Я отняла руку и уже собралась уходить, как мгновение и я оказалась прижата к мужской груди. А над самым ухом раздался хриплый голос:
– Не стоит подкрадываться к боевому магу, это может закончиться… плачевно.
Логично, что после такого заявления, я должна была, как минимум, испугаться, но вместо этого для меня оказалось важным лишь то, что его рука покоилась под моей грудью и вновь обжигала так, словно он прикасался не через одежду, а к обнажённой коже.
Ощущения были такими яркими, что я вспыхнула, словно спичка, чувствуя, как жар расползается по всему телу. И ощущая такое же жаркое дыхание на своей шее.
Стоило бы ответить, да хотя бы извиниться, но я стояла на месте, словно язык проглотила. И в одно мгновение что-то изменилось – хватка стала ослабевать, и почти превратилась в ласку. Необычно и… приятно.
Последняя мысль оказалась оглушающей, так что я спешно шагнула вперёд, выпутываясь из объятий. Хвала всем богам, командир не стал меня удерживать. Иначе бы… Не знаю, что было бы в противном случае, да и думать об этом было страшно.
Не поднимая глаз, я пробормотала:
– Извините, я…
Что? Не хотела подходить? Так это будет ложью – я подошла к нему вполне осознанно. Не знала, что опасно вот так подкрадываться к боевому магу? Тоже ложь. Этому нас ещё в академии учили… Так что я должна была сказать ему, чтобы не выглядеть глупо? Пожалуй, лучше промолчать.
Расценив моё молчание как-то по-своему, Артур всё тем же хриплым голосом произнёс:
– Мы вроде бы договорились перейти на «ты».
От удивления я резко обернулась и посмотрела на мужчину. Он не шутил, и не издевался, был, как никогда серьёзен. И взгляд полыхал каким-то странным блеском, словно он едва сдерживался. От чего? Лучше об этом мне тоже не думать…
– Я принесла письмо, – выдохнула, найдя, по своему мнению, самую безопасную тему для продолжения общения. – Могли бы вы отправить?
Артур прикрыл глаза, ещё и руки сжал в кулаки. А когда посмотрел на меня вновь, взгляд его уже был гораздо привычнее – без пугающего блеска.
– Ты, – произнёс он и улыбнулся.
Мне ничего не осталось, как покорно повторить:
– Хорошо, мог бы ты его отправить?
Командир довольно улыбнулся, словно кот, перед которым поставили целую миску сметаны. И протянул руку. Я протянула свою в ответ, а когда наши пальцы соприкоснулись, тут же отдёрнула ладонь и спрятала её за спину. Не потому, что испугалась, а потому… Да не знала я, почему так странно реагировала на него, будто никогда в моей жизни мужчины не касались меня. Хотя… «ТАК – не касались», – пришла запоздалая мысль. Но я отмела её, как совершенно лишнюю и абсолютно неуместную.
– Аделия Райт? – прочитал он имя и посмотрел на меня вопросительно.
– Да, – постаралась ответить равнодушно и пожала плечами. Нужно срочно брать себя в руки, иначе командир подумает про меня что-то не то. Больше того, я уже сама не знаю, что о себе думать.
– Это, случайно, не та целительница, о которой так много говорили несколько лет назад?
– Да, – вновь произнесла односложно, но видя интерес во взгляде Артура, нехотя продолжила: – Я училась у неё, Аделия моя наставница, благодаря которой я и развила дар «чувствовать» тьму. Конечно, у меня нет таких умений, как у неё, но…
– Мне кажется, – перебил меня командир, склонив голову к плечу, – ты слишком недооцениваешь собственные умения.
Это было сказано без глупой лести и желания угодить. Он просто сказал то, что думал, и это заставило меня вновь покраснеть. Возьмись я отрицать его слова, со стороны будет казаться, словно я пытаюсь напроситься на похвалу, поэтому выбрала самый дипломатичный ответ, который пришёл на ум:
– Возможно и так, – вновь пожала плечами. И перевела тему: – Но мне нужна консультация Аделии.
Командир посмотрел на сложенный лист в своих руках, нахмурился и с сомнением произнёс:
– Письма для гражданских идут куда дольше, чем внутренняя корреспонденция, – я успела расстроиться, как он добавил с непонятной мне ухмылкой, – но я воспользуюсь некоторыми связями. Будем надеяться, что и ответ придёт быстро.
– Благодарю, – произнесла тихо и застыла.
Между нами повисла неловкая пауза, хотя, вполне возможно, что неловкой она была лишь для меня, а Артур чувствовал себя в своей тарелке. Наконец, я решилась – попятилась назад и пробормотала:
– Я пойду, у меня… – запнулась, но закончила, – много дел.
Но уйти я не успела, командир спросил:
– Как они?
Тема, на которую мне сейчас не хотелось бы разговаривать, вот только обойти её стороной не представлялось возможным.
Вздохнув, призналась:
– Можно сказать, что никак. Грегори всё так же не приходит в себя, а Аманда… стремительно теряет силы, сколько бы магии я в неё не вливала.
– Ты… – начал он, сокращая между нами расстояние. И я по тону голоса поняла, что именно он хочет сказать, поэтому вспылила:
– Только не говори, что я справлюсь, и что ты в меня веришь, потому что завышенные ожидания убивают сильнее сомнений.
Артур, пока я выплёскивала терзавшие меня мысли, оказался совсем близко, ещё полшага и расстояние между нами вовсе бы растворилось, но он не стал его делать.
– Я хочу, чтобы ты помнила – ты не всесильна, и никто не ждёт от тебя чего-то невозможного.
Горькая улыбка коснулась губ:
– Напротив, – возразила ему, – И Мари, и Мэл с Лисси ждут чуда, которого я не могу им пообещать.
– Поверь, они всё понимают, но…
– Верить проще, – закончила за него.
Он прав, конечно, прав. Вера в чудо позволяет Мари смешить девчонок, рассказывая им разные истории… А сестричек мечтать о счастливом будущем, где мама сможет гулять вместе с ними и заливисто смеяться…
– Спасибо, – произнесла хрипло, потому что голос вдруг изменил мне.
– Обращайся, – не менее хрипло отозвался командир. И я… Вновь покраснела, а потому сделала шаг, и через мгновение вовсе сбежала.
Нужно уже что-то делать с этой своей особенностью – краснеть не к месту. Да и вообще, было бы неплохо, научись я держать себя в