Коста легкой походкой слегка хмельного атаманского любимчика открыто спустился на нижнюю палубу. Заметил только что сменившегося с вахты матроса и хлопнул его по плечу:
— Дрыхнуть собрался? Не выйдет! Господин атаман велел навестить нового гостя и проверить замок.
— Почему всегда я⁈ — возмутился пират.
— А кто? Доложить о твоем недовольстве Акулу?
Матрос молча снял с крюка лампу и поплелся вниз. Коста нарочно громко болтал всякую ерунду, чтобы внизу услышали и успели попрятаться. Дик вместе с Ирми бесшумно крались следом, заняв место теней двоих моряков.
— Вот глупости, куда он дене… — пират даже не глянул по сторонам, только на закрытый замок. Но тут, с помощью своего спутника, он заметил, что боковая маленькая клетка пуста. — Что это? Как же так? Где он? — затравленно озирался матрос, представляя, сколь ужасен будет гнев Акула, если доложить ему о побеге мальчишки-рыцаря.
— Не понятно… — Коста почесал голову сквозь косынку. — Но эти-то наверняка знают, что произошло, — он кивнул на клетку, в которой недавно обитал сам. — Собери ребят, сколько сможешь, и веди сюда, разберемся. Только без шума, как бы Акул не узнал. Я здесь покараулю.
— Счас, мигом! — пират со всех ног рванулся на палубу.
Ирми подскочил к клетке и просунул сквозь дыру в прутьях мешок с оружием быстрее, чем Дик открыл дверь.
— Как я испугалась, когда два пирата ввалились сюда! — весело призналась Верна. — А потом — ещё больше, когда поняла, что один из них Коста!
— Не шумите, — попросил Дик. — Спокойно. Женщины и дети, прячьтесь среди бочек. Мужчины с дубинками стойте по обе стороны от двери. Никому не дайте сбежать. Убивать не надо.
— Ясно, — кивнул старший из моряков, с крестом на щеке. — За мной, Арви! Бар, Дастон, встанете слева. Нападать, только когда зайдет самый последний!
— Пленников связать и — на наше место, — пояснил Коста. — Канат мы прихватили. Режьте.
— А чем сейчас занят почтенный Мирав? — проскрипел из своего угла за бочками старик Кнод.
— Спит, — ответил Дик. — Если сбегутся хотя бы шестеро, уже удача. Но всех не… Тихо, идут! — вместе с Ирми он скрылся за бочкой, уступив поле боя команде Косты.
Дав пятерке матросов насладиться видом пустой клетки и услышать: «Вот, я же говорил!» — пленники набросились на них, молниеносно повалили, опутали веревками и втащили их в клетку Дика, словно мешки с мукой. Придя в себя, пираты изумленно таращились на своих бывших пленных.
— Буду их охранять, — старик Кнод поднял кривой абордажный меч. — Кричать не советую. Кто пикнет, проколю ногу! А могу и горло, чтоб лучше молчалось!..
— Спасибо, старик, — похвалил его Криген, бывший раб с крестом на щеке. — Что делаем, Дик?
Тот пожал плечами:
— Мне кажется, надо выставить стражу и устроиться на ночлег. Утром явится ещё кто-нибудь… или Акул протрезвеет и будет настолько любезен, что поможет нам собрать своих молодцев. Командуйте дальше вы, — Дик зевнул и махнул рукой Кригену. — Сам не могу управлять кораблем, а вы разбираетесь в этом. И в том, где мы и в какой порт нам лучше идти. Буду пассажиром, если позволите. Эй, признавайтесь, что за морская сороконожка утащила себе в нору мой меч?
Пленные пираты переглянулись и, получив разрешение говорить, неуверенно мямлили, что всё самое ценное всегда забирает Акул.
— И где он хранит это «ценное»?
Пираты не знали. Дик сердито сгрыз кусок черствой лепешки и поднялся на матросскую палубу с остальными захватчиками корабля. Троих спящих пиратов связали и тоже отправили в трюм. Нижняя палуба теперь полностью в распоряжении бывших пленных. Четверо сильных мужчин и Кнод остались внизу, ещё четверо встали на страже у входов на нижней палубе и охраняли сон женщин и детей. Пиратский корабль уютно поскрипывал и покачивался, как ворчливый старик, который в сущности добрый и обожает рассказывать внукам сказки о своих славных днях. Дик устроился возле крохотного квадратного окошка, прислонился спиной к доскам и под звонкий плеск волн в борта быстро уснул.
Он открыл глаза, когда уже рассвело. Казалось, Дик спал всего минутку, а даже не слышал, как захватили ещё одного морского бандита. Теперь, вместе с атаманом захвачено одиннадцать пиратов. Оставалось ещё четверо и боцман. Когда матрос, которого послали приготовить завтрак, так и не явится, ни рулевой, ни двое вахтенных, ни наблюдатель не спустится из «вороньего гнезда» на мачте и не сойдет вниз, чтобы проверить, куда все подевались? Следует ждать в гости свирепого боцмана, правую руку Акула.
Верна раньше всех услыхала тяжелые шаги и предупредила мужчин. Приземистый бородатый бочонок на кривых ногах, ругаясь и заранее замахнувшись семихвостой плеткой, ввалился на палубу. И покатился по ней, сваленный ударом дубинки. Но тут же взревел и пытался встать. Его обезоружили и отправили в трюм к остальным. В малой клетке давно не хватало места. Боцмана и других, самых крупных, безбоязненно отправляли в большую загородку. Даже свободным им никак не пролезть сквозь прутья, тем более с такой охраной как Кнод и Коста.
Оставались четверо и, возможно, они слышали крики боцмана. Бывшие пленники, не таясь, поднялись на палубу и заявили о том, что корабль сменил команду и капитана.
Трое матросов сразу сдались, пришлось потрудиться только с наблюдателем, который никак не желал слезать с мачты. Но стоило самой крепкой женщине принести лук и пригрозить сбить «во́рона» если тот немедленно не спорхнет вниз, как последний оставшийся на свободе пират неохотно сполз по канату на палубу.
Места на руле, на площадке наблюдателя, на носу и на главных парусах заняли моряки из команды Кригена. Сам он изучал карту и прокладывал новый курс для «Седой акулы».
После недели мирного плавания, где им не встретился ни один корабль, торговый, военный или пиратский, капитан Криген благополучно привел бриг в порт Велсад. Самый близкий южный городок, где рыскали только заезжие вербовщики и работорговцы, местные власти не имели с ними ничего общего. «Седую акулу» чуть не обстреляли из пушек, едва завидев ее грозный силуэт в гавани. Атамана Мирава здесь знали не с самой лучше стороны.
Дик вместе с Ирми, который гордился своей ролью юнги, обыскали брюхо «Акулы» и нашли тайник, где хранилось всё награбленное за один пиратский