Я видела, Юрий Александрович не врет, у него даже руки тряслись, когда вспоминал все, что пережил, но я не понимала:
– Ну скандал дело такое, почему же вы не перезвонили ей, не стали ее искать?
Юрий Александрович вздохнул:
– Звонил сто раз, ее телефон был отключен! Ну и потом я прекрасно знал вспыльчивый характер Юли, ей нужно было время, чтобы остыть. Я решил, что она поехала к Артему, она и до этого у него ночевала, несмотря на мои запреты. Вот я и успокоился, решил, с утра поеду к нему домой и там попробую спокойно, без эмоций с дочкой поговорить. Но утром Артем сам примчался к нам и не мог поверить, что Юля не дома! Я решил, что это он что-то сделал с дочкой! Поэтому и настоял на расследовании. А насчет наследства я уже говорил: зачем мне столько денег? Кому они теперь нужны? Юля была смыслом моей жизни, для нее я старался все делать! А теперь, когда и жена умерла, я совсем один! Знали бы вы, как это страшно. Домой приходишь, а там тишина звенящая и пустота! Никто не спросит: «Привет, Юрик! Как на работе? Мой руки, я ужин приготовила!» Не с кем разделить горести и радости, не для кого жить, вот что самое страшное! Плевать мне на наследство. Неужели и правда это я довел дочку до самоубийства? Нет, я не верю! Это Артем виноват, она до знакомства с ним совсем другая была! А потом так изменилась, совсем перестала меня слушать, отдалилась, стала чужой какой-то. Если у вас больше нет подозреваемых, кроме меня, то давайте закроем контракт и прекратим расследование. Дочь мне это все равно не вернет. Устал я, сил совсем нет.
Я покачала головой:
– Нет, я еще не довела до конца последнюю свою версию. Не нравится мне таксист, который вез, да не довез ночью Юлю, темнит он что-то, вот добьюсь от него правды, и тогда посмотрим, виноват он в чем или нет. Ладно, пора мне, а вы держитесь! Надо жить дальше, как бы ни было трудно…
Мне было очень жаль отца Юлии, он действительно остался один на один со своей бедой! Это, наверное, очень страшно – потерять разом всех своих близких. Я выпила кофе, немного привела мысли в порядок и поехала снова по адресу Вадима, надеялась, что семейство уже дома. Так все и было, открыла дверь мне Тамара, увидела меня и руками всплеснула:
– Ба, знакомые все лица! А я уже и соскучиться успела! Что еще вам нужно, барышня? Если снова Вадима, то его нет! Извините, мне некогда!
И она чуть не захлопнула дверь перед моим носом! Я вовремя ногу вставила и прошипела:
– Сбавь обороты, тетя! Я тебе не терпила. И мне страсть как надоело возиться с твоим тюфяком-мужем! В следующий раз приду с повесткой! Пусть его в изолятор запихнут! Где он? Снова в бега подался?
Жена успокоилась и жестом пригласила меня войти. В квартире царил хаос, тут явно пытались делать генеральную уборку, дочь с каменным лицом в наушниках пересаживала цветы на подоконнике, а сын пытался сгрести кучу старого хлама из-под пыльного шкафа в мусорное ведро, при этом, не стесняясь, матерился как сапожник! На кухне кипел борщ, распространяя вовсю ароматы, и жарилось сало. Тамара выключила сковороду и уселась на табурет. Закурила сигарету, пуская дым колечками прямо в окно, и стала говорить:
– Вадима правда нет, он в психушке, и я сама его туда упрятала вчера!
Я обалдела:
– Где-где? Как в психушке? Он же нормальный, я с ним говорила. Что произошло за сутки?
Тамара затянулась и ответила:
– Да что вы знаете о нашей с ним жизни! Я устала смертельно, невыносимо! Когда-то в юности мне нравилось, что Вадим такой скромный, застенчивый. Смешной даже! Во всем меня слушался, не перечил. Мне подружки завидовали даже: идеальный жених. Ну а что из бедной семьи, это ничего, вот университет окончит, встанет на ноги, заработает! Мы поженились, дети пошли, завертелось все. Дом, дача, я как лошадь взмыленная разрывалась между бытом и работами, и Вадим, который за всю жизнь так ничего и не добился. Да ему плевать на все! Говорю, у сына кроссовки порвались, будет всю ночь их клеить, вместо того чтоб на новые заработать! И так во всем! Ремонт я, что-то в дом купить – тоже через скандал. Ну нормально при профессии инженера баранку крутить? Одно увлечение – пиво и гараж с футболом. Все! В постели, извините уж за подробности, и то полный ноль! Секунда, и спать. А уж когда ни с того ни с сего из такси уволился, я вообще взбесилась Все мне плел про вахту, да так и не пошел. Теперь вот вы все ходите, в чем-то его подозреваете. Он совсем какой-то чумной стал, как мешком пыльным прибитый. Сидит дома, и даже мусор вынести не выгонишь! А после того припадка позавчера так вообще какую-то чушь несет. Во сне орет: «Отойди от меня, не подходи!» Меня чуть не задушил. В общем, совсем кукуха поехала у муженька, вот я и вызвала психиатричку. Пусть полежит в отделении, может, голову подлечат. Если я не разведусь с ним раньше, сил моих больше нет терпеть этого увальня бесполезного! Вот нет его целый день сегодня, и дышится легче, даже генеральную уборку с детьми затеяли.
Я озадачилась:
– Да уж, дела! Ну держитесь, Тамара, как-нибудь все устаканится. Напишите мне адрес больницы и палату, мы с ним недоговорили. Придется навестить вашего супруга.
Тамара рукой махнула, мол, делайте что хотите, и стала меня активно выпроваживать. Ну а я, не теряя времени,