– Вы скоро подохнете, а всё болтаете! – крикнула Бин призракам, оскалившись.
Те с рёвом бросились на неё.
– Гибель неизбежна, но что же будет теперь с этим молодым телом?
Голоса, доносившиеся до ушей, звучали ужасно противно. Песню, которую пели призраки, Бин хорошо знала. Именно её обычно поют, чтобы умерить злобу мстительных духов во время погребальных обрядов, а также утешить души умерших и вознести их на небеса.
– На востоке – лазурное божество, на юге – красное божество [28]! – выкрикнула Бин, запевая следом, и за шею притянула призрака к себе.
Она даже глазом не моргнула, наблюдая, как вытягивается шея духа.
– На западе – белое божество, на севере – чёрное божество.
Схватив призрака за голову, Бин развернулась и бросила его в реку. Из воды послышался мерзкий смех. Бин ещё сильнее сжала голову призрака и быстро достала из-за пазухи маленькое зеркальце.
– Посмотри на себя! И возвращайся восвояси!
Призрак, увидев собственное отражение, изогнулся и издал странный звук. Бин надавила ему на живот, чтобы он полностью ушёл под воду, а затем бросилась к другому призраку.
– В центре – божество-император, что послал добрых вестников: сокровище грома, небесное божество, подземное божество, божество всего сущего… – Пение Бин постепенно становилось всё быстрее.
На этот раз она достала из рукавов беззвучные колокольчики. Изначально они были связаны вместе, но Бин разделила их, чтобы удобнее было использовать. Она бросила пригоршню колокольчиков в рот призрака, который, осыпая её руганью, нёсся вперёд.
– Исчезни!
Бин ударила призрака зеркальцем по подбородку. Раздался звук ломающихся костей, которых, конечно же, у духа быть не могло. На лбу Бин выступил пот.
– Идите же сюда! Разве вы не жаждете меня? – сверкнула она глазами.
Призраки, словно веря, что их достаточно много, надулись и начали окружать Бин. Она вытащила из-за пояса тонкий кнут с ивовой рукоятью. Он был сделан из кожи восьминогой коровы, из которой Бин изгнала злого духа.
Шаг за шагом заходя в воду, Бин взмахивала кнутом. Маленькие бусины на конце кнута как молнии полетели к призракам, и те начали извиваться, словно их жгло огнём.
– А-а-а-а-а-а!
Когда Бин услышала вопли призраков, уголки её губ приподнялись. Сама не понимая, что улыбается, Бин стремительно хватала призраков одного за другим и бросала их в воду, крича:
– У кого на пути вы посмели встать?! Кому посмели преградить дорогу?!
Бин подумала, что вполне может изгнать их всех. Она достала из-за пазухи кроваво-красный амулет, изготовленный из тонко измельчённой киновари, который всегда носила с собой.
– Неупокоенный дух, уходи скорее за тысячу ли! Исполняй немедленно мой приказ!
Призраки, которых касался амулет, извиваясь, падали в воду.
Бам! Бам! Бам!
Бин резко подняла голову. Громкий звук, как будто кто-то стучал по тарелкам, ударил ей в уши. От неожиданности она остановилась – и собравшиеся вокруг призраки сразу же бросились на неё, как рой вьюнов. Нахлынув стремительной волной, они обхватили руки Бин, отбросив в стороны кнут и зеркальце. Из тени поднялись белые руки и схватили подол одеяния девушки.
– Идём, идём, идём.
В её тело одновременно пытались проникнуть больше десятка призраков. Бин, схваченная ими, хотела защититься амулетом, но всё было бесполезно. В её голове раздался гул призрачных голосов.
Бесчисленное множество призраков заполнило тело Бин. Она всё ещё пыталась стряхнуть их, но руки и ноги уже не повиновались ей. Бин не видела ничего, кроме лиц призраков. Плотно облепив тело девушки, словно водоросли, они потащили её под воду. Их пение звучало нескончаемой мелодией.
– Идём, идём, идём же в загробный мир.
Вода проникла в лёгкие. Дыхание пресеклось, зрение затуманилось. Призраки внутри Бин защёлкали, и всё её тело затряслось. С её губ сорвался последний вздох.
Бин была рада, что попросила Ынхо найти её тело. Перед её глазами возникло его лицо. Лицо, которое она видела так близко, когда он поймал её в последний день фестиваля Фонарей Лотоса, не дав упасть в реку. Бин не давала имени чувствам, которые втайне хранила, хотя знала, что нужно от них избавиться. Просто делала вид, что их не существует. «Какой смысл давать имена тому, что всё равно закончится?» – так думала Бин.
Когда Ынхо обнаружил старые письма в корзине… Бин задавалась вопросом, не вернётся ли к нему хоть часть воспоминаний. Он всегда был рядом. Смех в заброшенной всеми постройке раздавался, лишь когда туда приходил Ынхо. Всякий раз, когда они не могли увидеться, он писал ей письма и отправлял вместе с маленькими подарками. Даже когда Бин была одержима призраками и когда внезапно умер её младший брат, Ынхо всегда оставался рядом. Только благодаря его любви, что заменяла ей солнце, она продолжала держаться за жизнь. Но Бин не следовало оставаться с Ынхо – ведь она могла в любую минуту причинить кому-то вред. В конце концов, разве не так случалось снова и снова?
«Неплохо», – подумала Бин.
Совсем неплохо.
Хорошо, что она смогла закончить жизнь, умерев за Хён Ынхо. Бин беспомощно отдалась призракам, которые тянули её всё глубже в воду, и закрыла глаза.
– Бин! – громко позвал Ынхо.
С трудом избавившись от всех призраков во дворце, он верхом на лошади помчался к реке, о которой сказала Бин, но девушки нигде не было видно. Ынхо никак не мог успокоиться.
– Бин! Где вы?!
Голос Хён Ынхо заглушал шум быстрой реки. Она несла в темноте свои чёрные воды. При виде их Ынхо невольно заставил лошадь отступить. В этот миг в голове промелькнуло воспоминание о его сне: он сам, стоящий в реке, и девушка, чьего лица он не знал.
– Почему?..
Вдруг голова у него заболела с такой силой, словно готова была разбиться на осколки. Ынхо, тяжело дыша, слез с лошади. Главное – найти Бин. Но всё расплывалось перед глазами, и он не мог как следует контролировать собственное тело.
– Бин, Бин!..
Больше не имело значения, где и что делала Сомун Бин. Сейчас важнее всего узнать, жива она или нет. Ынхо не мог отпустить Сомун Бин вот так. Он крепко сжал Меч Четырёх Тигров.
– Почему?.. Я ведь только сейчас узнал ваш мир…
Вдруг он заметил странное движение посреди реки. Волну, что двигалась против течения. На первый взгляд ничего подозрительного, но вода не могла течь в противоположном направлении. Ынхо без колебаний прыгнул в реку.