Револьвер у демоницы непростой и заряжен особыми пулями. Даже ангел должен был рухнуть наповал и отдать концы.
До меня донеслось вырвавшееся у Лизы грязное ругательство.
— Беги, Марбас! — крикнула она, попятившись. — Спасайся!
Байкер замахнулся мечом и ринулся к ней.
Проклятье!
Я уже открыл рот, чтобы приказать сонму бросить меня на засранца, как вдруг сознание на долю секунды затопило красное пульсирующее сияние, а затем я почувствовал, как по лицу растекается маска! Голову пронзила резкая, острая боль, и мне почудилось, будто она раскалывается на куски — в самом что ни на есть прямом смысле.
— Да, повелитель! — раздался восторженный вопль Мурасаки. — Жгите его!
А затем из моей головы вырвался мощный поток ревущего пламени!
Он мгновенно охватил байкера, который уже готовился рассечь Лизу пополам, и превратил его в пылающий факел. Девушка отскочила назад. На её лице появилась торжествующая улыбка.
Мужик завертелся на месте, размахивая мечом. Бросился в сторону, подпалил кусты, затем метнулся через тротуар.
— Не дай ему добраться до воды! — крикнул я.
Голос прозвучал механически.
— Не можем, повелитель! — с отчаянием отозвалась Мурасака. — Мы на него не действуем!
Байкер уже перебежал дорогу.
— Давай за ним! — велел я.
И тотчас устремился вперёд.
Мужик врезался в металлическое ограждение, на секунду замер, а затем перемахнул через него и скрылся из виду.
Когда я добрался до канала, он уходил на дно, продолжая гореть: сквозь толщу воды виднелся трепещущий огонь.
Я завис в воздухе, не зная, что делать. Очень хотелось достать ублюдка и разделать под орех, но сонм не мог вытащить его, а нырять к чуваку, вооружённому клинком Эдема, было бы очень глупо.
— Марбас! — раздался Лизин голос. — Ты что творишь⁈ Хочешь, чтобы все увидели, как ты порхаешь⁈ Давай на землю, идиот!
— Спускай меня, — проскрипел я.
Как только Мурасака поставила меня на асфальт, подскочила Лиза. И сразу набросилась:
— С ума сошёл⁈ Какого хрена ты творишь⁈
— Вообще-то, спасаю тебе жизнь!
— Убери это! — она обвиняюще ткнула мне в физиономию указательным пальцем. — Быстро!
— Что убрать? — не понял я.
— Маску сними, дубина!
Подняв руки, я коснулся лица и сразу понял, что вместо него у меня что-то металлическое и угловатое. Что за чёрт⁈
— Стягивай, мать твою! — нетерпеливо зашипела Лиза.
— Да сейчас! Что за кипишь?
Потянув за края, я снял забрало и уставился на него. Хм… В руках была просто маска.
Демоница быстро огляделась по сторонам.
— Вроде, никого. Повезло.
— Что вообще случилось? — спросил я, отправляя забрало в подпространство.
Пощупал лицо. Вроде, всё на месте. И голос звучит обычно.
— Твоя башка превратилась в огнемёт — вот, что! — возмущённо ответила Лиза. — Ты чуть не спалился! Хорошо, свидетелей нет! Во всяком случае, хочется на это надеяться.
— Вообще-то, я сжёг того засранца, — я показал на воду. — И спас твою задницу, если ты вдруг не заметила. Он как раз собирался тебя распополамить.
Схватив мою руку, Лиза потащила меня через дорогу.
— Да-да, премного благодарна! А теперь — валим! Первородный хаос, как же этот урод воняет!
— Кто он такой вообще? Почему твои пули его не уложили? Ты что, обычные зарядила?
— Это Лазарь! Ещё один киллер на побегушках Эдема.
— Что, тоже бессмертный?
— Скорее — неживой. Садись! Объясню по дороге.
Как только мы оказались в машине, Лиза дала по газам, и «Феррари» понёсся вдоль набережной.
— Ну, выкладывай, не тяни, — сказал я. — Что это был за хрен? Я его прикончил?
— Нет! — мрачно изрекла демоница. — Лазаря не убить.
— Что, вообще⁈ Он же даже не ангел, так как это может быть?
— Откуда мне знать? — огрызнулась Лиза. — Этот живой мертвец — очередной проект Эдема. Какое-нибудь проклятье, не иначе.
— Не понимаю, как эти киллеры могут быть круче нас!
— Нифига они не круче! Просто выродки, и не более! А Лазарь — худший из них!
— Ну, воняет он точно отвратно.
— Ещё бы! Мёртвая же плоть.
— Так он типа зомби?
— Нет. Скорее, нежить. Есть версия, что его душа находится в какой-то межпространственной ловушке, поэтому замочить его нельзя. Но это только теория. И она никак не помогает найти способ избавиться от засранца.
— То есть, он скоро выберется из канала и опять полезет на нас? Ещё и с огненным мечом?
— Вроде того. Ты его, конечно, знатно потрепал. Пламя Долины сожжет его плоть до костей, но он восстановится. Не знаю, как это работает, но работает.
— И сколько времени у него на это уйдёт?
Лиза пожала плечами.
— Надеюсь, долго.
— Значит, против меня уже два ассасина? Каина, как я понимаю, тоже скоро ждать в гости?
— Ну, теперь у тебя есть огнемёт. Справишься. Кстати, не знала, что ты освоил эту технику.
— Я и сам не знал. Случилось нечто странное. У меня в голове будто что-то полыхнуло, а затем маска сама собой налезла на меня и превратилась в… Что, у меня реально огнемёт был вместо башки?
Девушка кивнула.
— Ага. Кстати, это было круто. И спасибо, что спас. Это факт.
— Считай, что вернул должок за Каина.
— Принято. А насчёт вспышки… Похоже, это дух Марбаса в тебе просыпается. Видимо, дело в том, что мне грозила опасность. Вот он и среагировал.
— Это очень романтично, и я рад, что Лазарь тебя не прикончил, но мне хотелось бы себя контролировать.
— Ну, я предупреждала, что человеком тебе оставаться недолго. Что бы ты об этом ни думал.
Повисла пауза.
До сих пор мне казалось, что я смогу остаться собой, при этом становясь демоном. Но случай с огнемётом показал, что всё не так просто. Марбас явно постепенно просачивается в меня, как вода, которая рано или поздно проникает сквозь любую преграду. Ну, почти. И значит, опасность утратить свою личность — по крайней мере, частично, став неким синтезом сознаний — реальна.
— Слушай, Лиз, я всё хотел спросить: почему ты называешь вселение в меня Марбаса трансмиграцией, а не реинкарнацией?
— Потому что это разные вещи. При трансмиграции в носителя переносится сознание, а не только душа или дух. Пока что ты этого, видимо, не чувствуешь, но Марбас сольётся с тобой. Прежним ты не останешься. Это неизбежно. Мы, кстати, приехали, — девушка указала на стеклянное здание, возвышавшееся над освещённой фонарями парковкой. — Штаб-квартира Гора.
«Феррари» сбросил скорость и плавно остановился между двумя внедорожниками.
Над входом была вывеска, составленная из массивных букв: «Охранные системы Горин Инк». Перед гранитным крыльцом возвышалась статуя в виде сидящего на стеле орла с распростёртыми крыльями. Видимо, символ зоркого глаза — всевидящего ока.
Выйдя из машины, мы с Лизой направились к стеклянным