– Никак… – признала я растерянно.
Вот так и бьются надежды на лучшее. Моя прекрасная идея оказалась пшиком, пустышкой, и обидно даже не столько за потраченные впустую усилия, сколько за отсутствие любых других идей. Я почти физически ощутила, как уныние наваливается на плечи тяжелым одеялом, окутывает, придавливает к земле. Я опустилась на ступеньки крыльца и уставилась перед собой ничего не видящим взглядом, лишь мельком отметила, что уже темнеет, деревья на фоне вечернего неба превращаются в черные изломанные линии, появляются первые звезды.
Но вся эта красота не нашла в моей измученной душе никакого отклика.
– Еще один прекрасный никуда не годный план, – вздохнула я. – Ничего у меня не получается… Что ни придумаю – ничего не работает. Мы никогда отсюда не выберемся…
Инспектор подошел ближе, по-простому сел рядом со мной, плечом к плечу. На миг мне показалось, что сейчас он меня приобнимет, погладит по голове, скажет что-то ободряющее.
С обнимашками – это я, конечно, погорячилась, но пара добрых слов для меня нашлась.
– Выберемся. И идея была хорошая. И вообще, кто нам мешает придумать что-то еще?
Солнце окончательно село, оставив вместо себя тонкий серпик луны, который тускло подсвечивал верхушки деревьев. Ветерок шевелил ветви ближайших кустов, и этот мрачноватый лес стал казаться почти приятным, даже уютным… Неужели только потому, что инспектор проявил ко мне простое человеческое участие? Идея, говорит, хорошая. А что касается “придумать еще” – так это я запросто!
– А если приделать к нашему коробу колеса… Вы умеете делать колеса?
Инспектор рассмеялся:
– Вот видишь, ты никогда не сдаешься, – и накрыл мою руку своей.
Обычный жест, который означает поддержку или…
…или что-то большее?
Я замерла, боясь шелохнуться. Ладонь инспектора накрывала мою, и это прикосновение заставило сердце сбиться с привычного ритма.
Тишина разом стала гуще, даже ночные шорохи леса словно притихли. Я не смотрела на инспектора, но физически ощущала его присутствие рядом – крепкое плечо, легкое дыхание.
Теперь мне не хотелось думать ни о тяжелом коробе, ни о том, как отсюда выбираться. Какая разница, если можно просто сидеть рядом и слушать, как шуршит листвой прохладный ветер…
И тут меня осенило. В один миг, словно включили свет в темной комнате, пришло совершенно очевидное и простое решение. Я резко подскочила, едва не опрокинув инспектора.
– Куда ты? – он явно растерялся от моей внезапной активности.
– Я сейчас! – бросила я через плечо и бегом рванула к шкафу.
Разумеется, по пути я споткнулась о кота, едва не грохнулась на пол – но все это такие мелочи, если есть цель.
– Шкафчик, миленький, дай мне готовый короб! Только легкий, складной, чтобы сразу мог превращаться в прилавок, а?
Неужели получится?
Когда я тянулась к створкам и открывала, пальцы дрожали. Я зажмурилась до боли и резко распахнула глаза – здоровенный короб стоял на полке, будто был на ней давным давно.
Рвано выдохнув, я поскорее вытащила его наружу, погладила по лакированной боковушке и тут же (чтобы не обиделся) погладила и шкаф:
– Вот спасибо тебе огромное! – Я облегченно вздохнула. – Спаситель ты мой деревянный!
– Ты с кем там разговариваешь? – раздался за спиной голос инспектора.
Он уже стоял в дверях и вопросительно смотрел то на меня, то на выданную шкафом конструкцию.
– Вот! – радостно объявила я. – Понимаете, я подумала, раз он может выдать доски и гвозди, почему бы ему сразу не дать готовый короб, нормальный и легкий?
Инспектор подошел ближе, присел на корточки, осмотрел мое новое приобретение и тяжело вздохнул:
– А сразу нельзя было так сделать? До того, как я весь день сражался с гвоздями и молотком?
И это вместо того, чтобы похвалить!
– Вы тоже могли бы догадаться, – буркнула я. – Я-то хоть сейчас сообразила.
Я была права, однозначно права, тысячу раз права! Но какой в этом толк, если мой инспектор хмурится? И вообще, победители могут позволить себе роскошь быть великодушными.
– А героический труд с гвоздями и молотком войдет в историю как пример вашей невероятной стойкости и терпения, – улыбнулась я. – Ну и моих не до конца продуманных идей…
Глава 14
Сборы начались сразу после завтрака и тут же показали, что торговля на вынос не будет простой.
Уложить товары в короб и пойти их продавать казалось задачей элементарной ровно до тех пор, пока я не начала раскладывать амулеты и хрупкие пузырьки с эликсирами.
Любой, кто хоть раз паковал чемодан перед отпуском, отлично знает эту магию вещей: вроде бы хочешь положить всего пару платьев и туфли, но потом вспоминаешь, что нужен фен, косметика и… Когда начинаешь укладывать вещи, они категорически отказываются помещаться, расползаются по сторонам, и молния не сходится.
А здесь задача была куда хитрее: как сложить все так, чтобы при ходьбе ничего не разбилось, не помялось и не превратилось в бесполезный мусор? Через полчаса утомительных попыток я обессиленно уселась на пол рядом с коробом и с грустью оглядела хаос на прилавке.
– Как успехи? – выглянул из своей комнаты инспектор.
Он-то, ясное дело, уже давно был готов и теперь наблюдал за моими метаниями, словно болельщик на трибуне.
– Ничего особенного, – проворчала я. – Просто пытаюсь запихнуть сюда сотню бутылочек, пару десятков амулетов и коробочек так, чтобы они не передавили друг друга. Кстати, у вас не завалялось немного упаковочной бумаги, воздушной пленки, пенопласта?
– Нет. Но я могу попросить все это у шкафа, если ты сможешь объяснить мне, что такое, к примеру, пенопласт.
Я глубоко вздохнула и отправилась договариваться со шкафом сама. Это явно проще, чем объяснять инспектору, как выглядят упаковочные материалы из моего мира. Учитывая, что он потом пойдет пересказывать мои объяснения шкафу, получится типичный “испорченный телефон”. Даже представить страшно, что именно инспектор может притащить в результате – рулон колючей проволоки?
Объясниться со шкафом и мне было непросто. Кое-как, размахивая руками и рисуя в воздухе фигуры, я растолковала, что от него хочу. Шкаф долго думал, тихонько поскрипывал и в итоге выдал мне охапку чего-то пушистого, легкого, больше всего похожего на вату. Не бог весть что, конечно, но хоть так.
Подхватив эту воздушную гору, я вернулась в торговый зал и увидела, что инспектор уже колдует над коробом. Я решительно шагнула вперед:
– Вы там все перепутаете!
Он даже не отреагировал, спокойно забрал у меня вату, кивнул в сторону прилавка – не мешай мол.
Ну-ну, посмотрим, что у вас получится!
Однако уже через десять минут все было аккуратно