Едва я осознал это, как дверь распахнулась, и Тот вкатил в квадратный кабинет. Мы, естественно, — за ним.
В комнате, словно вырубленной из жёлтого песчаника, не было ничего, кроме стеклянного стола и эргономичного кресла, в котором сидел мужчина лет семидесяти, абсолютно седой, с пышными усами. Одет он был в синий спортивный костюм. Над головой сияла огненная корона.
— Доставил сразу по прибытии! — объявил Тот, припарковывая сегвей возле стены. — Леди Елиздра и лорд Марбас.
— Сколько лет, сколько зим, — ворчливо протянул старик. — Садитесь.
Он дважды ткнул указательным пальцем в пол перед столом, и там немедленно возникла пара кожаных кресел.
— Моё почтение, лорд Гор, — проговорила Лиза, подходя. — Спасибо, что так быстро нашли для нас время.
— Не надо, — поморщился старик. — Это наше общее дело. Благодарить не за что.
— Моё почтение… лорд Гор, — сказал.
— Взаимно. Садитесь уже. У меня шея болит, когда приходится голову задирать.
Мы с Лизой одновременно опустились в кресла.
— Итак, нам нужно найти место, куда тебя вызвали, — проговорил Гор, глядя на меня. — Хорошо его рассмотрел?
— Оно было похоже на библиотеку.
Старик фыркнул.
— Мне требуется больше деталей!
Я принялся описывать помещение, куда ворвались охотники, стараясь припомнить всё, что мог. Когда замолчал, Гор кивнул.
— Ладно, это должно сузить круг поисков. Начнём.
Он звонко хлопнул в ладоши, и над столом появился полупрозрачный экран, на котором я увидел фотографию библиотеки.
— Эта? — спросил Гор.
— Нет.
— Уверен?
— Абсолютно.
— Ладно, едем дальше.
Старик легонько стукнул пальцем по столу, и на экране появился другой снимок. Его я тоже отверг.
Изображения сменяли друг друга не меньше получаса, пока одно из них не показалось мне знакомым. Только мебель была на своих местах, а не сдвинута к стенам.
— Похоже! — сказал я, подавшись вперёд.
Гор немедленно хлопнул в ладоши, и фотография превратилась в объёмную голограмму, заполнившую кабинет. Я словно оказался в той самой комнате, куда был недавно призван.
— Ну? — требовательно вопросил Гор.
— Это она.
— Точно!
— Я уверен.
— Отлично! Сейчас установим адрес… О, да нам повезло! Это недалеко. Библиотека в Пушкине. Историческое здание, ныне в нём расположен дворец детского и юношеского творчества. К нему библиотека и относится. Полагаю, не ошибусь, если предположу, что ведьма там работала. Минутку… Только проверю, почему нет записей с камер наблюдений. Та-а-к… Ясно. Они были отключены. Наша претендентка не хотела, чтобы на видео попал ритуал призыва. Умно. Похоже, она была не просто библиотекаршей. Скорее — кто-то из администрации. Иначе вряд ли знала бы, как управляться с охранной техникой. Что ж, сейчас свяжусь с опергруппой. Пусть отправляются туда и всё выяснят. Надеюсь, охотники наследили и оставили нам хоть какую-то ниточку.
— Нужно спасти девушку, — вставил я. — Это было моим условием.
Старик нахмурился. На его морщинистом лице читалась озадаченность.
— Что, прости? Не понял.
— Ведьму нужно вырвать из лап охотников. Если она ещё жива. Надеюсь, так и есть.
— Ты серьёзно? — спросил Гор. — Какое тебе до неё дело?
— Марбас пытается сохранить человечность, — усмехнулась Лиза. — Держится за неё, как младенец — за мамкину сиську.
— Зачем? — ещё сильнее сдвинул брови Гор.
— Думает, это позволит ему остаться собой.
— А сейчас он кто?
Лиза пожала плечами. Гор вопросительно уставился на меня.
— С чего ты взял, что быть человеком так уж здорово?
— С того, что каждый хочет быть тем, кем себя считает. А не тем, кем его хотят видеть окружающие.
— Спорное утверждение.
— Мне подходит.
— Знаешь, кто такие люди?
— Догадываюсь.
— Животные. Самые обыкновенные животные. Приматы, если конкретно. И это факт. Правда, они думают, что особенные. Угадай, почему.
— Из-за разума.
— Угу. Вернее, того, что они так называют. И считают, что это делает их лучше остальных земных тварей, выше прочих животных. Но знаешь, что? Это не так. Самое большое заблуждение человечества. Люди реально верят, будто они умнее, потому что пользуются всякими предметами, что-то там создают, читают и пишут. Но чем это лучше способности термитов построить жилище так, чтобы в нём было тепло ночью и прохладно днём? А эти мелкие твари ещё и грибы выращивают, — Гор откинулся в кресле. — Я уж не говорю о том, что большинство людей — да почти все, если на то пошло — идиоты. Их высшее достижение в том, что они способны самостоятельно одеться утром, чтобы выйти из дома. Некоторые даже шнурки не умеют завязывать. Или определять время по стрелочным часам. И я не о детях говорю. Не веришь? Почитай комментарии в Интернете. Я каждый день вижу миллионы сообщений, и авторы большинства из них даже не могут связно выразить то, что им кажется мыслью. Некоторые вообще понять невозможно! А ведь эти люди ходили в школы, — Гор раздражённо провёл ладонью по усам. — Но ставят ли они знаки препинания? Хотя бы точки? Дудки! Даже это им лень. А ведь Тот подарил им письменность!
При этих словах зеленоволосый демон, стоявший у двери, скрестив руки на груди, отвесил шутливый поклон.
— Одежда! — брезгливо сказал Гор. — Вот, в чём проблема!
— Что? — малость опешил я. — При чём тут одежда?
— Она позволяет идиотам маскироваться. Из-за неё люди кажутся друг другу разумными существами. Напялил на себя свитер и брюки, натянул ботинки — и вот ты уже не примат, размазывающий бумажкой дерьмо по жопе, а вершина эволюции! Снять со всех одежду — и быстро стало бы ясно, кто чего стоит.
— Боюсь, в этом случае люди думали бы совсем не о том, кто из них умнее.
— И это лишь подтверждает мои слова. Собственно, разумных людей совсем мало. Они и создают то, чем пользуются остальные. Причём пользуются с таким видом, словно приложили к творению руку. И даже говорят «Мы придумали, мы сделали». Хотя не имеют к этому никакого отношения. Ты же видел часы в виде бронзового павлина? В Эрмитаже. Какая, по-твоему, пропасть отделяет тех, кто их создал, от тех, кто забывает поставить на место заводную головку на своём хронографе и думает, что часы сломались?
— Я, вообще-то, не от животных себя отделить пытаюсь, — сказал я.
Напыщенные разглагольствования старика вызывали раздражение. Среди людей тоже есть такие вот любители поболтать о том, что вокруг одно быдло, и только они в белом и вот-вот получат Нобелевку. Но, как правило, у них ума не больше, чем у тех, кого они так страстно презирают.
— Ты пытаешься отделить себя от демонов, — сказал Гор. — Это я отлично понял. Но у тебя, очевидно, превратное представление о том, кто мы такие. Это, конечно, вина ангелов. Вечно выставляют нас монстрами. Ты ведь