Тим, издеваясь, говорил подчёркнуто любезно, лицо каменное, без эмоций. Только от моих глаз не укрылось, что руки в нетерпении сжимали оружие, мышцы подёргивались, пальцы белели.
— Тебе брошен вызов, Виратрил, — донеслось от Морана. — Не всем дварфам, но лишь тебе. Арка мне в свидетели и все Окружные горы. Примешь ли ты его или обесчестишь своё имя?
Даже молчаливый Арка кивнул и упёр молот в землю, давая понять, что не станет применять его в поддержку дерзкого собрата, пусть даже гнома лишат жизни. Честный бой есть священный бой. Или собрат примет или попадёт в немилость к демиургам. Что может быть страшнее?
— Принимаю!!! — рявкнул Виратриил и без предупреждения обрушил топор на голову Тима.
Акробат отпрянул, провернулся, пропуская гнома вперёд. Закрутившийся посох треснул плашмя по заду гнома, подгоняя того сделать носом борозду в земле у костра.
Вышло успешно. Шнобель гнома прошёлся вдоль камней изрядной просекой. Будь земля плато погостеприимнее, можно было бы садить семена в борозду.
— Пламя Дароды!!! — взревел дварф, подскакивая так резво, как будто доспехи на нём весили как наши сумки — почти ничего.
А ведь по виду не скажешь. Как на глаз, так гном неповоротливый, долгий, почти неуклюжий.
Топор наискось рубанул перед лицом Тима. Гном, не останавливаясь, ткнул снизу- вверх рукояткой, промазал, но под второй молниеносный удар лезвием чернявому пришлось подставить шест. Получилось наискось, Тим ушёл за гнома, не принимая всю мощь удара тяжёлого топора на шест. Рука у дварфа будь здоров, собьёт с ног и пригвоздит к земле быстрее, чем скажешь «раз».
Оказавшись за спиной гнома, Акробат схватил одной рукой за рогатый шлем противника и поскольку тот был без ремешка на подбородке — с пышной бородой застёгивать неудобно, да и не каска вроде — то гном остался без головного убора военного характера.
Отполированная лысина засверкала на солнце, отражая забавного зайчика. Гном сразу стал меньше ростом и вроде бы даже менее опасным. Суровость ушла. Нас с Элей порядком улыбнуло. Даже Моран не отказал себе в усмешке.
— Будь ты проклят!
Тим в ответ лишь хохотнул, не упустив возможность с безопасного расстояния опустить на плешь плашмя металлический край холодного металлического лезвия посоха.
— Это поможет тебе остыть, горячий горный парень.
Гном рявкнул, и едва не вонзил топор колющим выпадом в грудь врага.
Сердце тревожно кольнуло в моей груди. Тим заигрался и едва успел увернуться, припечатав, однако, деревянной частью шеста гнома по затылку.
Гном невольно припал на колено, тут же подскочил, устремившись вперёд, собираясь снести врага плечом с массивным наплечником.
— Ты торопишься жить, Виратриил, — добавил Тим, после подножки и красивого полёта груды звенящего металла, что по инерции называлась гномом. — Присядь и подумай о жизни. Тебя же собственные соклановцы перестали понимать. Я думал, что гномы более дружны, чем люди.
Моран хмыкнул. Аркан отвёл взгляд к небу, вдыхая долго, глубоко, всей грудью.
— Дух огня!!! — вдруг, что есть мощи закричал доселе молчаливый гном и мы все задрали головы к небу.
От самых вершин скалистых гор к нам неслась поспешно увеличивающаяся в размерах тушка крылатого монстрика, затем монстра, через мгновения — монстрища.
Всё по мере приближения.
— О, дракон, — как-то легко обронила Эля.
Все трое гномов, попрятавшись за камнями, с мистическим ужасом вперемешку с откровением, смотрели на нехитрые манипуляции отчаянной магички, которой никто в детстве не удосужился объяснить, что драконы опасны.
С другой стороны, лазить по горам на своих двоих нам уже порядком надоело.
— Давай, Эля, седлай коняжку! — закричал довольно Тим.
Радуется, что не пришлось убивать гнома. А то месть гор — плохое подспорье в поиске друга.
— Закажи нам такси, — добавила я, никогда не признаваясь вслух, что лучше ещё одну драку с горной стаей волков пережить, чем лететь на ЭТОМ!
* * *
От лица Эльфийки.
Драконы совсем не опасны. Возможно, кого-то они и проглатывают, не жуя, или наоборот, отрывают руки и ноги, тщательно пережевывая конечности, а затем уже жрут, но летать на них быстро и удобно.
Они любят магов и мир с высоты птичьего полета не так уж и плох. Зря Кира с Тимом так трясутся. Я не знаю, чем чешуйчатых привлекают симпатичные девушки с посохами магов, но один крылатик решил подлететь к нам поближе, да так и остался подле нас.
Я так его и назвала — Крылатик. Милое, чешуйчатое создание с размахом крыльев на половину футбольного поля. Он смог поднять в воздух всех троих. Полетели на север, к горам, ловя лучи восходящего солнца в правую щеку.
Возможно, подъёмной тяги хватило бы и на половинку дварфа, но гномы предпочли уйти от кострища целыми, поминая каких-то своих богов.
А самое сложное — держаться на драконе. Если первый наездник — я любимая! — ещё способен удерживаться у основания длинной шеи ногами, то прочим пассажирам не комильфо с угрозами и криками цепляться за крылья и соскальзывать по слизистым чешуйкам, да и Крылатику неудобно.
Неподготовленность — первый враг всех воздухоплавателей! Не имея ни ремней, ни веревок, пришлось обоих спутников держать на привязи с помощью магии. Я пошептала, сделала пару пассов, как учил колдун Хапан и нити оплели людей, надежно распяв Тима и Киру на хребте дракона. Лишь тогда Крылатик смог спокойно подняться в небо.
Если ко второму врагу — дикому холоду на вершине! — мы были готовы, то третий враг — любопытство Крылатика! — периодически оборачивалось тем, что дракончик пытался вывернуть голову и таки проглотить ненавистных ему наездников. Но мое присутствие — и тумаки по голове посохом! — быстро возвращали его на путь истинный.
— Не шали мне тут! — кричала я и он сразу все понимал.
Он у меня умненький, даже славненький.
Через некоторое время Крылатик успокоился и, похоже, смирился с новой компанией. Мы подлетели к вулкану и принялись парить вокруг жерла, разглядывая лаву и чёрный дым. Похоже, вулкан был действующим. Но извергнется он сегодня или нет, мне непонятно.
Да, что-то периодически взлетало в воздух. Один из подобных плевков вулкана даже едва не спалил Крылатику крылышко, но дракон вовремя спикировал, пропустив снаряд.
В ответ мой зверёк сам изверг огонь и горючая смесь, воспламенившаяся в воздухе, полетела напалмом к жерлу, накрывая каких-то суетящихся мелких существ возле подножия. Это мы едва разглядели.
— Э, да он же всех саатов попалил! — крикнул Тим,