Ардан добавил в папку с фамилией «Мшистый» очередную запись — Гранд Магистр знал Лорда задолго до их кровавой дуэли на вручении медальона Аверскому и общей службы в Черном Доме. Что, учитывая немногочисленность сообщества магов, которое, с каждой новой зажженной Звездой лишь сужается, совсем неудивительно.
— Он всегда был впереди. И в науке. И в военном ремесле, — Мшистый оперся единственной рукой на посох. Говорил медленно, с паузой, будто смаковал саму возможность пообщаться. — Самая длинная схватка в моей жизни, капрал. Глупостей я, правда, тоже наделал. Проклятые Мертвые Земли… может, если не они, мы бы, все же, сошлись на равных. А так… до определенного момента даже и не знал, смогу ли теперь отыскать кого-то, победа над кем принесет то самое чувство. На фоне Эдварда даже тот же Кнасский, стерегущий Шамтур, выглядит просто выскочкой и щенком.
Кнасский — Арди слышал эту фамилию в конце первого месяца лета, когда они с Тесс прибыли в её родной город.
— Поэтому я был счастлив узнать, что у него появился ученик. Пусть и всего на полгода. Если так подумать, то за эти шесть месяцев он вряд ли успел тебя научить чему-то существенному, капрал, — Мшистый докурил и, несмотря на то, что в городе, когда вопрос касался окурков, не озадачивался урнами, здесь, в долине, убрал тот себе в карман. — Но мне хочется верить, что, все же, это оставляет между вами какую-то связь. И когда ты вырастешь, зажжешь побольше звезд, получишь медальон хотя бы Старшего Магистра — тогда мы сойдемся на подиуме. И когда я тебя раздавлю, как назойливого клопа, то смогу себя убедить в том, что раздавил Аверского.
Если что Ард и понял о майоре Мшистом — никогда нельзя было знать точно, кто именно с тобой говорит. Галантный аристократ-ученый или безумный военный пес, у которого от крови в глазах весь мир окрашен алым.
— Разумеется, майор, — только и сказал Ард.
Он достаточно общался с лесными хищниками, чтобы знать, когда не стоит обижаться и заострять внимания на их рычании. Просто бывает так, что иной зверь по-другому выражать свои мысли не то, что не умеет, а в принципе не может. И это не делает его хуже. Или лучше. Просто он таков, каков есть. Так и Мшистый. Военный маг, для которого нескончаемая битва давно уже стала смыслом его жизни. А еще…
— А кольца, все же, красивые очень, — слова Мшистого заставили Арда оборвать свой мысленный поток и застыть окаменелым истуканом. — Волшебные… не так часто я в своей жизни видел волшебство, капрал. Не Звездную магию, а настоящее волшебство… Ладно. Дурацкая ночь. Пойдем, разбудим наших драгоценных сослуживцев. Простой Красной целительской печати, воздействующей на надпочечники, будет достаточно. Только с лучами не переборщи. Мне тут не нужна группа носящихся по поляне, оглушенных адреналином, вооруженных Плащей.
Ардан, широко раскрыв глаза, молча смотрел на майора. А тот потирал щеку. Ту самую, которой касались пальцы ног Принцессы Зимы.
— Плохо со слухом, капрал? Времени у нас не так много.
— Вы… вы… вы не спали, — с трудом произнес Ардан. — Но… как?
— Что значит не спал? — фыркнул Мшистый. — Спал, как убитый. Вот и эти слабосильные ублюдки тоже. Ничего. Капитан с лейтенантом еще заплатят за промах на полигоне, а остальных депримирую в следующем квартале.
Арду даже не требовалось слышать стук сердца Мшистого, чтобы знать, что тот лжет. Он действительно не поддался чарам Аллане'Эари. Все это время майор находился в сознании и видел их разговор. Именно — видел, потому как не знал и не мог знать языка Фае.
С другой стороны, Арди, несколько минут назад, был в равной степени уверен, что Звездные маги не способны сопротивляться искусству Эан'Хане в исполнении Сидхе.
— Давай, пошевеливайся, — чуть ли не гаркнул на него Мшистый, окончательно теряя остатки прежней галантности. — Или ты, капрал, в Большом только запретную литературу центнерами поглощаешь? Простую печать не способен исполнить?
Ардан, дергано закивав, начал спускаться под холм, где трепыхались простенькие палатки. Остановившись на полпути, Арди обернулся и посмотрел на майора. Тот достал вторую сигарету и, повернувшись к звездопаду, смотрел на тот печальным взглядом.
Ард прежде не задумывался над этим, но, может, когда хоронили Аверского, то и Мшистый тоже… проводил в последний путь своего друга. Возможно — единственного друга.
«Цассара, спой что-нибудь».
«Ты же знаешь, я не люблю петь».
«А ты все равно спой».
«Хорошо».
«…»
«Дурацкая песня, вампир».
«Прости, Йонатан».
Дурацкая песня… Дурацкая ночь…
И очень странное место — вторая канцелярия. Будто приют для тех, кому, в силу самых разных причин, не нашлось место в общем для всех мире. И потому именно они, никому не нужные, выброшенные куда-то за обочину, этот самый мир так истово и стерегли. Потому что знали, что ждет тех, кто привык к теплу и уюту, стоит им оказаться посреди бурь и хлестких, режущих ветров.
Арди отряхнулся.
Мысли завтрашнего дня.
Открыв свой гримуар на главе с целительными печатями, он направился будить Плащей.
* * *
Лейтенант Клементий (который, насколько помнил Арди, до ночи в поместье вампира, обладал более низким по рангу воинским чином), лежа в высокой траве, старательно подкручивал многочисленные вентили, дергал рычажки и нажимал на небольшие клавиши, коими было усыпано его странное приспособление. Будто две спаянных между собой подзорных трубы, чем-то напоминавшие увеличенный в размерах театральный бинокль. Только в данном случае с Лей-кристаллом по центру спайки и таким количеством проводков, трубочек, тех самых шестеренок, рычажков и кнопок, что удивительно, как вся эта сложная конструкция вообще могла существовать.
Как учил на своих лекциях и практических занятиях профессор Конвел: «Чем сложнее система, тем больше вероятности, что она выйдет из строя».
— Что видишь, лейтенант? — спросил лежавший рядом Мшистый.
На холм они забрались впятером. Капитан Парела, лейтенант Клементий, местный лейтенант-дознаватель (ч ьего имени Арди, к своему стыду, даже не удосужился узнать), майор Мшистый и, непосредственно, сам Ардан.
Остальные оперативники, укрытые сложной печатью иллюзий, ожидали сигнала в низине.
А четверка магов с дознавателем, наблюдали за объектом их интереса. И, возможно, если бы не уже почти полтора года, проведенных за изучением Звездной магии и искусства Эан'Хане, Арди бы ничего и не заметил. Перед ним, раскинувшись посреди долины, застыло бы широкое озеро, чей противоположной берег можно увидеть разве что в ясную,