— Идет. — Лапша кивнул. — А пока я хотел бы взять едой и патронами. Вупиупи на пятьсот. А остальное — деньгами.
Продавец молча начал собирать товар.
Лапша загрузился по полной, аж рюкзак к земле тянул. Пришлось даже купить у продавца дополнительную сумку, которую забрак разместил на груди. Положил во внутренний карман чип на триста единиц денег и вышел наружу. Кроме лавки оценщика на территории лагеря располагался бар, что-то вроде гостиницы для сборщиков, бараки рабов и охраны. Словоохотливый продавец поведал, что некоторые сами шли в рабство за еду и воду просто потому, что не могли добыть это сами. Тот же Синдикат заставлял работать насильно. Мусорные бароны тоже дружелюбием не отличались. Остальные банды вели себя кто как. Но все знали, что за воротами лагеря тебя никто защищать не станет. Понимал это и Лапша. Поэтому компактно упаковал все свои покупки и отправился в обратный путь.
Сидеть в медитации для такой деятельной натуры как Иррута было примерно тем же самым, что и копаться в земле. Очевидно, что у тогорианки преобладали папашины гены, иначе откуда эта неуемная энергия? Женщины этой расы более спокойны, чем мужчины и редко ввязываются в приключения. Но Ирруте не повезло с самого рождения — джедаи, что рыщут по галактике в поисках одаренных, заглянули на Тогорию. И малышка отправилась вместе с ними на Корусант, в святая святых Ордена — главный храм. Мнения ее матери никто даже спрашивать не стал, просто поставили перед фактом.
Не то, чтобы она переживала за родителей — Иррута их практически не помнила. Если образ матери приносил в душу чувство защищенности и безопасности, то от отца остался лишь слепок. Слепок какой-то чисто мужской мощи. Став взрослее, девочка проявила интерес к своей расе и постаралась изучить культуру ее народа. Однако архивы Ордена оказались скупы на описания и кроме общих фраз ничего больше про тогорианцев известно не было. Разумные фелиниды, основной род деятельности — пиратство и грабеж. И сама родина находится вроде бы на пересечении торговых маршрутов, однако космические грузовики предпочитали облетать ее стороной. Опять же сыграла свою роль бандитская репутация. Из-за которой девочке первое время доставалось в храме от юнлингов. Правда, у нее было преимущество перед ними — острые когти, прячущиеся в мягких «лапках». И Иррута сразу же научилась давать сдачи. Отчего наставники постоянно ее наказывали, а провокаторы продолжали дразниться. Тогорианка злилась и джедаи все пристальнее обращали на нее внимание. Сам магистр Йода иногда посещал занятия и, словно принюхиваясь, безошибочно выделял Ирруту из общего числа учеников, приглашая следовать за собой. Так она одной из первых постигла медитацию.
Усмирять свой буйный нрав советовал ей Йода, хитро поглядывая за девочкой. Наверняка старый магистр был в курсе «детских» игр юнлингов, основную массу которых составляли человеческие и подобные ей расы. Звероподобных, не гуманоидных джедаев вообще оказалось мало и основать свой собственный круг в Ордене они не могли — слишком отдалены друг от друга. А когда пришло время испытания, то их всех разбросали по разным отделам и подружиться с кем-нибудь тогорианка так и не успела. Опять же привязанность на темную сторону ведет, как говорил Йода. Однако ничего такого Иррута не ощущала. Возможно, иногда, когда она злилась, ее удары световым мечом выходили куда более жестче и мощнее. Но это можно было списать на единичные случаи. Тем не менее, когда ее сочли закончившей обучение, молодую активную тогорианку забрал к себе джедай-исследователь Торо Сунас. Этот фанат науки летал по галактике в поисках древних артефактов, созданных с помощью Силы. Изучал наскальные письмена, проникал в древние храмы и искал потерянное знание. И все это сопровождало одно — раскопки, раскопки и еще раз раскопки. Очень редко Сунас привлекал к работам местное население или же наемных рабочих, предпочитая копаться самому. Точнее, руками своего падавана. Так Иррута научилась ворочать крупные куски земли с помощью Силы, филигранно добывать окаменелости, очищая их от налипшей земли. И работать с лопатой, совочком и кисточкой. Потому что мастер не терпел суеты и поспешности. И от этой работы ее шерсть даже приобрела какой-то пыльный оттенок. Сколько не мойся, все равно останешься грязным. Тогорианцы, хоть и были чистюлями в плане гигиены, все же старались мыться пореже. Предки вылизывались языком — потомки утратили эту функцию. Даже сама мысль использовать язык для чистки шерсти приводила Ирруту в ужас.
В общем, уже четвертый год мотаясь по галактике с учителем и оставаясь его вечным падаваном (потому что Сунас ничему ее не учил, заставляя только копать!!), Иррута предавалась медитации в свободное время, чтобы успокоить душу и усмирить темную сторону. Которая последнее время все больше и больше начинала напоминать о себе. Началось все с того, что учитель нашел упоминание о каком-то древнем хранилище дже’дайи, расположенном на Малаг-Саге. Где находится эта планета Сунас не знал и напряг весь архивный отдел в поисках упоминаний о ней. И засадил штудировать записи своего падавана. Иррута несколько ночей толком не спала, проверяя их, а Сунас все это время торчал за спиной, наблюдая и вещая об очевидных истинах. Мол, в терпении закаляется характер, усидчивость приводит буйные мысли в порядок и вообще, ей полезно заняться научной работой, потому что мечом всегда найдется кому помахать. Иррута была не согласная в этом утверждении с учителем, но спорить не решалась — все-таки авторитет старшего очень силен в тогорианской культуре и молодняк впитывает это вместе с молоком матери. Так или иначе, но космологическое упоминание о Малаге нашлось только одно — планета находилась где-то за станцией Кода. Туда и отправились джедай со своей озлобленной от долго сидения в архивах ученицей.
Там же им подсказали примерный маршрут, предупредив, что места там опасные, бандиты и пираты постоянно ошиваются в космосе, в системах есть ни от кого не таящиеся бандитские базы и вообще, тот регион недостаточно исследован, чтобы заявлять о безопасности. Сунасу все было нипочем — остановить упертого исследователя могла только смерть. Но подыхать он не собирался. Поэтому планету все-таки нашел, полуразрушенное сооружение, напоминающее планом храм — отыскал. Нанял местных за денежку малую и заставил расчищать периметр. С помощью Ирруты конечно. Сам же уселся в медитацию и принялся «сканировать» местность на предмет артефактов. Собственно, получалось у него это здорово — Сунас специализировался на этом. Потому в исследователи и был направлен. Пришлось Ирруте следовать примеру учителя и между маханием лопаты и сном иногда тоже сидеть в медитациях. И вот