– Прекрати так выражаться, – попросила я. – Тим, куда я пойду?
– Ко мне! – отрезал он. – Ключи не сломала? В окно «случайно» не вылетели?
– А если у нас ничего не получится? Куда я пойду?
– У меня есть девчонка знакомая, она маникюр делает. Могу попросить – она научит. И на работе ходить не нужно, ты в конце смены слишком сильно хромаешь. Да и зарплата, я думаю, больше твоей.
– Что за девчонка? – не смогла я скрыть нотки ревности в голосе.
– Невеста друга, Машка. Такая же, как ты, в единорогов верит. Ангел, ты ревнуешь? – засмеялся он.
– Есть немного, – согласилась я, – просто ты такой…
– Какой?
– Красивый! – выдала я, не сдержалась и показала ему язык. – И девушек у тебя много было, да?
– Да, – не стал он лукавить, – много. И что?
– И ничего.
– Если сейчас начнется твоя песня о том, почему я выбрал тебя, советую хорошо подумать. Сугробов на улице достаточно, – полушутя предупредил он.
– Не начнется. И твоя приятельница может меня научить? Сколько это стоит?
– Нисколько. Она этот… альтруист, – нахально улыбнулся он.
– Я не стану брать у тебя деньги, – скрестила я руки на груди.
– Я что-то говорил о деньгах? – снова этот жесткий тон.
– Нет, но…
– После «нет» мы ставим точку. Тебе нужна другая работа, меня выносит, когда ты кривишься после своих смен в цветочном. Не отворачивайся, Ярослава, ты хреновая актриса, и я все вижу.
– Хорошо, я согласна учиться, – тихо призналась я, – у меня есть кое-какие сбережения. Зачем ты тормозишь?
– Бля, бесишь! – признался Тимур, резко выворачивая руль.
Заглушил мотор, выкинул руку, взял меня за шею, притянул к себе и поцеловал.
Я на мгновение окаменела, а потом осмелела настолько, что сама его обняла и ответила на поцелуй – как умела. А Тимур целовал, словно с цепи сорвался. Дико, настолько сильно, голодно, до красных кругов перед глазами, то прикусывал нижнюю губу, то проводил по ней языком.
Я горела. Словно в пламя его объятий окунулась, и назад пути не было. Не заметила, как Тимур снял с меня шапку, зарываясь ладонью в волосы, собрал их в кулак на затылке и целовал. А я… я ему позволяла. Все позволяла, потому что не хотела останавливать.
Какая-то частичка души во мне хотела продолжения. Хотела пойти до конца, с ним.
– Моя Яська, – хрипло прошептал он, откидывая мою голову назад, и прошелся губами по шее.
Я дышать забывала, завороженная новыми, незнакомыми ощущениями, таким приятными, что колени начинали дрожать, пока Тимур выцеловывал узоры на шее.
Все закончилось резко. Тимур прервал поцелуй, прислонился лбом к моему лбу и тяжело дышал. Сильно сжал мои волосы в кулаке и громко сглотнул.
– Прости, ангел…
– Целуй, когда сам хочешь, – выпалила я ему в губы.
Тимур криво усмехнулся и прикрыл глаза. Его трясло, и меня тоже.
С видимым трудом он отпустил меня, выпрямился на сиденье и достал из кармана мобильный. Набрал чей-то номер, дождался, когда ему ответит мужской голос, и отчеканил:
– Привет, Рат. По делу. Не спишь? Хорошо. Машка твоя этим приблудам маникюрным обучает? Кого, кого, меня, млять! Придурок. Девчонку мою надо научить. Жду. Привет, Машка. Научишь девчонку? Зовут Яся, – он покосился на меня и подмигнул. – Понял, она тебе позвонит. Давай, Машка, не болей, поняла?
Он убрал мобильный в карман и обратился ко мне:
– Научит. Через пару недель начнете.
– Спасибо, – выдохнула я.
– Ни хрена. Повторяй давай! Пошли на хер!
– Пошли на хер! – тяжело вздохнула я.
– Считай, обучение отработала. На практике использовать можно и нужно. Вторую часть повтори: «Иначе придет Тимур, и вам пизда!» Я жду.
– Иначе придет Тимур, и вам крышка! – покорно повторяла я.
– Можно и так, – согласился он и снова завел мотор. – Молодец, быстро учишься.
– Угу, – кисло согласилась я.
– Тут нужна практика.
Я ничего не ответила на его последнюю реплику. Отвернулась к окну и почувствовала, как он взял мою ладонь в свою и снова поцеловал.
А потом снова, когда мы остановились у моего дома, целовал. Так, что я чуть не опоздала. И шла, пошатываясь и пряча глупую влюбленную улыбку…
Глава 18
Ярослава
Домой я заходила с колотящимся сердцем, чтобы мама снова не устроила скандал, но она встретила меня на пороге коротким:
– Иди погуляй!
А в гостиной громко ругался папа.
Я снова натянула шапку, развернулась на пятках и утопала на улицу, размышляя, стоит ли звонить Тимуру и просить его ненадолго вернуться.
Дошла до детской площадки, смела рукой снег с качелей, села и стала крутить в руках мобильный, кусая губы.
– Привет, мартышка! – услышала я за спиной до боли знакомый голос и вздрогнула.
Резко обернулась и встретилась взглядом с Ромой, который был непривычно хмурым. Друг прятал руки в карманы куртки и медленно приближался, пока не встал рядом с качелями.
Схватился за цепи одной рукой и стал меня медленно раскачивать. Как раньше. До того как мы глупо поссорились.
– Как дела? – робко спросила я.
Просто чтобы что-то спросить, потому что тишина, нарушаемая скрипом качели, давила.
– Бывало и лучше, – ответил Рома и замолчал.
– Как дела у твоей мамы? – сделала я еще одну попытку начать диалог.
Мне его не хватало. Очень. И хотя с Тимуром я могла говорить о чем угодно, мне все равно нужен был Ромка. Мне не хватало наших посиделок по вечерам, болтовни о пустяках, прогулок.
– Нормально, – тем же тоном ответил Рома.
Я опустила голову и решилась:
– Ты мне не отвечал.
– Ты мне тоже не ответила, – пожал он плечами.
– Ром…
– Что? – он вздохнул, отошел на пару шагов вперед и опустился на корточки, глядя на меня снизу вверх.
– Это глупо, – тихо произнесла я, тормозя качели ногами.
– Думаешь?
– Ты мой друг столько, сколько я себя помню. Я не хочу тебя терять из-за такого пустяка. Ромка, ты же встречался с девушками, разве я хоть слово тебе сказала? Или ставила ультиматумы? Это нечестно. И мучить меня молчанием нечестно.
– Вы вместе? – спросил он тоном, какого я никогда не слышала.
Злым. Дрожащим от ярости.
– Д-да, – прошептала я.
И сердце испуганной птицей забилось в груди.
– А я думал, что ты умнее, мартышка. Ты друга на этого психопата променяла.
– Он не такой. Тимур хороший, и если бы ты постарался его узнать, то тоже бы это понял!
– И что, тебя вся его компания уже трахнуть успела, или пока только он? – Рома