– Больно? – сочувственно спросил он.
– Уже нет, – с придыханием ответила я, не узнавая свой голос.
Боже, да что со мной происходит?
Тимур пересел на другой край, медленно убрал одеяло, взял мою ступню и стал медленно массировать, пока я горела – от стыда и от того, что творилось с моим телом, когда он ко мне прикасался.
Гафаров же сосредоточенно массировал мне ступни и выглядел совершенно спокойно, в то время как в моей голове случился атомный взрыв…
Глава 23
Тимур
Я больше не мог изображать хорошего мальчика. Терпение было на исходе, член гудел, и если бы мог говорить, то уже бы точно спросил, не заболел ли я и какого черта у нас с ним так долго никого не было.
И сколько мы сможем еще выдержать?
Массировал крохотную ступню Яськи, которая в очередной раз выбесила тем, что молча терпела боль. Я минут десять стоял на улице и наблюдал, как она корчилась, но стоило мне войти в помещение, как она тут же сделала вид, что все у нее, млять, хорошо.
Мысли путались, а животное желание распирало, грозя выплеснуться наружу, и тогда…
Может, хватит себя сдерживать? Хватит быть хорошим, и стоит стать самим собой?
Не могу. С ней – не могу.
Нервно отодвинул край одеяла дальше, прошелся ладонями по икрам, покосился на Яську, и меня вынесло.
Она дрожала, кусала губы и смотрела… У меня затрещали предохранители.
Поймал ее взгляд и провел кончиками пальцев по коже, а Яська сжала бедра. Неосознанно.
Подался ближе, вдыхая ее запах. Она пахла мной. Моим гелем для душа.
Я никогда не думал, что смогу возбудиться настолько, что все мышцы напряглись.
Откинув нахрен все мысли, перехватил ее ступню, приподнял ножку, наклонился и коснулся губами, продолжая удерживать ее взгляд.
Яська дернулась, но не остановила. Задышала быстро и, как завороженная, следила, как я оставлял дорожку поцелуев по ее коже.
В тишине я слышал ее дыхание и биение своего сердца. Кожа нежная, бархатная, мурашками покрылась, а не мог перестать целовать, поднимаясь все выше.
И без того огромные глаза Яськи превратились в два омута, обрамленных густыми светлыми ресницами.
– Тимур, – прошептала она одними губами.
– Что? – выдохнул я. – Я только целую. Нравится?
– Да, – призналась она хрипло, а у меня тормоза отказали.
Положил ее ножку обратно на постель, рывком подвинулся к ней вплотную, обхватил лицо ладонью и с трудом выдавил:
– Скажи «да». Блядь, просто… Хорошо будет, обещаю. Слышишь? Не могу больше, крыша едет. Скажи «да»!
И еле слышно добавил:
– Пожалуйста.
Она ничего не сказала. Дрожала, смотрела не моргая и ротик приоткрыла. А меня уже выносило так, что хотелось с головой в ледяную прорубь, чтобы хоть немного остыть.
Молчит. Не хочет? Боится?
Отнял руку, развернулся, чтобы встать, но Яська схватила меня за запястье, потянула на себя, обхватила мой затылок ладонью и поцеловала.
Секунда, и забрал инициативу. Сожрать ее пытался.
Не мог больше. Не получалось. Терпение закончилось. Хотелось дикого, животного. С ней.
Смял в руке одеяло, не отрываясь от Яськиных губ, откинул в сторону, намотал ее волосы на кулак и нашел в себе последние капли силы воли предупредить:
– Я не смогу остановиться.
– Кажется, я тоже, – призналась она, а в глазах страх, непонимание и желание.
Желание познать то, чего еще не было.
Со мной.
Меня несло. Все, что я так долго сдерживал, выбралось наружу, когда я целовал ее тонкую шею, кажется, оставляя на ней красные следы.
Стоны Яськи только подстегивали, дрожь по ее телу сводила с ума.
Я сжал маленькую грудь с торчащими под тонкой тканью футболки сосками, смял сосок и медленно потирал между пальцами, а она выгибалась навстречу.
Нахрен все. Я хочу. Она тоже хочет.
А я слишком долго ждал.
Оторвался от нее, подхватил края своей футболки, стянул через голову – и словно пыльным мешком по голове получил, когда понял, что она все это время была без белья.
От осознания, что на ней не было даже трусиков, я почти кончил. В висках стучал пульс, когда я рассматривал хрупкое тело, аккуратную грудь с розовыми торчащими сосками, ее, покорную, лежащую подо мной.
Блядь.
У нее первый раз, Тимур. Первый. Не налажай!
– Помоги мне, – взмолился я, – помоги, иначе я все испорчу.
– Как? – Яська пыталась прикрыться, пока я стягивал спортивные штаны вместе с боксерами.
Она села, опустив ножки на пол, а я встал рядом, взял ее ладонь в свою и опустил на свой член.
– Подрочи мне, – попросил я, – пожалуйста. Иначе я кончу слишком быстро.
– К-как? Покажи, – попросила она, проводя большим пальцем по головке.
– Сожми. Вот так, – я сжал ее ладонь, направляя, в том темпе, который был мне нужен.
Может, я сплю? Или сон стал явью? Сколько раз я представлял ее сидящую на коленях, правда, в тех фантазиях мой член был у нее во рту, но к этому мы приступим чуть позже, а пока мне нужна была короткая разрядка.
Она быстро училась. Сразу поняла, что нужно делать. Меньше минуты, и я кончил себе на живот, сжимая зубы до скрипа.
Несколько мгновений пытался отдышаться, краем сознания отмечая, как внимательно она рассматривала мой член, который все еще сжимала в ладони.
Сходил в ванную, прихватил по дороге полотенце с собой и заметил, что она снова спряталась в кокон из одеяла и хлопала глазищами.
– Не прячься, ангел. Твоя очередь, – пообещал я, отбирая одеяло.
Выпутал из него Ярославу, нависая сверху, и поцеловал. Жадно. Член снова встал, словно я не кончил пару минут назад, но сейчас – она.
Сладкая. Я долго терзал ее губы, успокаивающе гладил по животу, сжимал грудь.
До тех пор, пока Яська не расслабилась. А когда с ее губ сорвался первый стон, окончательно перестал соображать.
Спустился ниже, обхватывая грудь губами, прикусил сосок и накрыл ладонью клитор.
Она вздрогнула. Снова напряглась.
Средним пальцем проник вглубь и словно наяву услышал, как в голове отсчитывает секунды бомба замедленного действия.
Она была мокрая. Размазывал влагу пальцем, а губами ласкал грудь, переходя от одной к другой, а ее стоны становились все громче.
Спустился ниже, мышцы на ее животе напряглись, а Яська глубоко вдохнула и задержала дыхание.
– Не бойся, ангел, – хрипло попросил я, – не обижу. Не тебя.
Спустился ниже, развел ее ножки в стороны, наклонился. Язык задел нежную плоть.
Ее вкус и запах сработали детонаторами, в голове случился взрыв, а