— Благодарю за понимание, капитан. Свободны.
Драгуны уложили на носилки стонущего лейтенанта и, забрав остальных, убрались из усадьбы.
Я молча наблюдал за Сомовым, который сидел на кушетке и, словно ребёнка, усадил к себе на колени девушку, закутанную в скатерть. Она обвила его шею ручками и затихла, доверчиво прижавшись к нему. Служанка, стоящая рядом, не решалась беспокоить только что успокоившуюся госпожу.
— Савва, остаёмся в усадьбе. Паша, сообразите с Асланом насчёт еды и ночлега.
В гостиную вошёл князь Андрей и с укором посмотрел на Сомова.
— Наделал ты делов, тёзка. Зачем так сильно отходил лейтенанта?
— Так получилось, комбриг, — виновато вздохнул Сомов. — Как увидел, что этот хряк с девчонкой творит, так меня и накрыло.
— И что ты теперь делать будешь? — спросил Андрей, глядя на испуганно смотрящую на них девушку. — Ты же немецкого не знаешь.
Наконец служанка решилась:
— Пойдёмте, госпожа, нужно привести себя в порядок. Господа офицеры будут ночевать в усадьбе. Нам ничего не грозит.
Андрей перевёл Сомову слова служанки.
— Давай-ка Софья, приведи себя в порядок, — сказал ласково Андрей. — Я буду рядом, не бойся. Давай я отнесу тебя.
Андрей перевёл Сомова и добавил:
— Покажите господину офицеру, куда отнести госпожу Софью.
Служанка указала на дверь в соседнюю комнату.
Я как-то между дел назвал Андрея комбригом. Ему понравилось, и теперь свои обращались к нему не иначе как «комбриг».
— Андрей, завтра утром я поеду на переговоры с генералом Гёргеем. Попробую уговорить его сдаться.
— Может, не надо, Пётр? Кто его знает, как у него дела обстоят. Говорят, венгры поймали и убили какого-то генерала.
— Нет, поеду. А то мы тут до зимы застрянем. Ты же видишь, как австрияки воюют. Холера пошла среди наших. Надо быстрее заканчивать этот балаган, пока малой кровью отделались.
— Хорошо. Тогда сотня Сомова с тобой пойдёт.
— Нет, Андрей. Кости Рыбина с его бойцами хватит. Тебе разведка особо не нужна. Пусть казаки Дорожного с горцами несут дозорную службу.
— Дело говоришь, командир. Так и сделаем. Может, в лагерь поедем?
— Ты поезжай, Андрей. Я здесь останусь, а утром тронусь.
Андрей с Сомовым собрались уходить, как из комнаты вышла служанка.
— Господин офицер, — обратилась она к Сомову. — Пожалуйста, не уходите. Госпожа Софья умоляет вас не бросать её. Пожалейте бедную девочку. У нас нет никаких вестей о её отце, о тёте. Я не знаю, что нам делать и куда идти. У нас нет денег. Солдаты забрали последнее, что нашли.
Она со страхом ожидала нашего решения. Сомов весь напрягся, глядя на Андрея. А тот смотрел на меня.
— Ну чего ты на меня смотришь? Ты комбриг, вот и принимай решение. Паша, где Эркен?
— С Саввой по усадьбе лазают, на предмет скрытого врага. — Туманно ответил Паша.
Глава 38
Я сидел в гостиной и думал о предстоящей встрече с генералом Гёргеем. От этой встречи зависело очень многое, если не всё.
Пришли Савва с Эркеном.
— Ничего серьёзного, командир. Не раз уже грабили, или хозяева спрятали добро вне дома, — доложил Эркен на мой вопросительный взгляд и положил сумку передо мной. — Заначка в хозяйском кабинете: письма и бумаги. Оружие старинное, очень старое.
— Жена с дочерью управляющего плачут, не в себе. Мужа и сына готовят к похоронам. Усадьбу вымели подчистую. Паша с Асланом кашеварят. В погребе вино, пару бочек вскрыли. Немного в бутылках сохранилось. Всё испахабили, гавнюки. — Проговорил Савва.
Двое бойцов моей охраны сидели в гостиной. Они ни на минуту не оставляли меня. Молчаливыми тенями сопровождали повсюду.
— Урядник, позови вахмистра.
Командир десятка моей охраны вошёл в гостиную.
— Вахмистр, к ужину возьмите вина.
Молча кивнув он вышел.
Савва стоявший у входа заметил ординарца сотника.
— Чего тут трёшься?
— Так это, господин сотник, командир мой тама. Мы с обеда не ели. Вот ужина ему принёс.
— Тебя Лёха кличут? — смягчился Савва.
— Так точно.
— Ты вот что Лёха сам поешь, командир твой не останется голодным. Или если неймётся то отнеси ему.
— Да ну его. Там сам шайтан Иван сидит.
— Ну и что с того? — удивился Савва.
— Да как-то боязно. Видал как сотника распекал, ну и нас заодно. Я второго немчуру придавил. Вдруг помрёт?
— Да и хрен с ним. Ладно устраивайся на ночлег. Сотник твой до утра будет в доме.
Паша с Асланом притащили котёл с варевом, поставили стол и стулья. Ели из своих котелков.
Дверь в комнату открылась, вышел Андрей.
— Андрей, корми своих девок и сам поешь.
— С чего это они мои? — пробубнил смущённый Андрей.
— Ну не мои же. Дай им вина — поможет.
Андрей наложил каши в тарелки и за две ходки отнёс в комнату.
— Да, похоже, влип сотник нешуточно, — усмехнулся Эркен.
Все угомонились. Я собрался идти спать в приготовленную кровать, как из комнаты вышел Андрей Сомов. Сел напротив.
— Что делать, Пётр Алексеевич? — спросил он.
— Знал бы прикуп — жил бы в Сочи, — вздохнул я.
— Чего?
— Не знаю я, Андрей. По уму было бы довезти её до города, где австрийцы стоят, и помахать ручкой. Но ты же не ищешь лёгких путей и думаешь повесить это ярмо на шею? Андрей, эта девочка не из простых. Привезёшь ты её в Пластуновку — и что?
— Так что делать, командир?
— Думай сам. Эркен, дай сумку.
Я достал из сумки серебряные талеры и тонкую пачку банковских билетов.
— Возьми. Сделай, как я советую: оставь денег и попрощайся. Всё — разговор окончен.
Утром приехала моя карета в сопровождении Кости с десятком разведчиков. В карете сидел полковник Ботяну.
— Здравия, командир! — поздоровался Костя.
— И тебе не хворать. Трогай, Аслан.
На козлах сидел человек полковника — видимо, проводник.
— Здравствуйте, ваше сиятельство.
Иштван не выглядел подавленным.
— Здравствуйте, полковник. Куда мы направляемся?
— В Вилагош.
— Иштван, почему вы не сказали, что Артур — ваш кузен?
— А что это меняет, ваше сиятельство?
— Вы правы: ничего.
До Вилагоша мы добрались за два дня. В дороге удалось избежать ненужных приключений. Очень помогло присутствие полковника Ботяну: он решал вопросы с патрулями и