Глава 7
Ас
Слушаю, как Джозеф произносит свои клятвы, и мне становится почти стыдно за него. Если бы я знал, что он не написал их, обязательно попытался бы заставить его заняться делом, а не уничтожать целую бутылку виски. Или хотя бы напомнил об этом сегодня утром, когда он проснулся и выглядел так, будто не понимает, где находится. Я решил, что дело в предсвадебной нервозности, так что не обратил на это особого внимания. В конце концов, Шелби единственная, кто мог бы просветить меня на этот счет, но я точно не собирался давать ей повод для сомнений. Оглядываюсь на Трэвиса, который сидит в обществе своей матери и жены, и все трое просто смотрят на Джозефа. Закрываю глаза, слушая вылетающие из его рта слова, и мне хочется велеть ему заткнуться.
Мы оделись и приехали сюда вовремя, но стоило нам войти, он тут же начал пить. В какой-то момент мне пришлось попросить его остановиться, в противном случае он мог упасть прямо у алтаря. Пока мы двигались по проходу, я все ждал, что он свалится, поэтому держался рядом, желая убедиться, что успею подхватить его.
Вижу, как Шелби тянется к Кларабелле за листком. Замечаю, как дрожат ее руки, когда она разворачивает его, и ее нервозность вызывает у меня улыбку. Обычно она сохраняет спокойствие и готова ко всему, но сейчас, когда вижу ее реакцию, мне хочется обнять ее и сказать, что все будет хорошо.
– В отличие от Джозефа, мне не пришлось искать свои клятвы в Интернете, – говорит она, а я опускаю голову и пытаюсь скрыть смех. – Я написала их две недели назад, но вчера вечером немного подправила. Любовь моя. – Удивленно смотрю на нее, ведь она никогда его так не называла. – Не знаю, с чего начать, поэтому начну с самого начала. С самой первой нашей встречи мое сердце забилось быстрее. – О чем, черт подери, она говорит? Я присутствовал при их знакомстве, и она назвала его придурком. – Стоило мне прикоснуться к твоей руке, меня словно током ударило, все вдруг обрело смысл. – Думая, что это шутка, я едва не разражаюсь смехом, но потом вижу, что она говорит абсолютно серьезно. Выпрямляюсь, пытаясь убедить себя, что здесь нет ничего смешного. – Несмотря на все усилия, ничто не могло помешать той силе чувств, что я испытываю, находясь рядом с тобой. Мы оба долго боролись с ними, но стоило мне поцеловать тебя, стало ясно, что мы предназначены друг другу. Мне хотелось сопротивляться этой любви. – Она смеется, и не знаю почему, но в моей груди что-то сжимается. – Но она победила. Я люблю тебя всем сердцем. Всей душой. – Следующее предложение заставляет меня насторожиться. Я будто слышу слова, но не понимаю их. – Завтра я женюсь… – Смотрю на Шелби, потом на Джозефа и сжимаю руки в кулаки, понимая, что он ей изменил. – И отчаянно желаю, чтобы невестой была ты, Шейла.
Слышу слова, затем чье-то аханье, и качаю головой, желая удостовериться, что все расслышал правильно. Пытаясь осознать сказанное, ощущаю, как комната начинает вращаться.
– Давай сбежим вместе. Шейла, я люблю тебя, и я навсегда твой.
– Какого хрена? – вырывается из меня, и слыша, как то-то прочищает горло, перевожу взгляд на священника, он стоит и смотрит на меня. – Простите, отец, – извиняюсь я.
– О нет, – смеется Шелби. – Как раз подходящее выражение. – Затем поворачивается лицом к гостям. – На случай, если кто-то не понял, – она оглядывается на Джозефа, который просто молча стоит на месте, – свадьба официально отменяется. – Потом поворачивается к сестре, а когда та кивает, Шелби приподнимает платье и начинает идти по проходу к коричневым дверям. Сестры следуют за ней, и я вижу, как Трэвис обнимает свою маму, которая полным ярости взглядом пытается испепелить Джозефа.
Слышу, как гулко бьется мое сердце, и размышляю, смогу ли идти или шлепнусь на задницу. Пытаясь осознать, что только что произошло, смотрю на Шейлу, она стоит в одиночестве у алтаря и плачет. Моя девушка находит взглядом Джозефа, он поднимает голову, а затем быстро поворачивается и кричит:
– Шелби! – И поворачивается, чтобы побежать за ней.
– Подонок, – ругается мама Шелби, когда Джозеф делает пару шагов вперед, а Харлоу смеряет его злым взглядом. Отец придерживает ее за талию, желая убедиться, что она не вырвется и не сделает что-то, что делать не должна. Осматриваю остальных гостей, все ждут продолжения. Кто-то достал телефон и снимает торжество, которое начиналось так прекрасно, а переросло в катастрофу. Джозеф останавливается и смотрит вниз, а затем вверх, на семью Шелби, после чего поворачивается и спешно покидает помещение.
Я тоже стремительно спускаюсь по ступенькам. Ноги подкашиваются, пока я пытаюсь в полной мере понять, что только что произошло.
Мой лучший друг трахал мою девушку, которой я собирался сделать предложение. В этой фразе нет никакого смысла, а уж тем более для меня. Блуждая взглядом по комнате, замечаю перешептывающихся гостей, некоторые из них смотрят на меня с жалостью в глазах. Обида сменяется гневом, и кровь закипает.
– Уэстон, подожди. – Слышу, как меня зовет Шейла, и тогда гости переводят взгляды на нее, а затем обратно на меня, словно наблюдают за