– А, да, там же и KFC рядом.
– Точно, – я улыбнулся. – Может, возьмём что-нибудь вкусное? Девчонкам, наверное, поднимет настроение.
– Ты про Милу? – Илья хмыкнул. – Ей настроение только сладкое поднимает.
– Тогда давай возьмём всего понемногу, чтобы точно угодить.
Мы завернули за угол, прошли мимо жилого комплекса и оказались у невысокого здания торгового центра. Аптека была на первом этаже, с яркой вывеской. Мы зашли, разыскали нужное лекарство и расплатились. Женщина-фармацевт лет пятидесяти, посмотрела на нас с понимающей улыбкой. Видимо, не в первый раз к ней приходят парни с таким запросом в воскресенье утром.
– Держите, – сказала она, протягивая пакетик. – И скажите девушкам: только не на голодный желудок.
– Спасибо, – кивнул я.
Потом мы зашли в KFC. Пахло жирной едой, хрустящей картошкой и сладкой газировкой. Очередь была небольшая – несколько студентов брали кофе и сэндвичи на вынос. Я заказал большой набор: крылышки, наггетсы, картошку фри, по-деревенски, два бургера и целую кучу соусов. Илья добавил две большие колы и, подумав, еще пару бургеров.
Заказ собрали быстро. Мы вышли на улицу, и я взял два пакета – один с таблетками, другой с едой. Илья нёс напитки. Мы двинулись обратно к общаге. Я краем глаза смотрел на Илью. Он был спокоен, но я знал его слишком хорошо – внутри он переживал.
В общаге мы поднялись на лифте на шестой этаж. Я постучал в дверь блока.
– Свои, открывайте!
Дверь открыла Аня. Бледная, в милой пижаме с сердечками, волосы собраны в небрежный пучок. Она кашлянула.
– Привет, – сказала она слабым голосом.
– Вы там живы ещё? – я улыбнулся,не дожидаясь ответа протянул пакеты. – Это вам. Для поднятия настроения, – я подмигнул.
– Андрюша, любименький, спасибо, – она посмотрела на меня такими благодарными глазами, что у меня внутри потеплело.
Я обнял её, прижимая к себе и поцеловал.
– Ты как?
– Лучше, чем Мила.
– Миле сильно плохо? – спросил Илья, заходя следом.
Мы прошли в комнату. Мила сидела на кровати, накрывшись одеялом, с поджатыми коленями. Она была бледной и выглядела уставшей. Увидев Илью, она нахмурилась ещё сильнее.
– Привет, – сказала она без особого энтузиазма.
С этими словами Мила взяла предложенную таблетку и запила её водой, стараясь не смотреть в сторону Ильи. Атмосфера в комнате была напряженной.
Я открыл пакет с едой, начал раскладывать: крылышки, наггетсы, картошку, бургеры, соусы. Запах поплыл по комнате.
– О, KFC! – Аня почти взвизгнула, но тут же поморщилась – видимо, живот напомнил о себе. – Андрей, ты чудо!
– Я знаю, – я улыбнулся.
Она засмеялась, и я почувствовал, что ей уже легче. По крайней мере я на это надеялся.
Мила тоже взяла наггетс, но с таким видом, будто делает одолжение. Илья присел на край стула и смотрел на неё.
– Ты почему не ешь? – спросил он.
– Ем.
– Вижу, но с таким лицом, как будто это не мясо, а лимон.
– А ты не суй свой нос в мою тарелку.
– Я вообще-то волнуюсь за тебя.
– Оставь свои волнения для Светы.
Илья замер, я тоже. Аня перестала жевать.
– Что? – переспросил Илья.
– Ничего, – Мила отвернулась и уткнулась в картошку.
– Мила, что ты имеешь в виду?
– То, что ты с ней в кафе целовался, а теперь изображаешь заботу? – Мила резко повернулась к нему, и в глазах её блеснули слёзы. – Аня мне показала сторис. Ты думал, я не увижу?
Илья нахмурился, Аня протянула ему телефон с открытой фотографией.
– Мила, – он повернул к ней телефон. – Посмотри внимательно. Да, это я и Света, но мы не целовались. Она просто наклонилась, когда я смотрел в телефон. Это просто нелепый ракурс. Ты серьёзно поверила в этот цирк?
Мила взяла телефон, всмотрелась, потом перевела взгляд на меня. Я кивнул.
– Правда, – сказал я. – Света просто хотела привлечь его внимание, она давно к нему липнет.
– И ты молчал? – спросила Мила тихо.
– Я поговорил с ней, чтобы она удалила.
Она опустила телефон, потом подняла глаза.
– Илья, прости…
Они смотрели друг на друга, и я чувствовал, что напряжение уходит. Аня толкнула меня локтем, шепнула:
– Хорошо посидим.
– Ага, – ответил я.
Мы стали есть: я взял бургер, Аня – крылышки, Илья макнул в соус дольку картошки, Мила медленно жевала наггетс. Атмосфера постепенно становилась теплее.
Я смотрел на Аню, на её бледное лицо, на то, как она осторожно жуёт, чтобы не разболеться живот. Она была красивой, даже в пижаме, даже без косметики. Я взял её за руку.
– Будешь, – сказал я, протягивая стакан.
– Спасибо, – она улыбнулась.
– Я люблю тебя, – сказал я тихо, почти шёпотом.
Она покраснела, посмотрела в сторону Милы и Ильи – те не слышали, увлечённые очередной перепалкой.
– И я тебя, – ответила она так же тихо.
Мы доели почти всё. Осталось немного картошки и пара крылышек. Мила откинулась на подушку, вздохнула.
– Вроде легче, – призналась она.
– А я тебе говорил, – сказал Илья. – Еда – лучшее лекарство.
– Не только еда, – возразила Мила.
– А что?
Она посмотрела на него, потом на меня, на Аню.
– Когда вы рядом, – сказала она. – Это тоже помогает.
Я немного смутился, Аня прижалась ко мне.
– Давайте фильм посмотрим? – предложила она. – Чё-нибудь смешное.
– Давай, – согласился я.
– Только не ужасы, – добавила Мила.
– А ты боишься? – подколол Илья.
– Я не боюсь, мне просто не нравятся.
– Это одно и то же.
– Иди ты…
И в него тут же прилетела подушка. Илья улыбнулся. Я включил ноутбук, нашёл комедию, которую мы хотели давно посмотреть, и поставил на паузу, пока все устраивались. Мы расселись на кроватях: Аня придвинулась ко мне, обняв за пояс. Мила накрылась вторым одеялом, Илья примостился на краю её кровати, прислонившись к стене.
Я смотрел фильм, но краем глаза видел, как Аня улыбается, как Мила постепенно расслабляется, как Илья иногда поглядывает на неё. В комнате было тепло, пахло едой и чем-то домашним.
Воскресенье только началось, и оно уже было хорошим. Несмотря на боли, на ссоры, на недопонимания. Потому