— Похоже, до этого я выглядела ужасно, — поддразнила я.
— Нет, — Вайатт покачал головой. — Ты и раньше выглядела прекрасно, — он выехал на дорогу и поехал вниз по горе. — Просто я тебе не говорил.
Мы ехали молча, желание во мне боролось с доводами рассудка. Я всю свою жизнь хотела испытать нечто подобное к мужчине. Почему я нашла его в Богом забытом городишке?
Я знала, что это не имело значения, что у нас нет будущего, мы оба находились в состоянии войны со своими отцами — он хотел противостоять своему, я хотела сбежать от своего. Но я не могла подавить свой интерес к нему.
— Как ты оказался в тюрьме, Вайатт? — выпалила я.
— Как тебе уже известно, — сказал он, не пытаясь защититься, — меня обвинили в вождении в нетрезвом состоянии и во взломе с проникновением.
— Но поначалу тебе предъявляли другое обвинение. В ограблении. Я слышала, что ты проник в гараж, которым теперь владеешь. Что-либо из этого правда?
Вайатт осмелился мельком взглянуть на меня.
— Да. Я проник в гараж, но я не крал ничего, что по праву бы не принадлежало мне. И я вел машину в нетрезвом состоянии. Я заслужил приговор. Я мог кого-то убить.
— Поэтому ты не позволил своим родителям нанять адвоката?
Вайатт фыркнул.
— Нет, я уже сказал своему отцу, что не хочу иметь ни к нему, ни к его деньгам никакого отношения, соответственно, не хочу, чтобы он нанимал мне адвоката.
— И что ты хотел забрать, что принадлежало тебе?
Он немного помолчал, словно раздумывал, как много хочет раскрывать. Я было уже подумала, что больше и слова из него не вытяну, когда он заговорил.
— Бейсбольную кепку. Мой дедушка подарил ее мне, когда я был ребенком.
Вайатт искоса улыбнулся мне.
— Она была подписана Джо Ди Маджо. Я обожал эту глупую вещицу.
Бейсбольную кепку? Очевидно, она была для него памятной вещицей, учитывая, что ее подарил ему его дед.
— Как она оказалась в гараже?
— Мой дед со стороны матери и мой отец не ладили, но старик любил меня, что безмерно злило моего отца. Так что, когда я сказал своему отцу, что не хочу иметь к нему никакого отношения, он назло мне продал бейсбольную кепку Эрлу Картрайту. Я пытался выкупить ее, но Эрл отказывался с ней расставаться. Однажды ночью я напился и был зол — такое сочетание к добру не приводит — и решил украсть ее с витрины в гараже Эрла.
— Так ты вернул ее? — спросила я.
Он покачал головой и усмехнулся.
— Нет. Шериф забрал ее в качестве улики. Она пропала. Мой отец заплатил Эрлу достаточно, чтобы тот отказался от обвинений в грабеже, а затем заплатил моей девушке, чтобы она покинула город.
Вайатт наклонил голову в мою сторону.
— Он думал, что она недостаточно хороша для меня.
— Это правда? — спросила я, едва заметно улыбаясь.
— Один из редких случаев, когда он оказался прав. Так вышло, что ее больше интересовали деньги Драммондов, чем их старший сын.
— Мне жаль, — сказала я. — Со мной тоже такое бывало. Большинство мужчин больше интересовал тот факт, что я наследница «Блейкли Ойл», чем я сама.
— Включая парня, которого ты бросила у алтаря? — спросил он.
— Не-е-е-т… — протянула я. — Технически, я не бросала его у алтаря. Я бросила его в ночь перед свадьбой. И хоть я и уверена, что Джейка интересовали нефтяные деньги моего отца, больше его привлекали нелегальные бизнес предприятия моего отца.
Его брови взлетели вверх.
— Вроде корпоративного шпионажа?
Я коротко рассмеялась.
— Намного хуже. Скорее, контрабанда наркотиков и оружия.
— Вот дерьмо, — произнес он, явно пребывая в шоке. — Поэтому он хочет вернуть тебя обратно? Потому что ты слишком много знаешь?
— Нет, но я подозреваю, что это его тоже беспокоит.
Вайатт посмотрел на меня с тревогой.
— Так почему он тебя ищет?
Рискну ли я рассказать ему? Разве я уже и так не слишком рискую? Что значит это признание по сравнению со всем остальным?
— Я не предам тебя, Карли. Я надеялся, что ты это уже поняла, — сказал он, неверно поняв причину моей нерешительности.
Я с удивлением повернулась к нему.
— У меня и в мыслях такого не было.
Он улыбнулся, его лицо просияло.
— Это прогресс.
— Прогресс, — согласилась я, вдруг застеснявшись. Признаться в том, что мой отец готов пустить меня в расход, было унизительно. — Как много ты хочешь знать?
— Столько, сколько ты готова рассказать. Я не выдам твоих секретов, Карли. Клянусь.
Назовите меня дурой, но я поверила ему.
— Ладно. Я расскажу тебе все.
Глава 25
— Думаю, мне стоит начать рассказ со смерти моей матери, — сказала я, переведя взгляд на ветровое стекло. Я испытывала слишком сильную боль и не могла смотреть на него.
К моему удивлению, он потянулся через сидение и взял меня за руку, переплетя наши пальцы вместе.
— Не спеши.
Его прикосновение значило больше, чем должно было. Такие чувства были опасными. Но его теплая и сильная рука придала мне смелости продолжить свой рассказ.
— Моя мать погибла во время автомобильной аварии, когда мне было девять. За год или около того до ее смерти, я думала, что моя жизнь идеальна. Я знала, что у нас есть деньги, но не до конца понимала их ценности. Я ходила в частную школу, где у всех были деньги.
— Я понял, — тихо сказал Вайатт. — Я сразу это понял. Мы с Максом ходили в государственную школу, контраст между тем, что имели мы и что имели наши друзья сразу бросался в глаза.
Я об этом не подумала.
— Наверное, вам было еще сложнее, ведь вы понимали, что у вас есть все, в то время как ваши друзья испытывают нужду.
— Такова жизнь, —Вайатт пожал плечами.— Продолжай.
— Я практически уверена, что моя мать была счастлива. По крайней мере, я так помню. Они с моим отцом пытались зачать ребенка. Постоянно говорили о