«Дракон любит Хранительницу абсолютной любовью. После того, как он выпьет зелье, активируются Узы, связывающие с ней его плоть и душу. Формируются внутренние энергетические каналы, по которым циркулирует их совместная энергия. Он физически не способен ей изменить, воспринимать других женщин. Во многих сказках и легендах именно этот феномен называется «истинной связью», Дуся… Но я давно, очень давно думаю, что в этом есть некая неправильность, некий насильственный элемент. Здесь что-то не так. И не я одна так считаю — я просто передаю тебе мысли той, первой Хранительницы, которая сбежала из того мира в этот и установила традицию передавать эти мысли в дневнике от матери к дочери или внучке… все вместе, мы объединяем и развиваем наши догадки, и кто-то из наших потомков сможет понять, что здесь не так, и почему мир Драконов умирает… И почему-то мне кажется, Дуся, что это будешь именно ты… Ты всегда была особенной. Лишь бы не было слишком поздно…»
Слова бабушки горели перед моим мысленным взором, пока живой жар человека-дракона стремился вверх по руке от его пылающих губ, растекаясь по телу благотворной волной.
Вот ты попала, Дуська!..
Я медленно опустилась рядом с ним на корточки и заглянула в глаза.
— Мне страшно даже подумать, что нам придётся расстаться даже на несколько дней, — прошептал Вельгорн, не отпуская моей руки. — Но я должен… от меня зависит и жизнь моих братьев-драконов, и оставшихся жителей Дова’Нора, так мы зовём наш мир. Ты тогда пошутила про семена расторопши, помнишь? А ведь это один из компонентов зелья от тяжёлой печёночной хвори, которой часто болеют наши жители, потому что наша земля почти мертва, в ней много токсинов, они накапливаются в еде и воде. Там у нас почти ничего не растёт… Лекарства и зелья из земных растений помогают огоньку жизни в нашем мире не погаснуть окончательно. Теперь ты понимаешь?.. Почему я так вспылил тогда?..
Я просто кивнула и погладила его по плечу свободной рукой. Он слегка вздрогнул и прикрыл глаза. Даже такая простая дружеская ласка повергла его в сладкую негу. Вот же бедолага.
— Значит, в вашем мире… в Дова-Норре ещё есть… люди? Или другие разумные расы?
— Все, кто остался, собрались в поселении возле единственного ещё работающего портала в ваш мир, который поддерживает Элантар. Среди них есть и люди, и гномы, и немного эльфов. Несколько сильфид — элементалей воздуха, которые когда-то водились повсюду и были для драконов кем-то вроде питомцев и любимцев. Маленькое угасающее поселение, полностью зависящее от нас троих и от этого канала на Землю — это всё, что осталось от когда-то обширного процветающего мира. И пепел давно угасших войн уже засыпал последние города, моя дорогая Даван’киир…
— Какой кошмар. И, получается, бабушка права… Где-то вы совершили ошибку, нарушили мировой баланс, и всё полетело в тартарары. Но знаешь что, Вельгорн, — я неожиданно расхрабрилась, запустила руку в его шёлковую шевелюру, осторожно провела пальцами ото лба к затылку, восхищаясь переливами иссиня-чёрных волн, и глаза его восторженно закатились — прямо как у Смайла, когда чешешь ему возле хвоста. — Ты меня всё-таки нашёл. И Алёну. И третью Хранительницу мы тоже обязательно отыщем. И вообще, пусть моё сердце пока ещё не готово любить, но ты мне действительно нравишься.
— Правда? — он зарылся лицом в мою ладонь. — У меня правда есть шанс?..
— У нас обоих он есть, но… Я чувствую, Вельгорн, чувствую, что нужно деактивировать зелье. Оно сыграло свою роль, но именно в нём может быть причина ваших бед.
— Но если я… не смогу больше… А вдруг?..
— Значит, так тому и быть, — твёрдо сказала я. — Мы в любом случае останемся друзьями и будем думать вместе, в чём ошибка и как её исправить. Я знаю, в тебе сейчас кипит возмущение и боль, тебе очень сладко быть со мной. Я знаю, как это бывает, поверь. Но всё должно быть честно. С чистого листа. Никакой лжи, морока и фальши. Услышь меня, прошу. Не отвечай прямо сейчас, езжай по делам, подумай над моими словами.
Он мелко дрожал, вибрировал под моими пальцами, и эта дрожь передавалась мне, как если бы я приложила ухо к тёплой разогретой земле и услышала далёкое эхо копыт приближающегося табуна лошадей. В нём сейчас сталкивалось и боролось множество противоположных чувств, они рвались наружу, но, к его чести, он не сказал ни слова, и ни выпустил ни одной яростной мысли.
— Ты удивительная, Ева, — наконец поднял он голову, встретив мой печальный взгляд. — Я в любом случае счастлив, что нашёл тебя…
— Я тоже, Сапфировый дракон Вельгорн Азриэль Ай’этар Норрин, рада, что мы встретились…
Глава 8. Спасительные объятия
Утром, выгуливая пса, я заметила примятую траву возле клумбы с Драконь-травой. Ночевал, значит, тут. Бедный драконище, шезлонг ему, что ли, сюда поставить?.. А как же зимой — на снегу, что ли, спать будет?
Впрочем, эта удивительная травка была вечнозелёной, это я знала, — не всегда нынешние зимы баловали нас сугробами, и зелёное пятно под ольхой радовало глаз среди пожухлой, битой морозами листвы и голых веток кустарников.
Немного подумав, я сбегала в сарай за садовой лопаткой и пластиковым транспортировочным горшком. Выкопав часть травы — она оказалась ползучей, на тонких стеблях во многих узлах листьев виднелись белёсые зачатки корешков, я отсадила её в принесённую тару. В обед сбегаю в хозяйственный, прикуплю красивый керамический горшок. Хороший будет подарок для Вельгорна, наверное… Поставит пусть у кроватки и нюхает себе на здоровье, да копит силушку магическую.
Интересно, а где он вообще обитает?.. Ведь наверняка на Земле у него есть свой дом — не каждый же день он мотается в свой мир, тем более, объезжает столько аптек по области. Да и машину наверняка возле дома держит — не в портал же он на ней въезжает!
Эта мысль изрядно меня повеселила, но первый вопрос, как водится, потянул за собой второй — где находится портал в его мир? А потом и жгучее любопытство разобрало — а сможем ли попасть туда мы с Алёной и поглазеть на его диковинных жителей?
Кстати, надо бы позвонить и узнать, как она.
— Привет. Ты там живая?
На другом конце послышался то ли всхлип, то ли всхрюк, но звучало очень жалостливо.
— Ладно, сегодня можешь дома побыть. Я справлюсь.
— Да ты что, Евдокия Максимовна! — возопила Алёна. — Я тут с ума сойду со всеми этими новостями, наоборот, нам надо всё обсудить!