Я не пошевелился. За спиной послышался шорох напрягшихся полицейских. Ядро в груди беззаботно предложило добавить голову околоточного в коллекцию. Это предложение я отверг, однако подчиняться не собирался из принципа.
Молчание затянулось. Я уже достаточно владел собой, чтобы не бить сходу каждую наглеющую морду. Да, под влиянием агрессии я этого не сделаю. Я сделаю это спокойно.
Что до последствий — разберемся. Логика простая: меня уже арестовали, так что я лишь увеличу меру наказания, но сохраню при этом лицо. Свое лицо, не его…
Я приблизился к столу околоточного. Его вальяжная поза мигом улетучилась, словно из сидушки кресла выдвинулись шипы. Он заерзал, обеспокоенно глянул на охранников.
В этот момент без стука распахнулась дверь.
Все обернулись к вошедшему.
Это был знакомый мне безымянный привратник Тайной канцелярии — гладковыбритый мужчина неопределенного возраста в прямоугольных очках с темной оправой. На нем был черный сюртук без знаков отличия.
— Доброе утро, господа, — сказал он. — Благодарю, что нашли господина Лютикова. На этом ваша работа закончена, он отправится со мной.
— Мину-у-уточку, — протянул околоточный. — Это мы задержали беглого волколака!
— Задержали? В ориентировке сказано найти. Распоряжение Тайной канцелярии.
— А вы, собственно, кто? Представьтесь, сударь.
Привратник подошел к околоточному и молча сунул ему под нос удостоверение. Я заметил, как блеснул золотой оттиск щучьей головы.
Лицо околоточного переменилось. Сидеть в кресле он уже не мог, словно оно раскалилось. Он вскочил, выпрямился по стойке смирно, насколько это позволял сделать выпирающий живот.
— Попрошу отметить заслугу нашего околотка в поимке, ваше сиятельство!
— Не перетрудились, сударь? — спросил привратник.
— Мы ж… это… нашли, доставили, доложили. Объект особо опасен — волколак же!
— Молодцы. Качество вашей работы оценит капитан Лютиков, если сочтет нужным. Вольно. — Привратник повернулся ко мне и кивнул: — Пойдемте, Лютиков. Время.
Мы покинули кабинет под оторопелым взглядом околоточного. Двое других полицейских и вовсе замерли и не дышали, словно статуи.
Уже на улице, по пути в Канцелярию, я сказал привратнику:
— Мне тоже надо удостоверение, как у тебя. А то каждый дурак имеет право задержать.
— Увы, капитан, золотая щука тебе не положена. Ты действуешь под прикрытием.
— Так я и думал. Что за розыск, а?
— Мы дали ориентировку полиции, когда прошел месяц с твоего исчезновения. Ради твоего же блага. Через Рюминых мы узнали, что ты отправился в Бездну. При возвращении ты могли очутиться где угодно и, возможно, раненым.
— Ценю вашу заботу, — хмыкнул я. — Как поживает граф Рюмин?
— В добром здравии.
Некоторое время шли молча.
— Почему всегда ты? — спросил я.
— Что — я?
— Приходишь за мной от Канцелярии. У вас людей не хватает?
— Я принимал тебя, когда ты пришел к нам впервые, поэтому меня закрепили за тобой. Чем меньше людей из конторы ты знаешь, тем лучше.
— Логично. Но как тебя все-таки зовут?
— Для тебя я Привратник, — чуть улыбнулся он.
— Меньше знаешь — крепче спишь, да?
— Ага. И дольше живешь.
Приемная Канцелярии отсекала от шумной улицы не хуже магического портала.
Солнечный свет сюда не попадал, здесь царила своя атмосфера, независимая от жизни снаружи, словно морское дно от волн. Горели оранжевые магические светильники, звуки растворялись в толстых коврах и гобеленах с императорским гербом — щучьей головой.
Несмотря на неформальное общение и переход на «ты», по прибытии в здание Канцелярии, Привратник все равно выдал мне серебряные наручи.
— Все-таки я не просто под прикрытием, а человек со стороны, — покачал я головой, защелкивая браслеты. — Опасаетесь, что нападу на начальника?
— Ты недооцениваешь секретность своей работы, — ответил Привратник. — О твоем задании знаю только я и сам Вельяминов. Еще вопросы?
— Нет вопросов.
— И покажи, что у тебя в мешке, — он ухмыльнулся, — вдруг у тебя там бомба.
— Ну смотри, — я положил кристалл кварцума на стойку и сдернул холщовый мешок.
— Блядь… — потрясенно прошептал Привратник.
Он наклонился над кристаллом, вглядываясь в искаженное гримасой лицо Челищева, даже приподнял очки, но тут же взял себя в руки, выпрямился и сказал:
— Спрячь обратно. Скорей к Вельяминову с докладом!
Вельяминов встретил меня спокойным взглядом серых глаз. Однако на высоком лбу, что сливался с лысиной, пролегли при виде меня горизонтальные морщины — должно быть, так у начальника Канцелярии выглядит крайняя степень удивления.
— Господин Лютиков! — сказал он. — Не ожидал я так скоро вас увидеть. Вы нашли графа Челищева и вернулись за подмогой?
Ох не верю я, что старый хитрец всерьез полагает, будто я пришел попросить несколько магов для поддержки. К тому же Привратник явно ему доложил о цели моего визита. Я потихоньку учился читать между строк и понял, что Вельяминов нарочно дает возможность похвастаться — потакает наивному волколаку.
И я подыграл. Специально, потому что у меня был план, как сохранить при себе голову Челищева.
— Боюсь, что подмога требовалась не мне, а Челищеву, — ухмыльнулся я, как герой боевика, и демонстративно поставил на стол голову в кристалле.
«Только бы Челищев сейчас не заорал», — подумал я. Мы договорились с ним, что я буду давать ему читать книги, а он будет отвечать на мои вопросы — всё это при условии, что в Канцелярии он не выдаст себя.
Челищев молчал. Возможно, вообще ушел в сон.
Вельяминов уставился на кристалл. Уголок рта дернулся.
— Черт возьми, Лютиков. Как… Как вы это сделали?
— Что именно? Победил мага седьмого ранга или заключил голову в сувенир? — уточнил я.
— Немыслимо… — пробормотал Вельяминов, словно и не услышав меня.
— Звучит так, словно вы не верили в мой успех.
— Ну что за глупости? Конечно, верил. Иначе зачем бы я готовил бумаги на ваше баронство? Но всё же… — Взгляд его против воли снова сосредоточился на голове Челищева. — Расскажите мне всё, капитан. Доклад, рапорт, называйте это как хотите.
Я рассказал. Однако не совсем всё — опустил детали, которыми не хотел делиться. Вельяминов выслушал не перебивая. После повисшего молчания проговорил:
— Удивительно. Такого кристалла кварцума хватило бы на то, чтобы запитать трамвай с тремя вагонами. Это же артефакт. Его следует отправить в Университет на кафедру зачарования, а лучше — передать