– Плыву я по реке, а она крокодилами кишит. Их там больше, чем мяса в супе. Крокодилы зомби хватают, но и ко мне подбираются! В жизни никогда таких ужасов не видел.
Сидоров наклонился к его уху и прошептал:
– Это все она…
Иванов таинственно блеснул очками и покачал головой в знак согласия.
– Кто она? – не понял Петров, но Сидоров лишь прижал палец к губам: – О таком вслух не говорят.
Качели неожиданно заскрипели и начали раскачиваться сами по себе. Сидоров вздрогнул и покрылся испариной. Иванов побледнел.
– Ох, накликали! – Сидоров вытер пот со лба.
Иванову сделалось нехорошо, и он сполз со скамейки.
– Привет, мальчики! – послышалось совсем рядом.
Иванов схватился за сердце, Сидоров облизал пересохшие губы. Петров обернулся: возле него стояла невысокая женщина. Ее черные волосы торчали перпендикулярно голове, веки были вымазаны черными тенями.
– Здравствуйте, Мариэтта Кошмаровна, – выдавил из себя Сидоров. – Иванову уже плохо, пожалели бы вы нас.
– Какие смешные! – Женщина капризно приподняла левую бровь. – Сначала зовете, потом прогоняете.
– Да никто вас не звал, – огрызнулся Петров.
Он хлопал Иванова по щекам, пытаясь привести того в чувство.
– Ну как же! – Удивилась женщина. – Вы сами, Петров, сейчас свой кошмар рассказали. А я мастер ужасов – Мариэтта Кошмаровна. Все ужасы принадлежат мне!
– А чего это вам?! – Петров от возмущения влепил Иванову пощечину, и тот зашевелился.
– А потому! – глаза Мариэтты Кошмаровны зловеще загорелись, и она впилась в Петрова взглядом.
Петров почувствовал, как ужас проникаем ему в самое сердце, как холодеют руки и ноги. Казалось, что щупальца инопланетян тянутся к нему, дабы высосать все соки. И в то же время волосы Мариэтты Кошмаровны превращаются в змей и хотят задушить Петрова. Чтобы очнуться от гипноза, он на всякий случай влепил пощечину и Сидорову.
Но Мариэтта Кошмаровна бросила на Петрова еще один убийственный взгляд, и ему привиделось то, чего боятся даже самые смелые писатели: книги Петрова никто не покупал. А если кто покупал, то не читал. А если читал, то они ему не нравились! Этого Петров простить не мог!
– Я тоже так могу! – Петров рассердился, сжал губы и посмотрел в глаза Мариэтте Кошмаровне.
В голове у него возникали самые страшные образы: гроб на колесиках, из которого высовывается черная рука, синие занавески, душащие людей по ночам, и даже матный гномик. Захныкал Иванов, Сидоров позеленел. Мариэтта Кошмаровна покачнулась и плюхнулась на качели, которые снова заскрипели. Скрипнуло засохшее дерево, эхом отозвалась дверь, ведущая в подъезд.
– Это нечестно, Петров, – прохрипела Мариэтта Кошмаровна и вздрогнула.
– Честно-пречестно, – возразил Петров. – Кто к нам с кошмарами придет, тот от кошмаров и поседеет.
– Я кажется, уже, – признался Сидоров, поддерживающий Иванова.
– Мы пойдем, – пролепетал Иванов, и они с Сидоровым, пошатываясь, удалились.
А Петров остался качать Мариэтту Кошмаровну, пока она не заснула. И тогда он наслал на нее самый главный ужас: волка под кроватью. «Придет серенький волчок и ухватит за бочок». Ха-ха-ха-ха!
Яблоко Петрова
Петров прогуливался по книжной выставке. В руках он держал яблоко, припасенное на обед. Вокруг сновали люди и писатели. Внезапно Петров заметил поэтессу Тютькину, та направлялась к нему, не сводя восторженного взгляда. Петров попятился и уперся во что-то мягкое, точнее, в кого-то мягкого. Он обернулся и, к своему ужасу, увидел критикессу Ирину Дырмыровну.
