Все то время, что Морган и Офелия провели за пределами имения, я не находил себе места. Как только силы вернулись, шум в ушах исчез, а зрение обрело былую резкость я встал и начал мерить гостиную шагами.
Когда солнце подкатилось к горизонту, ложась в комнату длинными тенями, я остановился у окна. Сумеречное небо ‒ полотно пурпурных и синих оттенков, отражало бурю, бушующую внутри меня.
Дверь скрипнула, разрушив чары моей задумчивости. Я повернул голову на шорох ткани, заведомо зная, что застану на пороге Харпер. Сестра, чинно сложив руки в замок, прижимала их к груди.
‒ Еще не вернулись? ‒ спросила она участливо. И я поразился той перемене, что случилась с кузиной за этот тяжелый день. Не было в ней былой дерзости, не было и нахальства. Она действительно переживала.
Я мотнул головой и вновь устремил взгляд за окно, надеясь, что вот-вот на извилистой дороге у кромки леса появится экипаж. Но его все не было.
Я гнал тревогу, хотя тихий голос побуждал меня к действиям. И мне надоело с ним бороться.
‒ Ты куда? ‒ воскликнула Харпер, когда я пронесся мимо нее.
‒ Поеду навстречу, вдруг что-то стряслось, ‒ сказал и почувствовал возросшую уверенность. Тело требовало движений, активности, и я не собирался больше противиться внутренним стремлениям.
‒ Но...
Я не дослушал. Оказавшись в холле, я взял с вешалки пальто и выскочил в наступающую ночь. И я даже почти свернул к конюшне, чтобы оседлать Метеора. Когда в дали послышался шум копыт и характерный скрип колес.
Но тревога не спешила развеиваться: я все еще не увидел Офелии. А я был обязан удостовериться, что с ней все хорошо.
Я подбежал к экипажу, сердце колотилось в груди, будто отбивая ритм марша. Дверь кареты открылась, и на пороге возникла Офелия. Ее лицо было бледным, но с легким румянцем на щеках, а глаза, обычно такие светлые и игривые, казались тусклыми.
‒ Альберт? ‒ завидев меня, некромантка удивленно охнула и вдруг потеряла равновесие, опустив ногу мимо ступеньки. Я отреагировал моментально и не задумываясь: подхватил ее за талию, прижимая к себе. Она была такая легкая, хрупкая, словно фарфоровая кукла. А пахла так невероятно, что я тут же ощутил прилив в определенных местах, отчего поспешно, но осторожно опустил ее на землю на некотором расстоянии.
В этот момент, как будто сам воздух загудел. Я не мог отвести взгляд от лица Офелии, где читалось облегчение и усталость, а еще… было нечто, что я не мог разгадать. Нечто, что заставляло меня забыть обо всем, кроме самой девушки и моих рук на ее тонкой талии.
‒ Ты в порядке? ‒ выдохнул я голосом, хриплым от волнения.
Офелия кивнула, но не произнесла ни слова. Она смотрела на меня с благодарностью и какой-то тайной тоской. Мне хотелось сжать ее в объятиях, защитить от всего на свете и не отпускать больше никогда.
Но я не мог.
‒ Фух, я думал, эта безднова дорога не закончится никогда, ‒ раздался из экипажа веселый голос Моргана и на меня как будто ушат холодной воды вылился.
Оторвав ладони от женского тела, я поспешил спрятать их за спиной. Но все это время я неотрывно смотрел на девушку, не в силах справится с нахлынувшим притяжением. И на долю секунды мне показалось, что я прочел в глазах Офелии сожаление. Но эта эмоция была столь мимолетной, что я списал ее на усталость.
‒ Давайте быстрее в дом, я велю подать ужин, ‒ резко обернувшись, я двинулся к крыльцу, силясь тем самым увеличить расстояние между собой и некроманткой. Но почему-то меня все равно не покидало ощущение, что я хожу по острию ножа, которое сегодня-завтра угодит мне прямо в сердце.
‒ А где? Морган, стой! ‒ раздался позади меня голос девушки, а за ним послышался отчетливый хруст стекла и тяжелый девичий вздох. ‒ Ох…
‒ Ох, Офелия, прости. Я не хотел!
Глава 55
Офелия
‒ Я подниму.
Морган наклонился и стал в полутьме поднимать осколки стеклянного пузырька, который мне дала Руби.
‒ Не надо, поранишь...
‒ Ауч! ‒ друг яростно затряс рукой и, лучше ничего не придумав, засунул оцарапанный палец в рот.
‒ Достань каку, ‒ выругалась на рыжика и потянула руку на себя.
‒ Ты чего?
‒ А все Офелия правильно говорит, ‒ из ниоткуда появилась Харпер и, встав на мою защиту, не стесняясь стала отчитывать мужчину за его неосмотрительность. ‒ Занесешь себе заразу, и что потом делать будем? М? Лекарь сейчас занят. Так и без пальца останешься. Идем, сейчас здесь все уберут.
И Морган с большими от удивления глазами протопал мимо меня и даже не обернулся. Я же глянула себе под ноги и поняла, что в темноте все равно ничего не найду.
Что же, придется Руби подарить духи в своем бутыльке. С гравировкой. Страшного в этом ничего нет. А можно и два сразу подарить. Тем более что вроде как у девочки в этом месяце день рождения. А мне так хотелось сделать ей приятно.
‒ Офелия.
‒ М? ‒ я подняла голову и посмотрела на Альберта, который так и не скрылся в доме. Пропустил парочку и остался ждать меня.
Внутри все зазвенело от трепета. Лицо барона находилось в тени, и я не могла прочитать его эмоций, но между тем чувствовала его взгляд на своем лице. Такой неуловимо нежный, чувственный, проникновенный...
‒ Ты идешь? ‒ спросил Альберт хрипло и лениво повернул голову в сторону. Такая его манера мне уже хорошо была знакома. Так барон скрывал свои истинные эмоции, пытаясь казаться отстраненным и холодным.
Но он не был таким. Точно не был.
‒ Иду, ‒ прикусив нижнюю губу, чтобы они не расползлись в широкой улыбке, быстро проскользнула мимо Альберта в дом.
Барон зашел следом, отдал распоряжение служанке, и та выбежала в ночь, держа в руке небольшую лампу с пульсаром.
‒ Не переживай, ‒ хмыкнул Альберт, заметив мой встревоженный взгляд. ‒ Больше никто не поранится. Иди, переоденься и приходи в столовую. Или, если сильно устала, я смогу велеть, чтобы еду принесли в комнату.
Я на секунду задумалась, а потом сокрушенно вздохнула.
‒ Я не откажусь поужинать у себя. День выдался тяжелый...
‒ Конечно, я понимаю! Тогда так и сделаем. Отдыхай, Офелия. Ты это заслужила.
Он слегка склонил голову в знак уважения,