Аристократки могли быть настолько образованными, что вступали в конфуцианские дискуссии и давали советы мужьям, взрослым сыновьям и даже свекрам, среди прочего, и по вопросам, связанным со службой. Так, Ли И в переписке со своей старшей сестрой Ли Мэчхан (
Жены также помогали мужьям готовиться к экзамену кваго, разъясняли значение написанного в текстах конфуцианского канона. Ли И вспоминал, что его мать Син Саимдан вступала с отцом в дискуссии, чтобы помочь разобраться в текстах, а если отец ошибался в трактовании написанного, то поправляла его. Ученый муж Ли Токсу (
Лим Юнчжидан (
В те времена было распространено мнение, что классическое образование женщине не нужно и лишь мешает выполнять долг «верной жены». Влиятельный конфуцианский мыслитель Ли Ик писал:
Читать книги и разбирать их содержание — мужское занятие. Женщина должна в течение года заготавливать необходимое для приготовления еды, проводить обряды чеса, принимать гостей. Когда ей читать книги? <…> Чтение «Малой науки», «Нэхуна» — это тоже занятие мужчины, а женщина лишь должна понимать, что написано в текстах, тихо размышлять, действовать согласно написанному. Что хорошего в том, если женщина будет открывать книгу и пренебрегать разведением шелкопряда и ткачеством? [244]
Тем не менее сохранились сведения о том, что мужчины ценили в женщинах образованность. Так, упомянутый во второй главе Ким Чханхып, современник Ли Ика, писал о своей племяннице: «Был в ней энергичный дух мужчины. Она не боялась говорить, что думает, радостно было с ней вести разговор, словно не было между нами никаких преград и препятствий» [245]. Но хвалили образованность аристократок с оговорками. Ким Чханхёп поощрял стремление своей дочери по имени Ким Ун (
Замужество и рождение детей
Согласно книге ритуалов «Ли цзи» — одного из главных произведений канонической литературы конфуцианства, «брак — это союз двух семей, заключающийся с целью почитания предков и продолжения рода» [247]. Супружеская жизнь строилась вокруг долга рождения наследника и проведения ритуалов.
Рождение сына было главным долгом замужней женщины, от нее зависело продолжение рода, что приводило к серьезному давлению со стороны семьи мужа. Появление на свет наследника гарантировало женщине определенную стабильность в семейной жизни, отношениях с мужем и свекрами. Именно поэтому ее жизнь концентрировалась вокруг задачи родить и вырастить сына.
К рождению ребенка подходили серьезно, начиная с зачатия. Старшие члены семьи регулировали брачные ночи молодых, подбирали удачные для их свиданий дни. Родители мужа могли следить за тем, чтобы молодой супруг не слишком часто заглядывал в комнату жены и зачатие ребенка не произошло в неблагоприятный день. В каждом из четырех сезонов было по два «благоприятных» дня, и считалось, что зачатие в эти дни подарит семье доброго, умного мальчика, который проживет долгую жизнь, а зачатый в неблагоприятных условиях ребенок будет болеть, и характер у него окажется скверный и непочтительный.
Для удачного зачатия выбирали лунные ясные ночи, а проводить время вместе в непогоду (дождь, тайфун, туман, жара, холод), в полнолуние, в первый и в последний дни месяца, в лунное и солнечное затмение, в день, когда на небе радуга, мужу и жене запрещалось. Неблагоприятным считалось зачатие ребенка при свете дня, под открытым небом, рядом с павильоном для проведения ритуалов чеса, монастырями, кухней, туалетом, колодцем и могилами [248]. Известно и множество других суеверий: например, если зачать ребенка в южной комнате, то у него будет большой рот и пр. Матери обучали дочерей премудростям зачатия, составляли календарь благоприятных для свиданий с мужем ночей. Про правильные дни знали и мужчины, поэтому глава дома отправлял сына на женскую половину согласно календарю.
Люди верили, что поведение матери во время беременности влияет на характер, внешность и таланты ребенка. В «Малой науке» Чжу Си изложил условия рождения гармонично развитого ребенка:
В древности во время беременности женщине предписывалось не спать на боку, не сидеть криво, не стоять на одной ноге, не есть пищу с резким запахом. Если мясо было не так отрезано, то его не разрешалось есть, если циновка криво постелена, то на нее не разрешалось садиться.