Светлана Андреевна на мгновение задумалась, ритмично постукивая пальцами по полированной поверхности стола. В кабинете повисла тишина, что было слышно, как на улице приглушённо гудит проезжающий мимо троллейбус. Она перевела взгляд на Игоря, который сидел ни жив ни мертв, а затем снова впилась глазами в меня, словно пытаясь разгадать, откуда в обычной школе взялся такой прыткий комсомолец.
— Районный масштаб говоришь значит… — медленно повторила она, и в её голосе впервые исчезли нотки скуки. — Идея дельная. Если всё пройдёт так, как ты расписываешь, это может стать отличным показателем работы нашего сектора.
Она резко выпрямилась и, не глядя на комсорга, отчеканила:
— Игорь, ты свободен. Можешь идти. А ты, Алексей, — она сделала паузу, и уголок её губ дрогнул в едва заметной усмешке, — останься. Нам нужно обсудить детали этого мероприятия подробнее. С глазу на глаз.
Комсорг вскочил со стула так быстро, что тот едва не перевернулся. Лицо его выражало дикую смесь облегчения от того, что его не распекли, и жгучей обиды — ведь его только что выставили за дверь, как нашкодившего школьника.
— Да, Светлана Андреевна… Конечно. Я подожду Алексея в приёмной, — пролепетал он, воровато глянул на меня и, бочком просочившись к двери, исчез в коридоре.
Когда дверь за ним закрылась, Никонова встала, подошла к графину и налила себе воды. Она не спешила начинать разговор, давая мне возможность прочувствовать момент.
— Ну что, Алексей, — произнесла она, поворачиваясь ко мне и присаживаясь на край своего массивного стола. Теперь, без свидетелей, её взгляд стал ещё более изучающим и, как мне снова показалось, чертовски недвусмысленным.
— Почему я раньше о тебе ничего не слышала? И откуда у тебя такая хватка? Игорь рядом с тобой выглядит как бледная тень, а не как вожак комсомольской ячейки.
Я выдержал паузу, не отводя взгляда. В этой игре важно было не сболтнуть лишнего, но и не разыгрывать из себя невинную овечку — такие, как Никонова, фальшь чуют за километр.
— Как-то так получилось, — пожал я плечами, чуть расслабившись на стуле. — Раньше желания не было, а теперь стало интересно поучаствовать в жизни школьного комсомола. А хватка… Жизнь заставила. В депо после уроков вагоны разгружаю, а там быстро учишься отличать тех, кто реально вкалывает, от тех, кто только языком чесать горазд.
Светлана Андреевна сделала небольшой глоток воды, не сводя с меня глаз. Поставила стакан на стол и медленно пошла по кабинету. Шаги её каблуков по паркету звучали чертовски уверенно.
— Депо, значит… Рабочая косточка, — она усмехнулась, остановившись напротив меня так близко, что я почувствовал тонкий аромат её французских духов. Похоже на «Climat» — в Союзе такое считалось запредельной роскошью.
— Знаешь, Алексей, в нашем деле кадры по-прежнему решают всё. Игорь — парень исполнительный, но организовать что-то действительно стоящее… Скажем прямо, это не его масштаб. А вот ты… ты мне интересен.
Она присела на край стола, совсем рядом со мной, и наклонилась чуть вперед.
— Твоя идея с концертом — это шанс. Для меня — показать обкому, что мы можем делать современно, без нафталина. Для тебя… — она сделала паузу, — ну, ты парень неглупый, сам понимаешь. Покровительство в райкоме лишним не бывает. Особенно если хочешь в будущем поступить в хороший вуз или продвинуться по комсомольской линии.
Я чувствовал, как воздух в кабинете словно наэлектризовался. Это была уже не комсомольская беседа, а настоящая вербовка, причем с обеих сторон.
— Я всё понимаю, Светлана Андреевна, — ответил я, понизив голос до доверительного регистра. — Концерт будет на высшем уровне. Я отберу лучших ребят, и мы сделаем такое представление, о котором в обкоме будут вспоминать как о примере для всего города. Но мне нужна будет ваша поддержка в некоторых… организационных моментах.
— Например? — она приподняла бровь, и в её глазах мелькнул азарт.
— Да ничего особенного, Светлана Андреевна, — ответил я, глядя ей прямо в глаза. — Просто если кто-то из школьной администрации или особо ретивых активистов попытается вставлять палки в колёса, разрешите прикрываться вашим именем. Мол, всё делаю по прямому заданию райкома, и прошу не мешать, так сказать, во избежание последствий.
Светлана звонко рассмеялась. Ей явно импонировали мой напор и эта наглая, не по возрасту, дерзость.
— А ты хваткий, Алексей. Хорошо придумал, — сказала она, приходя в себя. — Кстати, ты будешь на встрече с делегацией из ГДР? Надеюсь, комсорг тебя как заместителя в список внёс?
— Внёс, — коротко кивнул я.
— Ну вот и отлично. А сейчас на, держи, — она протянула мне листок чистой бумаги и массивную авторучку. — Накидай мне краткий план мероприятия, которое ты задумал. Хочу видеть структуру.
Я взял ручку и невольно присвистнул: «Паркер». Настоящий, заграничный, со стрелочкой на клипсе. В семидесятых такой аксессуар говорил о статусе владельца громче любого удостоверения. Присев к столу, я принялся быстро набрасывать всё, что приходило в голову: от торжественной части до тематической выставки и участия школьного ансамбля.
— Готово, — спустя пару минут я протянул ей листок.
Она быстро пробежалась глазами по тексту, и на её губах снова заиграла довольная улыбка.
— Ладно, Алексей, мне было приятно с тобой познакомиться. Ты действительно не похож на остальных. Но сейчас мне пора, дела в обкоме не ждут. Готовь концерт и не подведи меня, пожалуйста. Даю тебе, как сейчас говорят, карт-бланш.
Я поднялся со стула, намереваясь покинуть кабинет, но она меня остановила. Светлана подошла вплотную, почти нарушая границы приличия, и протянула руку для рукопожатия — открыто, по-мужски, как мы здоровались в депо. Но стоило мне сжать её ладонь, как она другой рукой внезапно обхватила мой бицепс, проверяя его крепость. Её брови от удивления поползли вверх — железные мышцы грузчика под школьным пиджаком стали для неё сюрпризом.
Впрочем, она быстро взяла себя в руки. Слегка задержав мою руку в своей тёплой маленькой ладошке, она чуть заметно сжала её на прощание.
— До встречи на приёме делегации, — тихо сказала она.
— До встречи, — кивнул я и покинул её кабинет.
Глава 16
Выйдя в приемную, я увидел Игоря — он сидел на краешке стула, нервно терзая в руках свою новую джинсовую куртку. Завидев меня, он подскочил так, будто у него под сиденьем сработала пружина. Девчонки-секретарши сразу навострили ушки, так что я жестом показал ему: «На выход».
Только когда мы спустились на первый этаж и вышли на крыльцо