— Как… — прохрипел я.
— Выиграли с огромным отрывом! — похвастался Памфилов. — Даже тощая страшила поставила пять баллов! И у рыжей дуры случилась истерика.
— Денис, не надо так говорить, — услышал я голос Илоны Анатольевны, но осуждения в нем не было.
— Она еще до выступления кинулась на жюри, — поправила его Баранова. — Предъявляла, что все неправильно и надо судить по-другому.
— Ага, — кивнула Аня, — напрямую не скажешь, что надо выбрать блатных, она стала доказывать, что у нас ужасное выступление, но ее не послушали.
Рамиль самодовольно улыбнулся:
— Хе — не послушали! Она была послана. Так ей и надо.
Мама положила ладонь мне на голову.
— Ну и напугал ты нас. Перенервничал?
— Да, — шепнул я, поворочался и понял, что лежу прямо на полу на ворохе одежды. Судя по характерным шкафчикам — меня оттащили в раздевалку.
У мамы в руках окровавленная марля — значит, сильно хлынуло из носа, как в прошлый раз. Интересно, получилось у меня или нет? Или зацепило только тех, кто был рядом? Очень хотелось поскорее это узнать. Я поднялся на локтях, и к горлу подкатила тошнота, пришлось снова лечь.
— Потерпи, — взволнованно сказала мама. — Мы «скорую» вызвали.
— Лишнее, — шепнул я, — само пройдет. Долго я так валяюсь?
— Долго, — ответила мама.
— Минут двадцать, — более точно ответила Илона Анатольевна.
— Расскажите, как оно было. Как ощущения? — попросил я. — Только подробно, пожалуйста.
Реакция учительницы показалась мне странной — она смутилась, как девочка, которую просят рассказать что-то неприличное. Или это эффект от внушения такой? Так мироздание меня бережет от всеобщего внимания.
— Что с вами? Было что-то стыдное?
Илона Анатольевна помотала головой и ответила развернуто:
— Было… хорошо. Очень профессионально. Люди расчувствовались, и Наташа очень хорошо спела. Только Алла-Мария все испортила своей истерикой.
— Терпела-терпела и сорвалась? — уточнил я.
— В нее будто бес вселился. Она поняла, что вы точно выиграете, и пыталась заранее вас оболгать, но ее слушать не стали. У вас первое место, второе у «Юности», у ее фаворитов третье. Но как по мне, они были сильнее, просто жюри, похоже, проголосовало назло ей, так она всех допекла.
Донесся топот, распахнулась дверь и вбежал запыхавшийся Ян.
— «Скорая» приехала, идут!
Подошвы так грохотали, что, казалось, сюда идет рота солдат. Пара секунд — и вот они здесь: пожилая женщина и совсем юный краснощекий медбрат.
Мама метнулась к ним, описала им мои симптомы, и они занялись мной. Измерили давление — оно оказалось идеальным. Посчитали пульс, посветили в глаза, проверили кожные покровы, усадили на скамейку, постучали по коленкам, поставили на ноги, заставили коснуться пальцем кончика носа.
Пожилая врач развела руками:
— Все в абсолютной норме. Наверное, парень распереживался, и произошел скачок давления, лопнул сосуд в носу. — Она обратилась ко мне: — У тебя бывают приступы слабости и головокружения?
— Нет, — ответил я, — а должны? Голова вообще никогда не болит, а вот сейчас — да.
— В период усиленного роста они часто случаются, сосуды слабые, кости растут быстрее мышц и тканей, особенно если не хватает питательных веществ, сосуды не успевают формироваться. — Она накарябала что-то на листке. — Вот это пропей, укрепи сосуды. Лишним не будет. Ломкость сосудов — тревожный признак, поэтому нужно сдать кровь, чтобы исключить серьезные заболевания, например, тромбоцитопеническую пурпуру.
— Спасибо, — кивнул я. — Приятно иметь дело с грамотным специалистом, это такая редкость!
Угрюмая женщина преобразилась, помолодела и теперь казалась не угрюмой, а приятной.
— Нужно выпеть обезболивающее. Есть у кого-нибудь? У нас на «скорой», увы, ничего нет, даже физраствора, — пожаловалась она.
— У меня есть анальгин, — сказала Аня. — И но-шпа!
— Анальгин кровь разжижает, — мотнула головой мама.
— Кровь уже свернулась, — возразила врач. — Ничего страшного не будет. А вот но-шпу не нужно.
— Как вас зовут? — спросил я. — Скажите, пожалуйста, мне надо для книги жалоб и предложений, написать, что вы молодец.
На самом деле нужно было для другого. Непорядок, когда нет физраствора! Одно дело, если скорая приезжает к хроникам — у них всегда есть необходимое лекарство. Другое — если авария, и нужно восполнить кровопотерю пострадавшему. Отсутствие физраствора или обезболивающего может быть фатальным.
Я наблюдал, как врач более разборчиво выводит адрес пункта «Скорой» и свою фамилию с инициалами и думал, что необходимое стоит копейки, я не обеднею на двадцать тысяч, если закуплю хотя бы физраствор, обезболивающее и что там колют от давления. У мамы надо спросить.
Когда врач, Матвеева Зинаида Ивановна, удалилась, меня обступили друзья, оттеснив Илону и маму, и наперебой принялись рассказывать, как все было круто, как всем понравилось, кроме нескольких идиотов — наверное, родственников проигравших, которые прямо в зале закатили истерику, что все несправедливо.
Даже Гаечка ко мне пришла, натянув горловину свитера до глаз, как медицинскую маску.
— Знаешь, что нам подарили от имени рыжей дуры? — усмехнулся Памфилов и, не дожидаясь ответа, протянул бумажный кулек, в каких бабки продают семечки и арахис.
Я развернул его и увидел кривенькое яблоко и леденцы.
— Офигеть щедрость. Продам — в Египет поеду, — усмехнулся я. — Телевизионщики были?
Ответила Илона Анатольевна:
— Они уехали после конкурса капитанов. Их не к нам пригласили, а чтобы спонсора снимать.
— Понятно, — кивнул я. — Сделала своей фирме бесплатную рекламу по телику. Заработала на пирожках, молодец!
— У нас первое место! — все не могла нарадоваться Аня. — Пашка, огромное тебе спасибо, что позвал нас!
— Давайте отпразднуем! — предложила Таня.
— Хорошая идея, — согласился я. — Только без меня, а то сил нет, даже чтобы сидеть. Что-то меня подкосило.
Никто так толком и не ответил на вопрос, как выглядело наше выступление, что прочувствовал каждый, кто сидел в зале. И напрямую не спросишь, блин! Наверняка каждый чувствовал по-своему, на кого-то подействовало, на кого-то нет, а у кого-то возник внутренний протест и началась истерика. Подозреваю, что это гнилушки. Если судить по Барановой и Райко, умирать им необязательно, у них тоже есть шанс.
В общем, массового психоза не случилось, но эмоцию зрители поймали. И это хорошо, на такое я и рассчитывал, потому что, если бы куча народу после выступления побежала причинять добро окружающим, это вызвало бы вопросы у определенных людей.
Осталось дождаться ночи. Уверен, что-то в мироздании должно серьезно сдвинуться.
Следующий том здесь: https://author.today/work/532383 добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не потерялась
Nota bene
Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие