— Если это то, чего ты хочешь, я...
— Да, это то, чего я хочу, — выпаливает он, вскакивая с кровати и направляясь к комоду в дальнем конце комнаты.
Выдвигая ящик стола, он достает пару футболок и кладет их в сумку для тренировок, висящую на стуле в дальнем углу.
— Я собираюсь часок позаниматься в тренажерном зале, прежде чем мы отправимся на арену. Хочешь присоединиться ко мне?
Я обдумываю это, думая, что это может быть хорошим способом вернуть нас в прежнее русло, когда рядом со мной звонит мой телефон, и на экране появляется лицо Эзры.
Я поднимаю его и машу им Арчеру, показывая, что не смогу пойти в спортзал.
Он надевает футболку и показывает мне поднятый большой палец.
— Передай привет моему маленькому приятелю Эзре, — бросает Арчер через плечо, распахивая дверь и закрывая её за собой.
— Разве ты не должен быть на арене? — Эзра сразу переходит к делу.
Я думаю, “Привет, как дела” было бы слишком большим требованием для подростка.
— Только через час. Как дела в школе?
Он закатывает глаза и плюхается на диван Алиссы и Дома.
— Эзра, сними обувь, пожалуйста! — слышу я, как говорит Алисса.
Эзра снова закатывает глаза, а затем ерзает — полагаю, снимает обувь ногами, как он делает дома.
— Школа есть школа. Что мы будем делать на праздник?
Я пожимаю плечами, поскольку, как и в День Благодарения, я не фанат Рождества. Все усилия, которые я прилагаю в эти праздники — ради моего сына.
— Думаю, то же, что и в прошлом году — поужинаем у Алиссы и Дома, а потом вернёмся домой к десерту и настольным играм.
— Скучно! — восклицает он, за что получает ещё один выговор от Алиссы.
Я провожу ладонью по лицу.
— Ну, ты придумай что — нибудь, и мы обсудим, возможно ли это. Помни, в это время у меня постоянно проходят игры.
Эзра отводит взгляд в сторону, а затем снова смотрит на меня.
— Мы можем...мы можем навестить Коллинз и её гараж на Рождество?
Я чешу подбородок, не зная, как, чёрт возьми, ответить. На самом деле у неё нет семьи, так что я не могу использовать это как оправдание — и не хочу. Встреча с Коллинз на Рождество была бы лучшим подарком.
Тем не менее, я должен действовать осторожно. Я не могу просто пригласить нас к ней домой.
— Скорее всего, у неё уже есть планы, и я не уверен, что работа с мотоциклом входит в её планы на этот день.
Мой сын заметно сдувается, я тоже. Я не совру, если скажу, что всё, чего хочет любой хороший родитель — это видеть своего ребенка счастливым.
И Коллинз делает его именно таким.
— Она любит мотоциклы так же сильно, как и я, и я хочу провести день в её гараже, так что, думаю, ты ошибаешься, папа.
Возможно, я ошибаюсь, и большая часть меня надеется на это.
Я провожу языком по небу, прикидывая, что, чёрт возьми, мне следует сделать. Она хочет поговорить, когда я вернусь, и, хотя “Похотливая роскошь” — не совсем подходящее место для содержательной беседы, я уверен, что моя кровать — подходящее, после того, как я воспользуюсь тем, что мы купим для неё позже тем вечером.
Я сдерживаю себя. Господи, Сойер, ты обсуждаешь Рождество со своим сыном.
— Ладно, — говорю я, и лицо Эзры загорается, как Рождественская елка в Рокфеллеровском центре. — Позволь мне поговорить с ней, когда я вернусь домой.
ГЛАВА 27
КОЛЛИНЗ
Наконец — то чёртов выходной.
Планы? Нафиг их, ничего. К чёрту овощи, будут смотреть фильмы про инопланетян и есть все те вкусные закуски, которые вредны для меня и моей талии.
Последние несколько недель я работала как проклятая, берясь за любую свободную смену и подменяя коллег во время их отпусков.
С пультом от телевизора в руке и тарелкой Cap'n Crunch на коленях, я готова начать свой день ничегонеделанья, когда раздается звонок домофона, и я втягиваю голову в плечи.
Если это Кэмерон пришел узнать, почему я не ответила на его предыдущее сообщение с вопросом, как заменить тормозной трос, клянусь, я придушу его этим тросом.
Это, или засуну его куда — нибудь.
Cap'n Crunch превратился в кашу; я поднимаюсь с дивана и направляюсь к интеркому, отвечая как раз в тот момент, когда он снова жужжит.
— Да? — раздраженно отвечаю я.
— О — о–о...Ладно, мэм, что так расстроило ваши трусики? — звучит голос Кендры, слишком восторженный для такого утра.
Я немедленно нажимаю кнопку, чтобы разрешить ей войти, и открываю дверь, возвращаюсь к своему дивану и устраиваюсь с тарелкой хлопьев.
Она сама войдет.
— Нет ничего лучше теплого приема, — говорит она, ставя сумку у двери и снимая кроссовки.
В отличие от меня, Кендра помешана на чистоте. Я бы не назвала себя неряхой, скорее, я преуспеваю в организованном хаосе. Но это не касается моего гаража. Это совсем другая история.
Она переводит взгляд на грязную посуду у раковины.
— Даже не думай об этом. Я помою её позже. В моем распоряжении целый день, и прямо сейчас я смотрю “Чужого”.
Кендра садится рядом со мной, наклоняясь, чтобы заглянуть в мою миску.
— Я ела их, когда мне было восемь.
— Не хочу слышать осуждение, — отвечаю я с набитым ртом. — Я отвечаю только перед собой и своей талией.
Она откидывается обратно на мой мягкий диван, посмеиваясь.
— Не слишком ли этот фильм… тяжеловат для утра?
Со стуком опускаю ложку в миску и ставлю её на маленький столик перед нами.
— Ты зашла по какой — то причине, или сегодня Национальный день критики Коллинз?
Кендра ухмыляется мне, её лицо светится озорством.
— Нет. Вообще — то, я возвращалась с утренней тренировки и подумала, что стоит заскочить и задать вопрос, ответ на который мы с Дженной отчаянно хотим узнать. Она бы тоже была здесь, если бы не обедала с родителями своего парня.
Теперь я заинтригована.
Взяв пульт, я ставлю фильм на паузу и поворачиваюсь к подруге.
— Знаешь, мне не нужно знать расписание “Blades”. Я могу понять это по тому, как ты меня раздражаешь, независимо от того, рядом Джек или нет. Ты находишь способы побеспокоить меня, когда он в отъезде, вместо того чтобы мчаться обратно домой, чтобы заниматься с