В голове напуганной птицей билась мысль о том, что это совершенно не вяжется с ее образованием — ведь удар Марко более подтверждал версию Лили о жизни и занятиях моей супруги, чем мою собственную, но об этом я решил поговорить с женой когда-нибудь потом. Сейчас же меня интересовали только мужчины семейства Фиано, причем все трое. Хотя дотянуться я смогу, в лучшем случае, до двоих.
Столичный дом графа Фиано был обнесен глухим каменным забором, а попасть на двор было возможно только через тяжелые дубовые ворота. Впрочем, труда нам это не составило — мои парни налетели на двух ленивых дружинников, которые несли караул у графского жилища, после чего при помощи подсадки и подручных средств половина бойцов моего отряда быстро перебрались через трехметровую стену и открыли ворота изнутри. Даже если нам и пытались оказать сопротивление, парни работали жестко и быстро — даже не доставали мечи, просто били щитами в лицо или по голове, вырубая бойцов дома Фиано.
Был один смельчак, который попытался вступить в бой, но ему тут же указали на его место — сразу трое бойцов бросились на дурачка, который додумался обнажить короткий меч. Горе-вояку, который на поверку оказался молодым парнем, без особых трудностей обезоружили, сняли с него кольчугу и, позорно скрутив в бараний рог и отвесив для острастки пару пенделей, вытолкали за ворота на улицу.
— Фиано! — прокричал я на весь двор, с такой силой, что, наверное, меня слышал весь квартал. — Граф!
— Окна! — крикнул один из бойцов, вскидывая круглый щит.
Меня тут же прикрыл Грегор, который в отличие от всех прочих солдат нес более тяжелый каплевидный щит, потому что круглым прикрыться двоим людям было просто невозможно, я же как по команде согнулся пополам, проклиная жесткий нагрудник, который не давал мне стать еще меньше.
По кругляшам щитов ударили арбалетные болты. Несколько увязли в древесине, другие — отскочили в сторону, один из болтов нашел свою цель, пробив ногу моему бойцу.
— К дверям! — рявкнул я, выпрямляясь и своим примером показывая, что надо делать.
Разговаривать с нами не стали, перешли сразу к действиям.
Слава богу, Алдиру и законам физики, в реальности местный арбалет оказался не столь грозным оружием, каким его рисовала массовая культура моего мира. Основное преимущество арбалета перед луком заключалось в простоте использования — его можно было дать в руки буквально кому угодно и за пару недель научить стрелять, в отличие от навыка владения луком, который требовал долгих лет тренировок и огромной физической силы — но на этом плюсы арбалета заканчивались. Для перезарядки требовался отдельный боец со специальным поясом или очень сильными руками, скорость полета болта была ниже, чем у стрелы, а пробивные качества еще хуже. Арбалет был хорошим оружием ближнего боя, но любая латная броня или щит без проблем останавливали короткий болт, который, кроме всего прочего, еще и быстро терял энергию в полете. Луки в бою были намного страшнее, но и обучение лучника дело непростое и дорогостоящее, а арбалет — выбор более продвинутой и более массовой армии…
Я очень надеялся, что сменных арбалетов у стрелков нет, и на перезарядку у них уйдет минимум полминуты, иначе из нас сейчас сделают ежиков. Чутье меня не обмануло — в темных оконных проемах, которые сейчас выполняли роль бойниц, новых стрелков видно не было, так что весь отряд, в том числе и раненый в ногу боец, столпился у стены дома и сейчас активно выламывал дверь в столичное поместье графа Фиано.
Это был обычный дом, не приспособленный держать оборону, так что никаких мощных засовов или штурмовых ставень, никаких узких коридоров, как в замке Херцкальта. Пара человек без проблем залезла в оконные проемы первого этажа, и в итоге, отогнав защитников, открыла двери изнутри точно так же, как мы поступили с воротами.
— Сдавайтесь! — прокричал я. — И тогда мы сохраним вам жизнь!
Если стали стрелять — то церемониться никто больше не будет. Парни были злы, ведь все понимали, что эту кашу заварил Антонио Фиано, когда оскорблял нас на Старой площади, а его брат Марко просто окончательно перешел черту. Но гибнуть будут простые люди.
— Убивать только тех, кто держит в руках оружие, — скомандовал я. — Брать пленных, прислугу гнать в шею. Шесть в левое крыло для слуг, шесть в правое барское со мной и Грегором. Пошли.
Одно было ясно совершенно точно — графа Фиано в доме не было, как и Франчески, мачехи Эрен. Потому что они бы точно такую тупость не устроили. Это кто-то из их сыночек-корзиночек решил, что может потягаться с бывшими наемниками и устроить нам «теплый прием».
Пришлось немного задержаться, чтобы достать болт из ноги раненого и наложить тугую перевязь, но двигаться мужчина мог, так что просто пошел в конце строя с моим отрядом, мы же стали продвигаться коридорами графского дома, построившись по двое. Впереди шел Грегор с большим щитом, я прямо за спиной оруженосца — длины моего меча хватало, чтобы с легкостью колоть из второго ряда, когда как Грегору нужно было просто двумя руками держать щит. По такому же принципу шла и вторая пара, только там бойцы в случае чего готовы были поменяться ролями. За нашей спиной шел раненый и еще один боец, который прикрывал тыл.
Эрен, Эрик, Лили и еще пара дружинников должны были остаться на подворье столичной купеческой гильдии, а обеспечить им безопасность должен был еще и Ларс — и как боец, и как глава гильдии Херцкальта. Если Фиано окажутся настолько тупыми, что сунутся к купцам, у них будут проблемы намного серьезнее, чем конфликт с пограничным бароном в моем лице.
Едва мы прошли коридорами поместья и поднялись на второй, барский этаж, нас встретил залп арбалетных болтов. Вот только командир оказался идиотом — кто-то из братьев Эрен истеричным голосом скомандовал «Стрелять!» еще до того, как мы вышли из-за угла, так что мы успели среагировать и нырнуть назад, прикрываясь щитами.
— Командир… — выдохнул Грегор, в щит которого угодило сразу два болта, а один даже сумел пробить дерево и острый конец снаряда вышел с обратной стороны. — Думаете?..
Впереди нас ждала хлипкая баррикада, за которой укрылись стрелки. Человек шесть-семь,