, ты же все равно не отстанешь!
К моему счастью, с такой фамилией было всего два адреса уже легче. Я собрала в гостинице вещи на пару дней и отправилась в мини-путешествие.
Сто километров – разве это расстояние для такой комфортабельной, теперь уже моей ласточки! И все же надо признаться, я очень скучала по той, старой машинке. Сколько с ней связано воспоминаний!
Вдруг на обочине я заметила маленькую девчушку лет шести, она торговала выпечкой возле трассы, хотя место было совершенно пустынное. У меня вдруг так желудок свело, я вспомнила, что ничего не ела с самого утра. Притормозила, вышла из салона, помахала малышке:
– Привет, солнышко! Ты что, одна тут торгуешь? А где твои родители? Ты же маленькая совсем! С чем твои пирожки? Почем продаешь?
Девчушка живо отвечала:
– Я не солнышко, я Таня! Живу на хуторе, вон там, через поле идти надо. Пирожки бабуля пекла, с ливером и с капустой. Обычно мамка торгует. А сегодня заболела. Они вчера с подружками в бане мылись, парились с вениками и наливку пили, а потом песни пели и в реке купались! А сегодня у нее спину прострелило. Бабушка ее ругала все утро, будто она маленькая, а мне так смешно было. Мама говорит, что голова болит, а бабуля кричит, сейчас топор принесу, вылечу! А я и не знала, что топор от головы помогает. Вот я и пошла, не пропадать же бабушкиным пирожкам. Уже почти все продала, десяток остался всего. Возьмете?
Я так смеялась, купила все, еще и на чай дала малышке, повеселила она меня рассказами про мамкин отдых! С удовольствием схомячила целых три пирожка и поехала дальше. Но уже через двадцать минут так скрутило живот, что я вынуждена была бросить авто на обочине и скакать по полю, как зайчиха, в поисках укромного уголка! А потом еще и еще, казалось, открылась адская воронка! Запас салфеток приближался к нулю, и силы тоже меня почти покинули. Вот так и делай добрые дела, купила у бедной девочки пирожков! Видно, на жаре испортились, ох, как же мне было худо! Еле