– Здравствуйте, Петров, – Ирина Дырмыровна похлопала его по руке веером. – Что-то давно у вас новинки не выходят.
– И не дождетесь! – отрезал Петров, который просчитывал, как бы ускользнуть.
– Давно я разборов вашим книгам не делала, – продолжала Ирина Дырмыровна.
– А нечего делать, – Петров не ведал жалости, – все равно я их не читаю.
Он сделал шаг влево, но тут подоспела Тютькина.
– Вот вы где! – Воскликнула Тютькина. – А я ждала вас тогда.
– И зря! Я обещал, что не приду, и не пришел! Я всегда держу слово, – Петров рванул вправо и наткнулся на Мариэтту Кошмаровну.
– Петров! – потребовала она. – Прекратите мне сниться!
– В кошмарах? – удивился Петров.
– Нет, – ответила Мариэтта Кошмаровна и почему-то покраснела.
Петров вжался в угол: его загнали в ловушку. Три женщины нависали над ним: порывистая Тютькина, грозная Ирина Дырмыровна и ужасная Мариэтта Кошмаровна.
– Что вам от меня надо?! – не выдержал Петров.
– Чтобы вы выбрали, – Ирина Дырмыровна покосилась на яблоко. – Вы должны определиться, кто из нас лучше.
Петров на всякий случай спрятал яблоко за спину.
– Хотите, Петров, я вам стихи посвящу? – захлопала ресницами Тютькина. – Страстные.
– А я ваши книги всегда хвалить буду, – пообещала Ирина Дырмыровна, – и даже премию выбью.
– Если вы отдадите яблоко мне, вам никогда не будут сниться кошмары, – голос у Мариэтты Кошмаровны дрогнул. – Но вы, Петров, вы можете сниться мне хоть каждую ночь.
– Так вот значит, как, – с горечью ответил Петров, – вам яблоко мое понадобилось?
Женщины синхронно кивнули.
– На троих поделить?! – не поверил Петров.
– Зачем делить? – возразила Ирина Дырмыровна. – Яблоко должно достаться одной!
– А детский писатель должен остаться голодным? – Петров едва не пустил слезу от разочарования, а затем скрутил дулю и сунул ее под нос каждой женщине. – Фиг вам! Яблоко будет мое!
Неотрывно глядя на них, он принялся жадно кусать яблоко. Женщины безмолвно наблюдали, пооткрывав рты. Затем на всякий случай Петров слопал и семечки, а хвостик пихнул в карман. После напустил на себя независимый вид и выскочил из кольца окружения.
Прекрасная Тютькина и не менее прекрасные Ирина Дырмыровна и Мариэтта Кошмаровна смотрели ему вслед с тайным восхищением.
– Какой же он… – начала Тютькина с особой интонацией.
– …дерзкий, – в унисон закончили Мариэтта Кошмаровна и Ирина Дырмыровна.
День рождения Петрова – 2
Двадцать второго августа Петрову снова исполнилось тридцать лет – ведь детские писатели не стареют. Ранним утром, пока все спали, он залез в соцсеть и написал сообщение: «Принимаю поздравления! Номер моей карты 4276 8380 и еще восемь цифр. Номер моего телефона +7-916-838 и еще четыре цифры. Телефон привязан к карте. )) Жду ваших поздравлений и подарков!»
Он знал, что другим писателям в день рождения переводят деньги, шлют разные дорогие презенты (по номеру телефона), а еще устраивают приятные сюрпризы. А иногда издательства именно в этот день шлют договоры на издание книг.
Первым откликнулся Иванов, он написал: «Поздравляю, Петров! Желаю тебе вырасти из твоей детской литературки и перебраться ко мне во взрослую!» Затем