Я же занялся всё ещё находившейся на лётной палубе грудой контейнеров и разных ящиков из-под своих вчерашних приобретений. Для начала активировал и приписал к искинам всех бытовиков, и они тут же разбежались по разным помещениям. Потом активировал охранных, их уже приписывал к одному из четырёх искинов, который отвечал за вооружение и внутреннюю безопасность, обеими турелями на лётных палубах тоже управлял он. Закончив с охранными, приступил к противоабордажному комплексу из семнадцати дроидов, в одном из которых был управляющий искин. Это тоже небыстрое дело. По одному охранному дроиду осталось на каждой из двух лётных палуб, в специальных нишах, в которые выведены источники питания для подзарядки. Для остальных дроидов тоже были определены места, где они будут нести службу. Так, один дроид был отправлен в ремонтный док для контроля.
Противоабордажный комплекс я также приписал к искину-боевику. Одного мало на такую тушу, но раскидывать его на отдельные очаги обороны, как охранных, не буду. Отправил пока в совершенно пустой арсенал, ударным кулаком при обороне будет. Потом активировал четырёх абордажных дроидов. Вот их приписывать к искину-боевику не стал, это уже мои солдаты. Двое остались на лётной палубе, одного на борт «Скорпиона» отправил, одного на борт бота, а челнок пока обойдётся. Мне эти абордажники нужны для действий на корабельных кладбищах – будут проводить разведку на разных остовах. Поди пойми, где «живой» корабль, а где нет, не хватало ещё ракету в борт получить или снаряд.
На капсулу опять времени не хватило, поздно уже было, хотя осталась только она. Да что это – я даже в своей каюте всего раз побывал, когда с инженером обходил жилой модуль, принимая его. А ведь нужно обустраиваться, а то не пойми что – не каюта, а какое-то нежилое помещение. Да и зря я её каютой называю – апартаменты из четырёх помещений: гостиная, кабинет, спальня и небольшой пустой спортивный зал. Ещё были крохотная кухня и столовая, но я их не считал, они вроде как не жилые, а для приёма пищи. Кухню я мельком осмотрел, можно готовить и натуральные продукты, но она была простой, будет возможность – заменю на что-то более крутое. Я вообще в этом дока… А «Повар» всё же надо доучить.
Решив, что медсекцией и своей каютой займусь завтра вечером, я покинул борт судна и снова на челноке перебрался на служебный буксир. Там меня ждала капсула.
* * *
Моё утро началось не по штатному сигналу искина, возвещавшему о старте нового рабочего дня, а гораздо раньше, под рёв сирены, прокатившейся по жилому модулю буксира.
– В чём дело?! – зло рявкнул я, пока крышка капсулы поднималась.
– Общая тревога по системе. Вторжение, – сообщил искин и дал доступ к оборудованию связи, где царил настоящий бедлам.
– Вот уроды, не могли через неделю налёт устроить, когда я уже свалил бы из этой системы, – быстро одеваясь, пробормотал я. – Работорговцы хреновы.
Запутавшись на бегу в штанине, я упал в коридоре, разбил локоть, зашипев от боли, и, влетев в рубку, приказал:
– Связь с диспетчером.
– Диспетчер занят, нас поставили в очередь, – тут же отозвался искин.
Наконец, полностью застегнув комбинезон, который уже сросся с обувью, я упал в пилотское кресло, ставшее таким привычным и родным за эти два с половиной года, и заработал с пилотским пультом. Одновременно вышел на связь с искинами «Крепыша», отдав им приказ переходить на боевое положение и запускать три оставшихся реактора, а также приводить все системы к скорому вылету, плюс щиты на максимум. При входе в зону безопасности «Крепыша» любого корабля или судна считать это агрессией и после повторного предупреждения открывать огонь на поражение. Внутреннюю безопасность тоже привести в полную боевую.
Работая с «Крепышом», параллельно изучал данные по системе. Паника стояла та ещё. Игнорцы, как выяснилось, как-то могли снять дальние и ближние дозоры (видимо, работал спецназ, элита) и внезапно появились в соседней системе. Кстати, диверсанты ещё глушилки должны были уничтожить. Часть, видимо, смогли, но с другими не заладилось, поэтому флот империи Игнор появился на границах нашей системы, но не возле станции «Форпост-4», как явно было задумано. Так что оборона начала разворачиваться, но было поздно. Тревога и повышенная боеготовность, введённые после того случая, когда пострадал патруль военных и наши из отдела поиска и доставки, совсем недавно были сняты, и игнорцы фактически застали военных нашей империи со спущенными штанами.
Хоть мне и не вся информация была доступна, я так прикинул, что, похоже, дело швах. Захватят игнорцы систему, как сделали это лет шестьдесят назад. Одним словом, валить надо. Ха, а военные империи Бельц были настолько уверены, что это не повторится, что разместили тут корабли резервной дивизии ополчения для усиления местных сил. Кто же им теперь позволит тут дивизию развернуть? Да и ополченцы сейчас на Анаиде. Не-е, я в рабы к игнорцам не хочу, снова ошейник на шею мне не надо.
Я стронул буксир с места, внимательно осматриваясь вокруг. Маршруты и контроль за полётом в системе давно полетели к чёрту, и я уже засёк несколько столкновений, без жертв наверняка не обошлось, вот этого я и хотел избежать. А направлялся я к «Крепышу», на котором собирался уйти из системы и прорваться к курортной планете. Именно прорваться. В то, что игнорцы не поставили заслоны на пути возможного бегства, я не верил. Должны они быть, просто обязаны.
Пока летел, один раз чудом увернулся от какого-то психованного пилота на таком же буксире. Причём кто это, понять не смог, идентификатор у судна не работал. Судя по помятым захватам и повреждениям на борту, он уже успел с кем-то столкнуться. Пилот точно был из нашей корпорации, потому что только у нас используются подобные модели буксиров. Новичок, наверное, они по первости нервные, это потом, заматерев, спокойнее становятся. Но в остальном полёт до борта «Крепыша» прошёл спокойно. Бронированная створка на подлёте начала открываться, в щите образовалось окно. Я приблизился к борту и, влетев внутрь, сел на палубе «Б», рядом с ботом.
В это время,