- Всего три километра семьсот метров. Хватит?
- За глаза! У меня метров пятьсот с собой. Из твоего еще навяжем. Давай простыню. Будем делать.
Я кивнул пошел в спальню за простыней.
- Вадим! Ты только ту неси на которой спишь! – Догнал меня крик Решетова. – Надо что б духом людским пропахла.
Не стал я его информировать что читал о таком. Я вообще городской и мало что понимаю в таких делах. Что в принципе совсем недалеко от истины.
Когда вышел с простыней на веранду Ильи на ней не было. Заметил движения в сарае и прошел туда. Илья как раз загонял своих лошадей в ворота похлопывая ладонью по крупу той что шла первой.
- Темнеет скоро, надо на постой их. – пояснил он, оглядывая мой сарай.
- Давай их вот в эти отсеки. – показал я на загородки для прочей живности в моем сарае. В одном из трех отсеков я наваливал на пол свежескошенное сено, но два оставались свободными.
- Ага. Пойдет. – сказал Илья, осмотрев отсеки-загоны. – А нет ли у тебя пары ведер в хозяйстве? Под воду.
- Сейчас принесу.
Сходив в подсобку и прачечную, я принес два ведра наполнив их у колонки водой.
- Вот держи. – поставил я оба ведра перед загонами, в которых уже обосновались новые квартиранты.
Илья занес ведра в загоны и поставил их по углам. Потом подхватил охапку сена и положил в кормушки своим лошадям. Я посмотрел на кормушки своих питомцев и провел ту же операцию.
- А овса своим насыпь. – предложил я Илье кивнув на мешки с овсом.
- Не стоит. Утром задам. Не голодные.
Выйдя из сарая, мы оценили ситуацию на улице с освещением как критическую и, я предложил пойти на кухню и зажечь свечи. Я бы конечно с удовольствием подвесил под потолок свой фонарь, но надо держаться легенды.
Придя на кухню, я сразу зажег все имеющиеся подсвечники из кухни и каминной расставив их на столе. Включил плиту и поставил чайник на конфорку.
- Чай это ты хорошо придумал. Чай всегда к месту. Давай, будем твое имущество портить. – сказал Илья, помахивая скомканной простыней.
Мы растянули простыню между собой, и Илья стал делать надрезы в натянутой верхней части через каждые пять сантиметров своим ножом наипростецкого вида хозяйственно-бытого назначения. Неширокое тонкое лезвие, простая деревянная ручка, но судя по той легкости с которой под лезвием расходился материал чрезвычайно острый ножик.
После того как простыня была надрезана, Илья просто руками разорвал ее на ленты. Потом взял одну из лент и принялся ее нарезать на примерно равные отрезки сантиметров по двадцать.
- Давай, Вадим, присоединяйся. Надо все на такие лоскуты порезать. – Илья указал ножом на отрезанные им лоскуты.
Да, длинная история. Ведь потом их еще и вязать на шпагат. Я осмотрел кухню, взял малую прямоугольную разделочную доску, шириной как раз в двадцать сантиметров и принялся мотать ленту на нее. Илья посмотрел на мои манипуляции, одобрил рационализаторское предложение кивком и стал оглядывать кухню в поисках еще одной доски такого же размера. Пришлось передать ему свою с не домотанной лентой, а сам пошел в маяк. Есть там у меня ежедневники в твердой обложке, как раз в размер задуманного.
Так мы и сидели минут тридцать при свечах, наматывая ленты и потом вспарывая намотанные бухты лент ножами проходя лезвиями по кромке ежедневника и доски. Монотонная работа погрузила нас в некий транс, мы не разговаривали, лишь иногда прерывались и делали по глотку остывающего чая.
- Уф. С этим управились. – вздохнул Илья. – Надо навязать теперь эти лоскуты на веревки.
- Погоди, Илья. – тормознул его я и проведя в уме простые расчеты подсчитал что у нас имеется порядка четырехсот пятидесяти лоскутов. – А через какое расстояние флажки к веревке вязать надо.
- Через метр. Но можно и чаще. А что? Ты лоскуты считал, что ли? – удивился Илья.
- Вроде того. У нас тут их штук четыреста пятьдесят. Это на полкилометра всего хватит.
- Эва. Ну и то хорошо. С моими-то флажками уже полторы тыщщи метров почти получится.
- Есть еще пододеяльник. Из него еще две таких кучки выйдет. – предложил я.
- А не жаль? Вещь всё-таки. Новая ведь.
- Ну так простыню мы от этого пододеяльника мы уже и так… того. Распустили.
- Жалко. Если бы моя Василиса увидела, что мы тут с тобою, Вадим, натворили, она бы меня поедом бы заела. Как есть заела. А ты усугубить хошь еще. Снасть эта потом будет просто лежать у тебя пока не сгниет. Где ты столько волков еще найдешь-то, чтобы опять ее пользовать? Вот ведь.
До меня начало доходить насколько наше общество бесконтрольного потребления отличается от местного. Ведь для меня постельное белье — это просто тряпки. Ну да, есть дорогие тряпки, есть обычные. Я всегда покупал себе обычное постельное белье из бязи. Периодически его меняя на новое просто сходив в магазин и пустив старое белье на тряпки в гараж. Тут же к этому похоже относятся совсем иначе. Не удивлюсь если постельное по наследству передается. Это я не подумал. Похоже переборщил немного со шпагатом-то.
Видя мою задумчивость и сам пребывая в сомнениях Илья принял решение за нас обоих: