Я пыталась переварить услышанное, после же осторожно спросила:
– Хотите сказать, что он…
– Использовал твои слова, как предлог, чтобы я разозлился на тебя, а ему всё сошло с рук. Вот только он немного просчитался. Тебе не показалась странной его рана?
Он так быстро перевёл тему, что я нахмурилась, и только после нескольких секунд тишины ответила:
– Не просто показалась, она и есть странная, словно её кто-то специально нанёс. Слишком ровные края, слишком аккуратный разрез. Будто тот, кто напал, вовсе не хотел ему навредить.
– Вот и я об этом, – задумчиво произнёс Артур. После же обернулся ко мне и попросил: – Ты должна выйти отсюда если не в слезах, то явно дать понять, что тебя оскорбили. Пока это всё, что я могу тебе объяснить.
Хоть я и не просила никаких объяснений, его слова, неожиданно, оказались приятными. И внутри меня вспыхнули искры – тёплые и нежные.
– Как скажете, – произнесла покорно, – только сначала, я избавлю вас от головной боли.
Я подошла к нему совсем близко, взяла за руку и повела к стулу. Усадила совершенно несопротивляющегося командира, и встала за его спиной.
– Я же не застала вас врасплох, – не знаю зачем, но произнесла с лукавыми нотками в голосе. – И мне не стоит бояться вашей непредсказуемой реакции?
– Не стоит, – хмыкнул Артур, прикрывая глаза и расслабляясь. – Вот только, если ты не начнёшь обращаться ко мне на «ты», то я за себя не ручаюсь.
– Звучит страшно, – улыбнулась, отпуская магию с кончиков пальцев, и пытаясь погасить боль, что так мучила командира. – Но, пока я не могу вам ничего пообещать. Мне… сложно вот так перейти эту черту.
– Так ты её не проводи, и ничего переходить не придётся, – просто ответил он, и даже пожал плечами.
Легко ему говорить… А я вот не могла заставить себя сказать «ты», впрочем, причину такого упрямства определить было сложно.
Я хмыкнула в ответ, но говорить ничего не стала.
Глава 15
Артур Морриган
Хотелось крушить всё вокруг, но прежде всего этого, нужно было дать себе увесистую затрещину. В очередной раз.
Это ведь надо было так просчитаться?
Я слишком расслабился за последний год, за который не произошло ничего из ряда вон выходящего. Всё было настолько ровно, что сейчас я начал думать, что и это было неспроста.
После смерти старика Лимана, гарнизон будто бы погрузился в сонную негу, и растормошило наше гнездо, как ни странно, появление Одри. С её приездом что-то изменилось. Точнее – изменилось абсолютно всё. По крайней мере, я воспринимал каждый новый день совсем иначе. Жизнь вновь обрела краски и, пожалуй, некоторые из них были уж больно контрастными, так что мне с трудом удавалось побороть свои эмоции.
Вот как сейчас, у ворот. Я видел, что Джейрон лжёт. И рана эта глупая. Он смотрел мне в глаза с такой улыбкой, будто ждал, что я оповещу всех, что его рассказ о нападении враньё. Я и хотел сказать ему всё, что думаю, пока не увидел взгляд Сайруса, которым он едва ли не выжег во мне дыру. Старый боец не просто так ел свой хлеб, трезвость ума его никогда не покидала, поэтому, когда он едва заметно качнул головой, я… Промолчал.
И это молчание далось мне сложнее всего. Потому что остальные бойцы, что стояли чуть дальше, смотрели на Одри с кривыми ухмылками, будто всерьёз считали её способной отправить Джейрона за периметр лагеря, вопреки моему приказу. Будто думали, что виновата она.
Чтобы не сказать ничего лишнего пришлось спешно уйти. Но кто бы знал, как мне хотелось развернуться и выбить из Джера признание.
Ничего, чуть позже мне представится такая возможность. Осталось потерпеть.
Одри уже ушла из моего «кабинета» и «штаба» в одном лице, а я до сих пор чувствовал прикосновение её рук к моим вискам. И мне всё ещё чудился, принадлежащий ей аромат. Такой, от которого почти кружилась голова, и сбивалось дыхание. Нужно бы что-то делать с этой своей странной привязанностью, или не нужно?
Я запутался. А ещё настораживало, что матушка молчала. Нет, я был уверен, что присланные без письма конфеты – это всего лишь первый выстрел. Предупреждающий. За ним же последует шквал писем с расспросами, но прошло уже больше суток, а она молчала. Это было странно и совсем не похоже на мою мать.
Я резко поднялся на ноги и вышел из палатки. Корвин, дежуривший у входа, вздрогнул и тут же направился следом за мной.
– Что-то произошло, командир?
– Кто сегодня дежурит у портала? – ответил вопросом на вопрос.
– Тайлер, – без запинки отозвался боец.
Тайлер был хорошим парнем, спокойным и исполнительным. Его бы я стал подозревать в последнюю очередь.
– А вчера? – ускоряясь, спросил вновь.
– Вчера? – задумался он на секунду. – Вчера дежурил Джейрон.
Как я и думал. Поэтому он вёл себя так, будто предусмотрел всё. Поэтому он не боялся никакого разоблачения. Оно было для него ожидаемым, но отнюдь не пугающим.
Кажется, Корвин тоже начал понимать, к чему клоню, потому что, когда я побежал, он тут же подхватил мой темп, не задавая лишних вопросов.
Заметив нас, Тайлер вытянулся по струнке, кажется, даже дышать перестал.
– Портал работает? – спросил первым делом, впрочем, зная, что он ответит.
– Работает, – тут же отчитался боец, – всё в штатном режиме.
– Проверка связи была?
Вот тут Тайлер растерялся. Он замялся на секунду, но после всё же признался:
– Я опоздал немного и Джейрон провёл проверку вместо меня, – на этих словах я выругался себе под нос, на что парень с неистовым рвением принялся оправдываться: – Командир, так я не специально. Кто-то закрыл меня в… в… в… – тут он густо покраснел, отвёл взгляд и едва слышно закончил: – в нужнике. Но в журнале запись есть, значит, с порталом всё хорошо.
Расслабились. Мы расслабились.
– Настраивай, сейчас проверим, – я прервал Тайлера взмахом руки, потому что, судя по тому, что он вновь открыл рот, парень решил продолжить оправдываться. Вот только от оправданий толка уже не было.
Боец тут же подошёл к панели и приложил ладонь