– Да ради бога. Сделаю одолжение…
– Тут такое дело. Вы без Афины сможете вечером погулять? А то у меня аврал, завал, переполох, суматоха и жуткая запара! Ээ… на работе!
Кое-кто, как всегда, по-королевски ехидничает в ответ:
– Ух, какой ты красноречивый и разговорчивый, когда Афину надо куда-то умыкнуть, а?
– Мам, не утрируй!
– Ну я подумаю, конечно. А что мне за это будет?
Закатываю глаза.
– Я не знаю. Что ты хочешь?
– Чтобы ты хоть один день в неделю смог выделить на родную мать, – каверзно разворачивает она войска. – И приезжал в гости. Или устраивал вот такие семейные вылазки. Всем вместе. Это не так сложно, Георгий Александрович. Работа это не вся жизнь.
Вздыхаю.
Если честно, мне и ответить нечего. Реально как-то не до того было.
– Я тебя услышал, мам.
– Лучше б ты задумался. В кои-то веки.
Глава 40
АФИНА
– Мама! Уиии!!! – пищит Лина, совершая уже двенадцатый круг на паровозике. У него открытый вагончик, так что дочь в полном и неописуемом восторге. Я ни разу ее на аттракционы не водила. – Бабушка!!! А!!!
– Как ей нравится, надо же, – Нина Павловна украдкой стирает слезу, пряча эмоции под маской полуулыбки.
Каждый раз она влюбленными глазами смотрит на внучку, разрывая мне сердце. Нина Павловна иногда звонила мне, спрашивала, как дела, какие планы. О чем-то рассказывала.
Сложно признаться, но… она мне нравится. В меру строгая, в меру добрая. Понимающая. Прямолинейная. Не ставит себя выше других. Гошу многим напоминает: целеустремленная, с собственными взглядами. И немного ехидная. Иногда. В общем, колких шпилек ей не занимать, но использует она их прицельно.
Моя мама отошла за мороженым.
– Жаль, Гоша не пйиехал, – сокрушается Лина, оказавшись на ногах.
– Ничего, Линочка, у Гоши дел много, он так на работе занят, да нам и без него весело. А мы…
Не успевает бабушка договорить, как в наши спины четко врезается острое и насмешливое:
– Без кого это вам тут весело, а?
Я перестаю дышать. Только не это. Мы ведь договаривались только девочками погулять!
Одно расстройство.
– Гоша!!!! – бросается на шею отцу Линка. Увлеченно душит его, крепко прижимаясь. Тот с улыбкой на довольном лице кружит малышку.
В итоге пересаживает себе на шею.
Доченька задорно прыгает у него на плечах, и тут его бархатный взгляд останавливается на мне.
– Интересное кино, – с сарказмом тянет Нина Павловна. – А что это мы тут делаем? У вас же работы вагон, Георгий Александрович.
Не первый раз она обращается к нему так официально, я заметила. Так понимаю, это их личное. Эдакая семейная издевка.
– Да я, собственно, поэтому и здесь.
В каком смысле?!
– Афин, – прибивает меня бескомпромиссным взглядом. – Отъехать надо.
Как волной моего возмущения его еще не унесло, я не знаю!
– Так езжай. А я тут при чем?
– Дело срочное. Там, возможно, понадобится синхронный перевод. Возможно, нет, но это не ждет.
– У меня выходной. Сегодня суббота! – ворчу несдержанно.
– Выберешь любой будний день взамен этого. А сейчас надо ехать.
– Нет, ну ты издеваешься?!
У меня руки опускаются, так обидно! Ну так обидно!
Собирались, договаривались! Этот же Носорог не думает ни о чем, кроме своей работы!
– Мы планировали заранее эту встречу! – продолжаю я беситься.
– Сын, ведь действительно. Мы заранее обсуждали. Погоди немного, нагуляемся – поедете. Мы только вошли во вкус.
– Ты что, уезжаешь? – расстраивается Линочка.
– Я хотел маму на некоторое время забрать, мне очень ее помощь нужна.
Гоша снимает с себя малышку. Обнимает, потому что у нее даже плечики поникли.
– А я думала, ты с нами погуляешь.
– Если мама разрешит, я заеду после работы к вам, когда привезу ее.
Нормально так!!! То есть если я откажусь, я теперь буду врагом номер один?!
– Гоша! – рявкаю зло, но тут же старательно беру себя в руки. – Так не делается.
– У меня вообще без вариантов. Компенсирую любым днем.
– Гоша… – я сейчас ядом начну плеваться!
– Хорошо! – поднимает он ладони в знак примирения. – Два. Два дня взамен этого вечера! Идет?
– Как вам это удается? – шепчет незаметно мне на ухо Нина Павловна. – Я так не умею.
– Три, – включаюсь я сразу же. Замечание мамы Гоши придало мне задора. А почему бы и не поторговаться.
– Не наглей. Это всего лишь вечер, а не ночь, – шутит он и довольно скалится.
Интересно, а если я его ударю, след останется на щеке?
– Тогда езжай сам!
– Тогда мы проср… э… – откашливается он, – профукаем отличные возможности. Поехали! Когда ты устраивалась на работу, тебя предупреждали о форс-мажорах! Сейчас один из них, я согласен компенсировать неудобства, только наглеть не надо.
– Добрый день, – вежливо здоровается моя мама. – Георгий, и вы приехали?
Он хлопает глазами.
– Да. Как-то так. Но мне Афину срочно нужно… на пару часов… в общем, может потребоваться квалифицированная помощь.
– Нет! – не соглашается Лина. – Сначала ты со мной поигйаешь!
Странно, но это заявление его прошибло.
– Да, – спустя двадцать минут отвлекается он от походов с дочкой по магазину игрушек. – Да-да! Все в силе! Я скоро буду! Небольшая заминка. Ну что я могу еще сделать, мне разорваться, что ли? – рявкает он тихонько, но эмоционально. – Все, давай, на связи.
Прячет телефон в карман.
– В общем, мы берем это, это и это, – указывает Гоша на большую шагающую лошадь с каретой, мягкую игрушку добермана, в которого Лина влюбилась с первого взгляда, и набор девчачьего конструктора из крупных деталей.
– Пойдем еще немного погуляем, и мы с мамой поедем, ладно? – бодро отпрашивается он у дочери. – Вечером уговорим маму, чтобы я еще немного у вас побыл. Ну… или вы у меня.
– Так, – негодую я, – что вы там шушукаетесь? Подговариваешь? – криком шепчу ему в лицо, приблизившись. – К нам вечером нельзя! И к тебе мы не поедем!
– Собирайся давай. Нихачука.
Рычать хочется. А я возьму и не поеду! Пусть сам вертится.
– Афин, это очень важно. Не время носом крутить. Едем.
Смотрю на маму – та пожимает плечами. Успокаивает:
– Лина с нами, можешь не переживать. Я на телефоне. Если что, мы домой сами дойдем.
– Конечно, если уж «аврал», – как-то ехидно проговаривает Нина Павловна.
– Аврал! – соглашается Гоша. – Аврал такой, что мама не горюй!
– Да я не сильно-то и горюю, – губы Нины Павловны кривит язвительная усмешка.
– Я же не в том смысле! В общем, спасибо! Мы погнали.
Чмокает Линку в щечку, треплет волосики и подмигивает.
– Пока! – раздается нежный детский голосок, пока пухлые ручки жадно сжимают в руках грозную собаку.
И меня