А проблемы, что свалились на меня здесь, были спасением. Меня даже кошмары мучить перестали, по всей видимости, они испугались местных ужасов и сбежали. Или у меня попросту не оставалось сил, чтобы ещё и ночи напролёт изводить себя малоприятными воспоминаниями.
Но факт оставался фактом – мне была нужна помощь профессионала. Человека, который благодаря редкому дару, знал всё о тьме и её возможностях. Осталось придумать, как сформулировать вопрос, чтобы Аделия смогла понять суть проблемы.
– Заносите, – выглянула в приёмную, где на кушетке сидела Аманда, а рядом с ней, придерживая измождённую женщину, стоял Сайрус.
Старый боец тут же подхватил больную и внёс её в палату, Мэл вместе с Лисси, крепко держась за руки, вошли следом.
Аманда не сопротивлялась. Моя сила, которой я так старательно делилась с ней, переставала её поддерживать, что было естественным. Она стала то и дело прикрывать глаза, вздрагивая от холода.
Сайрус, глядя на неё, прежде чем укрыть одеялом, снять амулет и попытался одеть ей, но женщина качнулась в сторону, испугавшись:
– Он всего лишь поможет согреться, – с улыбкой произнёс мужчина. Аманда поверила не сразу, но после кивнула, смиряясь.
Девочки присели на соседнюю кушетку и застыли, глядя на каждого по очереди. Они явно не понимали, что будет дальше.
Выйдя вместе с Сайрусом в приёмную, я попросила:
– Нам нужно что-то вроде большого таза, чтобы искупать Аманду и девочек, боюсь, принять душ для них окажется проблематичным.
Мужчина кивнул, и уточнил:
– А одежду?
Я безрадостно улыбнулась и заметила:
– Вряд ли ваша одежда им подойдём, боюсь, девочки в ней вовсе утонут. Дам что-нибудь из своего, не переживайте.
Сайрус кивнул и тут же ответил:
– Сейчас что-нибудь придумаем.
И вышел, я же осталась одна. Правда, в одиночестве я находилась недолго, в приёмную, тихо шурша длинной юбкой, проскользнула Мари. Её взгляд был серьёзным, и я поняла, что разговора не избежать. Но я предприняла последнюю попытку хоть немного его отсрочить:
– Скажи, как ты так быстро узнала о ранении Грегори? Тебе сообщил командир?
Девушка явно не ожидала такого вопроса, а потому от удивления открыла рот, после же покрылась премилым румянцем:
– Нет, мне никто не сообщал, – призналась она, потупив взгляд. – Просто я подарила Грегори браслет, сказала, чтобы он не снимал его, иначе я обижусь, а это на самом деле амулет. Парный. Второй у меня…
Вот оно что. А я ещё подумала, как она так быстро узнала о ранении жениха.
– Интересное изобретение, – я улыбнулась и отвернулась к столу, делая вид, что что-то ищу, но этот манёвр вовсе не сбил девушку с цели.
– Скажите, что с ним? Он же… выживет? – на последнем слове её голос дрогнул. Мари судорожно вздохнула, пытаясь вернуть себе самообладание.
Я обернулась, глядя на неё. Как бы мне хотелось сказать, что всё будет хорошо, что я обязательно выясню причину, почему он всё ещё не очнулся, но жестокая правда заключалась в том, что я не могла ей этого сказать. Я не знала причину, и осмотр Аманды не помог мне найти разгадку, скорее ещё больше запутал.
– Я не знаю, что с ним, – ответила честно, отводя взгляд. Бессильная злость охватила меня, и я с силой сжала кулаки.
– Но… – произнесла девушка и запнулась, впрочем, она взяла себя в руки и договорила, – но вы ведь выясните, правда?
Я грустно улыбнулась, посмотрев на неё:
– Я очень постараюсь помочь ему. Только…
– Нет! – она поспешно выставила руку вперёд, призывая меня к молчанию. – Ничего больше не говорите, вы сможете ему помочь, я знаю.
Мне бы её веру…
Следующие несколько часов у нас было много дел. Времени на то, чтобы мучить себя сомнениями у меня не осталось.
Сначала мы покормили девочек, после я вновь влила в Аманду немного сил, чтобы она не отключилась, пока мы будем её купать. Мы с Мари в четыре руки сняли с женщины изношенные вещи, помогли ей забраться в таз, который был для неё немного мал, но это лучшее, что смог найти Сайрус. Мыть её пришлось долго, да и то я была не уверена, что мы достаточно хорошо промыли волосы. Во всяком случае, выглядеть они стали куда лучше.
После мы сменили воду и сначала искупали Лисси. Впрочем, искупали – это громко сказано. Прежде всего, мы кое-как поставили её в таз, после показывали, что вода вовсе не «кусается» и что это даже приятно. Девочка не спешила нам верить, так что Мари пришлось использовать всё своё актёрское мастерство. Она кривлялась и смешила малышку, пока я быстро-быстро намыливала и ополаскивала строптивицу.
Когда же пришёл черёд Мэл, она робко попросила:
– А можно я помоюсь сама?
Девочка так отчаянно краснела, что я не посмела перечить ей. Мы выдали Мэл всё необходимое, в том числе мои брюки и рубашку. И пусть они будут слишком велики, зато чистые.
Пока Мэл купалась за ширмой, которую мы для неё соорудили, я вышла в приёмную и села за стол. Тянуть больше не имеет смысла, нужно написать Аделии.
Я долго раздумывала над письмом, несколько раз комкала бумагу, радуясь, что у меня её в избытке. И вновь писала сначала, боясь упустить хоть одну деталь. Когда же всё было готово, я заглянула к Мари и сказала, что скоро вернусь.
Сёстры сидели рядом с девушкой, внимательно слушая очередную историю. На мои слова они никак не отреагировали. И хорошо. Не знаю, чтобы я делала, если бы не Мари. Она здорово мне помогала.
В лагере царило небывалое оживление. Бойцы сновали туда и обратно, внимательно оглядываясь по сторонам. Благо, никто из них не стал меня останавливать, потому что я была совершенно не настроена отбиваться от неуместных комплиментов.
Что удивительно, у палатки командира никого не было. И я уже хотела уйти, здраво рассудив, что Артура нет на месте, но решила увериться в этом лично. Я отодвинула ткань и открыла рот, но так ничего и не сказала.
Командир, вытянув ноги и откинув голову на спинку стула, мирно спал. Но даже во сне его лицо было хмурым, будто даже там его мучили насущные проблемы. Мне бы стоило уйти, но я не смогла. Напротив, сделала несколько осторожных шагов и оказалась за спиной Артура. Легко встряхнула рукой и невесомо коснулась его виска.
Сила слабо