Рейзар задумался. Ой, как задумался. Прям обжег острым взглядом. Потер длинными пальцами волевой подбородок, наблюдая, как я напрягаюсь и стискиваю зубы.
— Зависит от тебя, Мел. Хочешь меня еще чем-то удивить?
— Ой, нет…, — быстро отмахнулась. Опять разговор не в ту сторону ушел. Или мне так показалось.
В любом случае сама виновата. Вечно попадаю на драконий крючок. Вообще надо переключиться.
— Получается, вы теперь не против, что я комиссар тайной канцелярии?
— Естественно нет. Ты же теперь находишься под моим контролем. Буквально в личном распоряжении.
Вот черт…опять.
Мгновенно ощутила, как лицо полыхнуло от жара.
В тот же момент меня осенила полезная идея. Он мне ее подсказал.
— Ваша светлость, а могу я на правах комиссара посетить вашу личную библиотеку. Точнее закрытый фонд?
Удивился.
— И зачем?
— Просто…
— Просто, у тебя, Мел?
Сложно было не заметить, что в темных зрачках мужчины промелькнул азарт и любопытство.
— Ну да. Всего лишь книжки посмотреть.
Нагнетаю сама интригу, нагнетаю. Именно этого он и ждет. Я его раскусила.
— Вдруг найду что-то важное, запретное. Нечто, что может вас разозлить. Можно?
Император медленно наклонил голову набок. Золотистые глаза ощутимо лизнули жаром мои губы.
— Можно.
Ого. Согласился.
Сразу — растерялась. Слишком внезапно. А дальше радостно подпрыгнула.
— Спасибо, государь.
Запретная часть дворца…личная библиотека драконьего рода и самого императора.
Передо мной скрипнула решетка, отгораживающая еще одну массивную железную дверь.
Главный императорский библиотекарь, отвечающий за сотни тысяч редких манускриптов и рукописей, недовольно качнул головой, прежде чем прислонить свой перстень с печатью к железному полотну.
Дверь отворилась и я, преодолевая сильное волнение, перешагнула порог.
Здесь я могу найти то, что возможно поможет мне выбраться.
Я многое сделала чтобы выжить, сломать сюжет романа, но привыкла снова и снова получать подножку, что у меня сформировалась на уровне инстинктов стратегия, сразу разрабатывать несколько планов.
Вот один из них.
Я ищу любую информацию о книгах, способных управлять жизнью людей и авторах, создающих такие произведения.
Да что угодно.
В закрытом фонде я планировала задержаться надолго, поэтому заранее подготовила себе бутерброды и самоварник — в этом мире это что-то среднее между электро чайником и термосом, только работает на магии.
У библиотекаря едва не выпали глаза из орбит, когда он увидел, как я аккуратненько организую себе на стороне фуршет.
— Да вы не переживайте, я ничего не испачкаю. Это на случай, если я здесь пробуду долго и не попаду на ужин, заверила мужчину.
Лицо мужчины конечно выражало…ВСЕ. Все его мысли обо мне и не самые позитивные.
Ну и ладно. Пожала плечами, отпустила его.
Подняла глаза на стеллажи с книгами, ух как много всего. Поиск точно затянется. Можно было обратиться к библиотекарю…но я это не сделала. Не хотела, чтобы вообще кто-то знал, что я ищу.
Сразу сделала себе кофе, залпом выпила и закатала рукава.
Приступим….
Два…а может три часа. Возможно больше я искала, перебирала, смотрела….
И да, я нашла информацию о попаданцах и волшебных книгах с предрешенным сюжетом. Все общее. А вот как выбраться — информации не нашлось.
Бутерброды подошли к концу, маленькие карманные часы показывали шесть вечера…скоро закат и день подойдет к концу.
Восемь вечера…новая кружка кофе.
Десять.
Зевая и потирая глаза, я снова вернулась к стеллажам. От пыльных страниц першило в горле.
Горка свитков и рукописей на столе продолжала расти. Добавив еще несколько томов, потянулась за кофе.
— Эй?!! В смысле ? — я грустно потрясла самоварник, пытаясь наполнить кружку. Даже пощекотала донышко. Пусто.
Мой кофейный допинг закончился и оставалось только с грустью смерить глазами масштабы материала.
Именно в этот момент во мне снова шевельнулось сознание Мелании. Не поняла, что именно спровоцировало странную тяготу обернуться.
В глубине стеллажей, казалось, ничего примечательного не было. Я уже смотрела ту часть. Для себя ничего не нашла.
Но вот меня потянуло туда. Медленным шагом я приблизилась, коснулась кончиками пальцев бесполезных корешков книг.
Что здесь?
Как не всматривалась, ничего не замечала. Но было странное чувство дежавю и оно никуда не девалось.
Я стала яростно перебирать книги. Поднималась выше по лестнице, шаткие ступеньки затрещали под туфлями. Пальцы искали, хватали то один том, то другой. Быстро возвращали обратно и отодвигали в сторону.
Выше, еще выше, пока я не оказалась на последней ступеньке и до верхнего ряда рука почти не дотягивалась.
Прощупала верхний ряд. Чувствовала…где-то рядом. Каждый нерв накалился от напряжения. Волнение захлестнуло создание, я нетерпеливо облизала губы.
Пальцы подцепили один из корешков и… в то время как я потянула книгу на себя, что-то свалилось сверху.
Мягкие страницы ударили по носу, швырнув мне в лицо облако пыли. Лестница пошатнулась, сердце рухнуло, я в панике схватилась за полку.
Удержалась…?
Да…с трудом и переводя дыхание, спустилась вниз на трясущихся ногах.
Темный узкий переплет валялся у моих ног. Скорее даже тетрадь. Я подняла ее, осторожно покрутила в руках, прежде чем открыть. Темный переплет был настолько запылен, что пыль словно въелась в кожаную поверхность, образовав дополнительный слой. На нем же остались мои отпечатки. А выше…были еще одни, отчетливо вырисовывались на пыльном “чехле”. Тонкие пальцы, чуть смазанные на конце.
Книгу кто-то брал до меня и закинул на полку. А до этого тонкий томик видимо долго ждал своего часа.
Вдруг книгу тоже ранее долго искали, как это делала я.
Прикасаясь к страницам, чувствовала каждым миллиметром сознания растущее волнение и дежавю.
Долго не решалась раскрыть находку. Вернулась за стол и положила ее перед собой. Смотрела…никаких пометок на переплете. И, наконец раскрыла…
Глава 23
Пальцы заскользили по шероховатой бумаге. Подушечками чувствовала тепло, исходящее от надписей неразборчивого, но красивого почерка.
Всматриваясь в текст, я старалась понять написанное. Разум угадывал быстрее, чем глаза успевали дочитать.
Я знала эти строки. На уровне интуиции и инстинктов.
Это писала я.
Точнее Мелания.
Ее дневник.
Странно, что в «Лепестках роз над Бездной» никогда не упоминался дневник главной злодейки.
И все же он был передо мной,