Отогнав багги в «чудную долину», на место своего бывшего временного лагеря вернулся домой и спустив в подвал маяка байк перегнал его на сторону Земли. Туда же отправил сумку с дроном. Проверил «дастер». Погода на стороне Земли не порадовала. Прошел небольшой снег и часть его осталась лежать в ложбинках и ямах. Похоже пора отгонять машину домой и на всю зиму оставаться на стороне маяка. Но это уже после того как отправлю Славку домой.
Вечером приготовив нам со Славкой макароны с сыром и копченной курицей пытал его об уходе за лошадьми. Большим плюсом было отсутствие здесь снежной зимы. Лошади могли круглый год находится в выгуле. Правда после подсчета площади загона мы пришли к выводу что нужно увеличить его площадь как минимум вдвое. Но в данный момент это не критично, надо будет месяца через четыре задуматься. Славка тут же вызвался помочь мне с этим строительством, когда придет время.
На ночь я выдал ему по таблетке анальгина и бисептола. Испытание костылей решили отложить на завтра, после осмотра раны и перевязки.
Глава 18
23 мая
С утра выпив кофе и накормив больного чаем с бутербродами, осмотрели рану. Провели исследования тыкая в ногу вокруг раны пальцами в проспиртованных перчатках. Пришли к выводу что почти не больно и можно пробовать встать на костыли. Нитки из шва я решил пока все-таки не вынимать. Снова наложил повязку потуже обильно смазав ватно-марлевую подушечку с мазью.
Костыли подогнали под размер вытянув Славку на диване. И он пошёл. Ну как пошел. Пошкандыбал еле-еле с моей подстраховкой и шипя. Но, сказав, что терпимо, просто неприятно тянет в районе раны парень поплелся в туалет. В туалете так же пришлось ему помогать усесться на унитаз. Славка краснел, шипел, но терпел. Оставил его на «толчке» с наказом орать мне, как только закончит и ни в коем случае самому не вставать.
После процесса дефекации, Славке слово кстати очень понравилось, мы снова осмотрели рану. К нашему облегчению кровь не выступила. Возможно немного лимфы выступило, но в том количестве мази, что я нанес на ногу это был не очень понятно. Порадовались и Славка тут же запросился сидеть на веранде. Стул с прямой спинкой мне показался для этого неудобным, и я притащил ему из дома кресло. Вытянутую больную ногу мы общими усилиями водрузили на низкую скамейку из сарая с положенной сверху подушкой. А чтобы больной не сильно расслаблялся я «ширнул» ему в плечо вторую дозу вакцины. Следующий укол через неделю. О чем я и сделал запись в журнале, завуалировав укол как принятие микстуры, заодно кратко расписав вчерашние события. Делал я это при Славке за столом на веранде чем вызвал у него неподдельный интерес. Точнее интерес его вызвала моя перьевая ручка, которую не надо было каждый раз макать в чернильницу. Он таких прежде не встречал. Опять я начудил. Впрочем, то что Славка не видел такую ручку у своих преподавателей в школе еще не значит, что тут до таких ручек еще не додумались. Как выяснилось Приморск вовсе не центр местной цивилизации, а скорее наоборот, самая окраина. Если тут есть микроскопы и патроны центрального боя, то технологии для изготовления перьевой авторучки точно есть, и наверняка уже кто-то их выпускает. Пачкать бумагу и изводить ближнего своего новыми средствами уничтожения любимые занятия всех веков и народов же.
Почти весь день мы провели со Славкой за разговорами. В основном конечно говорили опять о лошадях, их повадках. Иногда переключались на тему бытия самого Славки и его семьи на ферме. Как выяснилось о местной фауне парень знал мало, так как сами Решетовы охотой практически не занимались. У них было достаточно своего мяса и других продуктов. Охотником в их большой семье был только Фёдор, который иногда посещал окрестности фермы бывая в гостях у брата. Но в основном предпочитал охотится близ своего дома, где дичи тоже хватало. Впрочем, имея такой запас продуктов с их фермы, я теперь тоже не видел большого смысла в охоте. А вот порыбачить можно было. Но на тему кого и как тут ловить Славка мне много рассказать не мог. Попытки Ильи половить рыбу с берега во время поездок в город редко бывали успешными. Основной процесс ловли рыбы был поставлен по-другому. В пищу они употребляли какие-то лососевые породы, которые должны были приплыть на нерест в следующем месяце. В их реку Каскадную рыба почти не заходила, но на период нереста Решетовы почти всей семьей выезжали на вторую реку, от моего маяка, именуемую Рудничная. Топоним понятен, вверх по реке как раз и находится тот рудник где работает Фёдор и сидит участковый. И вот там на берегу реки они рыбу и ловили. Сачками. Просто черпали из реки сколько надо и солили. Но только для себя, потому как покупать ее никто бы у них не стал. В самом Приморске этот промысел был поставлен на поток и во время нереста случалась массовая обжираловка красной рыбой. Вплоть до того, что от нее отказывались уже и коты, и собаки. Но опять же промысел велся под надзором, вылавливали лишь малую часть, а большей части рыбы давали уйти в верховья реки Нерестянки до большого озера Нерестовое. В первые годы освоения этой местности такие нашествия лососевых спасали первопроходцев от голода и теперь жители, не голодая, старались сберечь этот ценный ресурс для потомков. Возможно у нас, на Земле, тоже так поначалу было, но потом торговля стала процветать нашлись рынки сбыта и у людей от прибылей посносило крыши.
В результате вновь открывшихся обстоятельств я понял, что мне нужна соль