— Ты уснул там, что ли? — симин постучала в перегородку примерочной.
— Иду-иду, — Фардин торопливо примерил пиджак. Ему было все равно, как он выглядит, его заботило сейчас другое — в какой игре он стал пешкой, прикрывающей королеву?
Симин потащила его в музей естественных наук, расположенный в здании из белого камня с колонами на полукруглом фасаде в древнегреческом стиле.
Когда Симин лихо подкатила к музею на машине, Фардин не удержался от вопроса:
— А ты уже бывала в Венесуэле?
— Нет. Почему ты спрашиваешь?
Фардин пожал плечами.
— Хорошо, что ты знаешь об этом музее.
— Читала про него в интернете.
На самом деле, Фардин интересовался не из-за музея. Симин все дни ездила по городу и окрестностям, не пользуясь ни бумажной, ни электронной картой.
Как ни пытался отвергнуть версию Алексеева о художнице, все настойчивее к ней возвращало его происходящее в эти дни, то, на что другой человек и внимания не обратил бы.
Симин посещением музея хотела угодить Фардину и убить время до приема. Но сама увлеклась, зависла над большой коллекцией морских раковин. Вдохновившись, даже сделала несколько быстрых карандашных скетчей. Фардин заинтересовался рыбами и чучелами животных. Очень кстати пришлась эта импровизированная экскурсия, снаружи начался ливень.
Фардин смог позвонить из музея, убедившись, что Симин делает зарисовку чучела жирафа и не сможет подслушать. Он обнаружил городской телефон еще при входе, на экскурсионной стойке. Девушка, сидевшая за стойкой, не возражала.
— Это Морис? — спросил Фардин по-английски.
— Нет. Но я могу ему передать. Дословно.
— Завтра мне хотелось бы видеть доктора, это возможно?
— Он будет ждать в течение дня.
* * *
Они вернулись на виллу почти в три часа ночи. За руль пришлось сесть Фардину. Симин засыпала на ходу. Полтора часа разницы с Нью-Йорком только сейчас неожиданно дали о себе знать. Когда он въехал в гараж и стал впотьмах искать дверь, ведущую в дом (выключатель он так и не нашел), Фардин обнаружил велосипед, который упал ему на ногу. Симин благоразумно вышла из машины еще во дворе и, зайдя в дом через парадный вход, спасла Фардина, открыв ему дверь из кухни.
Оставлять «фиат» на улице они больше не решались после прошлой дождливой ночи, когда весь корпус машины облепили лепестки бугенвиллии и олеандра.
Рафинированный прием в иранском посольстве не понравился им обоим, за исключением традиционной иранской еды, по которой оба уже успели соскучиться.
Фардин утром вскочил чуть свет, в отличие от Симин. Она, завернувшись в огромную простыню, как в кокон, спала бесшумно и крепко.
Он решил съездить на рынок, находящийся неподалеку, на том злополучном велосипеде, который отбил ему ногу, но не охоту прокатиться. Убедившись, что шины накачаны, он несколько метров вспоминал подзабытые с детства навыки.
Солнце еще не вошло в силу, да и светило сквозь дымку, но Фардин взмок почти сразу от высокой влажности.
На оживленном рынке кипела торговля. Сильнее всего пахло свежевыловленной рыбой. Чуть дальше от моря продавали фрукты. По иранской привычке поторговавшись с местными на смеси персидского, английского и испанского, Фардин наполнил металлическую корзину на багажнике манго, пиньей, маракужой, а сверху уложил бумажный сверток с креветками и меро — каменными окунями. Фардин увлеченно исследовал прилавки с рыбой, испытывая научный интерес.
Уже выезжая из поселка, он заметил маленький супермаркет, где купил сигарет. Вдруг его взгляд упал на стойку со свежими газетами.
На первых полосах сразу нескольких газет большими буквами заголовок «Rapto» и американский флаг. Фардин спросил у продавца, что такое «rapto» и получил ответ: киднепинг.
В Венесуэле много убийств и похищений, и это никого не шокирует из местных. Молодой парень-продавец, к счастью, сносно знал английский и в общих чертах перевел статью о похищении двух бизнесменов, один из которых племянник всемирно известной венесуэльско-американской дизайнерши. Ее наряды надевала дочка нынешнего президента США.
Фардин купил газету и, свернув ее до размеров почтового конверта, сунул в карман.
* * *
Он припарковал «фиат» на обочине, когда из дома его нельзя уже было видеть. Небольшой технический карман на дороге, море — внизу, слепящее в полуденный час, обрыв сразу за дорожным полотном, оживающая от дождей трава и цветы на склоне.
Фардин опустил стекло рядом с водительским местом, вдохнув морской воздух. Подумал, что с такого же склона, наверное, слетела машина его родителей…
Он быстро начал осматривать содержимое бардачка. Документы на «фиат», вернее, договор аренды — вот, что он искал. В доме его не обнаружил.
Симин с легкостью отпустила Фардина в город и дала ключи от «фиата». Он объяснил свою поездку необходимостью посетить врача. Фардин поддерживал удобную легенду о малярии. Делал вид, что принимает лекарства.
Художница предложила поехать с ним за компанию. Но ему довольно легко удалось ее отговорить, пообещав, что вернется очень быстро, а она могла бы приготовить рыбу к его приезду, почти как жена. А после обеда хорошо бы пойти на пляж…
В бардачке лежали рекламные буклеты, в том числе и про бюро аренды, которому, по-видимому, принадлежал «фиат». Сам договор Фардин так и не нашел. Осмотрел и багажник, и даже отсек под поликом багажника, где хранилась запаска. Ничего необычного или подозрительного.
По дороге на конспиративную квартиру он заехал в агентство по аренде машин. Наплел невероятную историю, что его подруга арендовала машину, потеряла договор, ее задержала полиция за нарушение и требует документы на авто. Подруга, помимо прочего, забыла адрес агентства. Теперь Фардину приходится ездить по агентствам города и выяснять, кому принадлежит красный «фиат», чтобы получить дубликат договора. Он назвал госномер авто.
— На что только не пойдешь ради любви, — подытожил он, разведя руками и ожидая сочувствия от полноватого менеджера.
Ушлый венесуэлец решил воспользоваться ситуацией:
— Да, машина наша. Но, сеньор, эта информация конфиденциальная. Должна приехать ваша подруга, только ей я смогу выдать копию договора аренды.
— Как же она приедет, если она в полицейском участке и от нее требуют договор?
— Тогда должен быть официальный запрос полиции.
— Как бы вам объяснить, я с полицией договорился… неофициально, что просто принесу им договор и подругу отпустят без составления протокола. — Фардин уже мысленно расстался с энной суммой на взятку менеджеру. — Войдите в положение. Я в