— Бертов вернулся в город. И за последние сутки я умудрилась целых три раза нарваться на него, — призналась я Юдиной. Ксю поперхнулась чаем. Я постучала подругу по спине. Она несколько секунд переваривала услышанное.
— И как прошли эти... встречи?
— Отвратительно! Сначала он чуть не избил одного придурка из бара, который покалечил меня. Сегодня вёз меня, вымокшую до нитки, на своём неприлично огромном внедорожнике к Трофимову. А потом припёрся на кладбище, навестить папу. И он... В общем, он нёс какой-то бред и... Сказал, что не жалеет о том, что изменил мне. — На последних словах мой запал злости иссяк. На её место снова пришла ноющая боль в груди от воспоминаний и его ядовитых слов.
— Милка, он конченный урод, чего ещё от него ожидать? — Ксю поставила чашку на стол и обняла меня. — Надеюсь, ты не начала прокручивать в голове события пятилетней давности?
Она видела меня насквозь.
— Не то, чтобы прямо прокручивать, — тихо созналась я. — Просто вспомнила всё в мельчайших подробностях и снова не поняла, за что он так со мной. Кстати, он ещё посмел обвинить меня в том, что я первая пошла налево, представляешь?! Это же надо было такое выдать! Можешь мной гордиться, за это я влепила ему пощёчину, — гордо вздёрнула подбородок, вспоминая тот щлепок по его гладко выбритой щеке.
Ксю как-то помрачнела и замолчала. Наверно, нелегко принять, что твои единственные приличные родственники не общаются с тобой, а один из них вообще ведёт себя как свинья. Они были очень дружны в детстве, несмотря на запреты Бертова старшего. Рос всегда защищал младшую сестру, пусть у них и разница всего лишь в год. Потом появилась Ева, и братская любовь разделилась надвое, но меньше не стала. Ксю всегда знала, что может обратиться к брату за помощью. А теперь у неё и этого нет. Матери она не нужна. Отец неизвестен, бабушек и дедушек давно нет. И мне ужасно жаль её. Поэтому мы с мамой и папой всегда относились к ней как к родной.
— Какие планы на завтра? — решила я сменить неприятную тему.
— Да, не знаю. Не думала пока. — Ксю как-то слишком сильно загналась. Я чувствовала.
— Тогда предлагаю устроить шопинг. Мне как раз нужен наряд на вручение диплома. Ты ведь придёшь на церемонию? Потом будет вечеринка.
— Дай угадаю, ты организатор? — Ну, наконец-то, подруга улыбнулась.
— Естественно. Кто ещё кроме меня закатит лучшую вечеринку в городе?
Мы ещё долго разговаривали, смеялись и вспоминали школьные годы. Ксю осталась ночевать у нас, как в старые добрые времена. Допоздна залипали в сериал и болтали. Уснули уже ближе к четырём утра.
На следующий день, как и планировали отправились с Ксю по магазинам. Я позвонила Герасимовой, уговаривала пойти с нами. Но Машка была такой расстроенной из-за Трофимова, что отказалась куда-либо выходить. Про нашу ссору с ним я ей пока не говорила. Не время. Пусть поотойдёт.
Обожаю торговые центры. Магазинчики один за другим, витрины с манекенами, завлекающие роскошными нарядами. Повсюду снующие люди в поисках идеальных джинс, сумки или рубашки своего размера. Запах парфюма, косметики или ароматизированных свечей. И нет, я не типичный шопоголик, который кайфует от покупок и каждый день хватает себе новую ненужную шмотку или кашпо под цветы. На самом деле, я крайне редко хожу сюда. Просто люблю саму атмосферу. Но сегодня даже она не помогала мне забыть о вчерашнем разговоре с бывшим.
Мы обошли с Ксю уже пять магазинов с одеждой, но пока так и не нашли подходящий образ. Мне ничего не нравилось. А если на глаза и попадалось что-то стоящее, то либо цена запредельная, либо отсутствовал мой размер. Невезуха просто вселенского масштаба.
— Так, всё, надо сделать перерыв. — Я плюхнулась на диванчик напротив одного из магазинов, потирая левую ногу. От долгого хождения она сильно разболелась. Мазь помогла снять отёк за пару дней, но растяжение никуда не ушло и болезненно напомнило о себе.
— Может, перекусим? Умираю с голоду. — В доказательство этих слов, желудок Юдиной громкой заурчал. Мой тоже в долгу не остался.
— Поддерживаю. Пошли на фудкорт. — Кое-как соскребла себя с дивана, и мы пошли к лифтам. Поднялись на верхний этаж, где расположились кафешки и точки питания. Выбрали нашу любимую, сделали заказ и заняли столик. Народу было не так много. Будний день, сейчас в основном все были на работе, так что мы легко нашли свободное место прямо у панорамного окна с видом на город.
— Милка, как думаешь, почему Рос вчера так сказал?
Я сначала даже не поняла вопроса.
— В смысле, почему он не жалеет, что переспал с другой буквально на моих глазах? — Даже вслух произносить было противно.
— Нет, — Ксю замялась, — почему он уверен, что ты первая изменила ему?
Я думала об этом. Всю дорогу до дома и потом, под утро, когда уже засыпала. Но у меня не было ответа на этот вопрос. Как и на то, с чего он вдруг так интересовался потерей моей девственности. Но копаться в прошлом всё равно что ковырять ножом старую рану. Больно, неприятно, грязно.
— Не знаю и знать не хочу. Всё давно в прошлом, — хмуро ответила я подруге. Юдина понимающе кивнула и, к счастью, больше ничего спрашивать не стала, переведя разговор на другую тему.
Подкрепившись, мы снова двинулись в бой. Магазин, ещё один. Платья, юбки, брюки, комбинезоны. Всё было не то. Хотя, скорее всего, дело во мне. Настроя на шопинг сегодня не было никакого.
— Ещё один, и я сдаюсь. Если и здесь ничего не найдём, пойду на вручение в мешке из-под картошки. Буду самой оригинальной, — вяло протянула я. Настроение было хуже некуда.
Мы вошли в небольшой бутик явно с дизайнерской одеждой. На вешалках висели цветастые платья разных фасонов. Ни оного повторяющегося. Словно они были в одном единственном экземпляре. А может, так и есть? Я лениво перебирала вешалки, придирчиво разглядывая наряды. И тут мой взгляд зацепился за одно платье цвета морской волны. Подол из легкого, почти невесомого фатина, три подъюбника, которые делали платье пышным, аля в стиле пятидесятых. Тонкие бретельки, расшитые мелкими белыми цветами. Корсет с сердцеобразным вырезом. Я молилась, чтобы размер