— Но всё же через тридцать лет проблема с тварями вновь возникнет, — заметил наместник.
— Никто не знает, что будет через тридцать лет, — пожала плечами Натали. — Либо разломы исчезнут, либо больше некому будет получать новый ранг. Сейчас у вас нет привычного способа контролировать своих магов, потому что мы уничтожили разлом. Мы можем вернуть вам ваши рычаги влияния.
— И что же мне это будет стоить? — после паузы поинтересовался наместник. — Только не говори, девочка, что вы сделаете это по доброте душевной.
— Конечно же нет, — ответила Натали. — Мы создаём вам личный разлом, который тридцать лет не будет превращать огромную территорию королевства в пустыню, вы же, в свою очередь, поможете нам попасть ко всем оставшимся разломам. Мы их уничтожим, но новых делать не станем. Таким образом разлом, управляемый уважаемый всеми наместником Ранугадского региона, останется единственным разломом для достижения магами королевства десятого ранга. Нужно объяснять, куда взлетит ваше влияние не только в регионе, а в целом в королевстве? Очередь, чтобы попасть в разлом и получить необходимую всем энергию, выстроиться от Паритлона до самой империи. И все эти люди будут жаждать встретиться с вами лично, чтобы пройти без очереди. Только представьте объёмы всего того, что осядет на ваших руках.
У меня сложилось ощущение, что Натали обсудила этот план вначале с Розалин, а потом уже его озвучила. Потому что слишком заинтересованным выглядел наместник, словно Натали удалось попасть в самый центр его желаний.
— Уничтожить все разломы роста, чтобы остаться единственным владельцем подобного? — задумчиво произнёс наместник. — В этом что-то есть, девочка. Это официальная позиция Греймодов, или слова ученицы?
— Это официальная позиция Греймодов, — ответил я. — Полагаю, наместник уже знает, что делами в роду Греймод занимается Розалин, не я. Если она молча согласовала предложение Натали, значит её, как главу рода, всё устраивает.
— Исполнительного главу, — поправила Розалин. — Не нужно на меня перекладывать всё, учитель. Идея Натали действительно кажется мне идеальной. Она не только решает проблему, что делать нам дальше, но и выстраивает плотные связи между Ранугадским наместником и Греймодами. Через тридцать лет мы вновь явимся, чтобы решить проблему разлома и создать новый.
— Мне нужно обдумать это предложение, — решил наместник. — Да, мне нравится ваше предложение, я склонен его принять, но мне нужно обсудить это со своей семьёй и обсудить все риски. Встретимся через три дня. Пока будьте гостями Паритлона. Уверен, мой город сумеет удивить даже вас.
О том, что мы уничтожили десять его магов, наместник даже не вспоминал. Не было никаких магов, а ранги у Греймодов выросли сами.
Наместник достал колокольчик и вызывал слуг. Нас проводили к выходу и на этот раз площадь пришлось пересекать самостоятельно, не трясясь в блокирующих магию повозках.
— Быстро вы, — Вирена встретила нас в общем холле, устроившись в уютном кресле. Ястин и Ворлюн всячески помогали моей жене, обеспечивая ей комфорт. То шторку прикроют, то воды принесут, то особо шумных гостей приструнят. О том, что в гостинице находятся гости наместника, уже было известно всему городу, так что никто не возражал.
— Знаешь, дорогая, у меня возникло стойкое ощущение, что мне пора на пенсию, — заявил я. — Я больше не нужен ученицам. Дошло до того, что они уже и переговоры с наместником сами проводят. А ведь ещё полтора года назад кто-то даже смотреть в сторону представителей высших родов без страха не мог, да, Натали?
— Учитель, не начинай! — насупилась маг воды, но Розалин её перебила:
— Нет-нет, пусть начинает, — на лице мага огня появилась многообещающая ухмылка. — Так что ты там хотел про пенсию сказать, учитель? Мы больше не твои ученицы?
Я посмотрел на Вирену. Моя жена улыбалась, наблюдая за происходящим и поглаживала себя по животу. Всё, что касается девушек, мы обсудили давно, так что смысла возвращаться к этому вопросу уже не было. Вирена поставила мне условие и это условие будет выполнено через три месяца. Даже если ученицы разом станут беременны, всё равно родят значительно позже моей первой жены.
Так что осталось признать тот факт, что мне действительно уже нечему учить девочек и принять свою судьбу. Они не только выросли, но ещё и успели перерасти меня по всем статьям.
— Сожалею, но… — начал было я, но Розалин меня оборвала:
— Минуту, пока ещё учитель! — произнесла она. — Это должны слышать все! Причём сами, а не через нас.
Несколько минут спустя в главном холле королевской гостиницы Паритлона собралась вся шестёрка группы «Истина». Девушки смотрели на меня с нетерпением, ожидая услышать то, что хотели услышать ещё полгода назад.
Я же намеренно тянул, наблюдая за их реакцией. Передо мной стояли не маги девятого ранга. Это были обычные девочки двадцати одного года. Девочки, которые достигли совершенства каждая в своей области, но в бытовом плане они как были глупыми и наивными, так ими и остались. Опыт — такая вещь, которая приходит с возрастом. Его у моих учениц, к сожалению, пока нет.
— И чего мы ждём? — спросил я. — У кого-то нашлось свободное время? Дорогая, тебе не кажется, что мои ученицы слишком много отдыхают? Может, отдать их Ширу?
— Соло! — чуть ли не хором воскликнули девушки.
Я красноречиво поднял бровь, призывая к порядку. Первой отреагировала Розалин:
— Соло, ты не справедлив, — заявила она. — Ты считаешь нас неготовыми. Это чувствуется в твоей душе. Но это не так! Мы уже взрослые!
— Взрослые? — задумался я. — Хорошо, взрослые ученицы, даю вам выпускное испытание — победа над Ночью. Сумеете одолеть питомца Шира, признаю вас достойными самостоятельного плаванья. Ведь это всего лишь вожак разлома. Тот, кого вы должны уничтожать пачками перед завтраком. Так что, мне Шира звать?
— Ночь ещё два месяца будет неактивным, — пробурчала Милена. — И ты прекрасно знаешь, что мы сейчас победить её не можем. Даже если объединимся.
— Почему ты так думаешь? — спросил я, подталкивая Милену к правильному выводу.
— Потому что мы ещё недостаточно сильны, — ответила Натали. — Мы с ним не справимся. Роза, он опять врёт?
— Я давно перестала понимать, что на самом деле на душе у учителя, — вздохнула Розалин. — Сейчас такое ощущение, что