6 Глава
Всё то время, что она приводила себя в порядок, она просто молчала. Это поистине пугало, и вроде бы я хотела что-то ей сказать, но мне было страшно, и я тоже молча собирала волосы. Спустившись, я увидела ещё 5 женщин, чьи имена и значения в клинике, к сожалению, запомнить уже была не в силах. Мария как то сухо отвечала на вопросы других дам, чем привела их в небольшой ступор. — Мария, ты приболела? Ты вся красная. — Филисия была явно обеспокоена её самочувствием, и из-за этого я почему-то почувствовала укол ревности. — Нет, что ты… видимо, немного запыхалась, пока обходила с Касандрой дом. — говоря это, она уткнулась в тарелку, нервно перебирая вилкой овощи. — У вас был тяжёлый месяц? — я снова сказала что-то не подумав. Просто эта непривычная тишина явно начала сгущаться в огромную тучу над столом. — Да, было нелегко, — тут в разговор вступила Миранда, — буквально только за последнюю неделю было около 18-ти операций и то, только по нашему с Марией профилю. Так как я приехала только 3 дня назад, всю работу делала именно она. «Так значит, тогда она действительно была на операции…», посмотрев на неё с какой то жалостью, я увидела угрозу на её лице. «Видимо, дамочка не любит, когда её жалеют». — Были интересные случаи? — я поняла что нужно хоть как-то соскочить. — Да. Во время удаления опухолевых клеток у маленького ребёнка, анестезиолог немного подмазал с наркозом и пришлось параллельно с операцией на мозг, помогать приводить его состояние в норму. Раковая опухоль была на начале третьей стадии, поэтому нужно было быть аккуратнее. А так всё по мелочи, несколько подобных операций у взрослых представителей, 4 операции по удалению гематом, 2 операции по удалению водянки и 5 по удалению кисты. Остальное делала Миранда, ну а я присутствовала на каждой. Касандра, в нейрохирургии бывает разное, второй хирург должен быть наготове. — Ага, ты ещё не сказала про удаление саркомы брюшной полости, милая. — девушка в синем платье заверещала своим тонким голоском. Это была вроде Катрина Донатан, ещё одна обладательница чего-то там… — Но это ведь не её область. — Мария у нас часто помогает другим хирургам тем, чем может. Саркома была размером в 9-тимесячный плод. Операция длилась очень долго, поэтому потребовался второй хирург, а он, к сожалению, был в Австралии. Поэтому она и помогла. — Катрина, не нужно… — она поистине смущалась от такой похвалы, но при взгляде на меня она вспыхивала ещё больше и сразу приступала к игре с овощами. — Ваши розы, они под цвет нарядам. Это какая то игра? — Что то типа того, милая, у нас традиция такая уже пять лет. Мы собираемся, и эти цветы всегда такого цвета. Врачи видят в этом огромную радость. Они своего рода как пригласительные на ужин. — услышав это, я поняла, что говорит самая старшая из них, по-моему, Елизавета Квадковски. Это дама лет 50-ти, была явно приятным и тёплым человеком. Она сразу напомнила мне бабушку. Эххх, лучше бы я дома сидела. — Замечательная традиция, благодарю за столь приятный приём. — после этих слов мы все дружно подняли наши бокалы и выпили. Шампанское было невероятно вкусным, его пузырьки щипали моё горло, заставляя опомниться. Через пару часов, все гости уже разошлись. Каждая гостья ужина обнимала меня и была бы рада встретиться снова. Не знаю, на сколько это была правда, но всё же это мне льстило. После провождения последней гостьи, Мария устало села на роскошный стул у стола, обтянутый синеватым шёлком, и закрыла глаза. Я мялась у входа в зал, пытаясь найти подходящие слова, как вдруг она сама заговорила. — Это меня пугает… — Что именно? — Не прикидывайся, будто не понимаешь, о чём я. — молния пробежала по моему телу, и я поняла, о чём она говорит. — Вам не понравилось? — «О боже, Касандра, что ты несёшь?», моё второе я бушевало не на шутку. — Наоборот… И именно это меня пугает, — она резко посмотрела на меня, как будто я в чём-то провинилась, и в этот момент я совершенно забыла как дышать. — Я Вас не понимаю… — я не узнавала своего голоса. Это говорила не я, а какой то маленький мышонок, загнанный огромной кошкой под названием «Обстоятельства». — Впервые в жизни я получила удовольствие. — мои глаза раскрылись на столько широко, что глазные яблоки говорили до свидания своим законным местам обитания. Ей 31, у неё есть ребёнок и муж, как такое вообще возможно? Она определённо меня обманывает. Но зачем? — Я не вру тебе, это действительно так. — о, боги, я что, говорила в слух? «Нет, просто у тебя всё на морде написано». — Но у Вас же есть сын и муж, как-то не состыковывается. — о нет, моё тело, оно предательски дрожит. Меня трясёт. — Ребёнка можно зачать и без получения от этого массы удовольствия, а муж… бедный Ричард думает, что я фригидна. На то были веские причины, своего рода это действительно болезнь.