И вошли путники во владения дивов – аул из десяти-пятнадцати дворов.
– Я вам все о себе рассказал. Ну а вы как сюда попали? – спрашивает старик.
Дутан тоже рассказал все по порядку.
– Коли так, пойду-ка и я с вами, посмотрю, какие на свете чудеса бывают, – сказал им старик.
Оставил свою мельницу на детей и отправился вместе с ними.
И вот двинулись они дальше, пятеро пеших, один верхом.
И снова месяц на исходе. Заходят они в хижину-развалюху на обочине дороги недалеко от города. Жили там бедные-пребедные брат и сестра. Им даже надеть на себя было нечего. Путники вскипятили чай, попили, поели все вместе, остались ночевать. Тут хозяин и спрашивает:
– Что вы за люди и куда путь держите?
Дутан отвечает:
– У вашего падишаха есть одна-единственная дочь. Я приехал за ней.
– Ничего у тебя не выйдет, – возражает хозяин. – Возвращайся скорее домой. Город окружили десять тысяч чужестранных ратников.
– Не для того я проделал семимесячный путь, чтобы вернуться ни с чем, – ответил ему Дутан.
И приснился в ту ночь дочери падишаха вещий сон. Будто, пока все спали, в город вошел батыр, и все дивы и пэри в страхе разбежались. И проснулась Кенекяй сама не своя от предчувствия, пылая как в огне. Надо сказать, что жила она со своими подружками в падишахском саду и никогда оттуда не выходила. Но увидев вещий сон, она побежала к брату.
– Ты почему пришла, Кенекяй? Ведь ты никогда не выходила из дворца, – спросил он свою сестру.
И ответила девушка:
– Приснились мне шесть человек, один конный, а с ним пятеро пеших. До сих пор тот батыр у меня перед глазами и я слышу ржание его коня. Эти шестеро стоят десяти тысяч воинов. Они пришли за мной.
– Потерпи, сестренка, не радуйся своему сну до поры до времени. Враги пока еще здесь. Сначала узнаем, каковы эти джигиты в ратном деле.
И, выслушав брата, Кенекяй вернулась домой.
Спустя несколько дней десять тысяч вражеских ратников окружили город. И вот уже готовы разрушить его. Жители все в смятении и ужасе, и тут Кенекяй получает весточку от своего отца-падишаха, где говорится: «Кенекяй, вели запрячь добрых коней и с подружками поезжай во вражеский стан, покажись там».
И запрягли слуги резвых коней, и помчалась дочь падишаха с подружками прямо в стан врага. А надо сказать, что красота Кенекяй могла бы сравниться разве что с солнцем, выглянувшим из-за туч. Увидел ее враг-падишах и сразу влюбился. И говорит ее отцу:
– Добро и скот твой не трону, город не разрушу, войско не перебью, отдай только за меня свою дочку.
И согласился падишах ради спасения народа выдать за него свою единственную дочь.
– Хорошо. Дай только сорок дней на сговор, а потом приезжай за Кенекяй.
Не начав войны, враг-падишах уехал на сорок дней.
Дутан-батыр между тем вошел с товарищами в город. Их встретил брат Кенекяй. Дутана ввел он в дом как гостя. И послал сестре весть: «Те, кого ты видела во сне, приехали. Приходи, увидишь их воочию». И снова запрягли коней, и девушка с подружками поехала к брату. Там она увидела Дутана. И он пришелся ей по душе. Ничего не говоря, Кенекяй уехала обратно. Но захотелось ей стать женой только Дутана. Кенекяй призвала к себе всех бедных и обездоленных, раздала им золото и серебро. И сказала:
– Пусть враг-падишах снимет с меня зарок.
Все это дошло до ушей отца-падишаха. И велел он привести к себе Дутан-батыра. Принял его в палате с роскошным убранством, потчевал сладкими яствами.
– Что вы за люди? Родня ли друг другу, нет ли, из каких мест вы будете?
– Мы из государства Саригу. Отец у меня падишах, – не моргнув глазом выдумал Дутан. – Он увидел твою дочь во сне и без памяти влюбился в нее. А она во сне же успела оставить ему свой адрес. По поручению отца я приехал за Кенекяй. Волею согласен отдать или силой возьму?
А падишах вот как отвечает Дутан-батыру:
– Очень хорошо, что приехал. Вовремя подоспел. Враги хотят опустошить мой город, увести с собой мой скот. Но обещали пощадить, если отдам им Кенекяй. Ради спокойствия народа я готов пожертвовать дочерью. Через сорок дней они вернутся и заберут ее. Враг-падишах в девяти днях пути отсюда, сынок.
И собрался Дутан в дорогу. Падишах дал ему своего коня по имени Тел-Конгыз. Батыр оставил товарищей и выехал один. В то время Дутану было двенадцать лет от роду.
И поскакал Дутан-батыр по дороге попеременно то на своем коне, то на Тел-Конгызе. И приехал наконец в город, где живет враг-падишах. Его встретили стражники – человек тридцать.
– Это ли город самого падишаха? – спрашивает их Дутан.
Те говорят:
– Что ты за человек и какое у тебя к нему дело?
И отвечает им Дутан стихами, которые сложились у него сами собой:
Мне неведом в жизни страх,
Хоть джигит я молодой,
Выходи-ка, падишах,
Мне заплатишь головой…
Рассвирепели стражники и окружили батыра. Как голодный волк, пронесся Дутан сквозь строй из тридцати воинов, круша их на своем пути. Оставшиеся в живых побежали к падишаху:
– Свалился на нас невесть откуда какой-то мальчишка и требует падишаха, хочет тебе голову срубить.
Разгневался падишах. И вызвал еще двести стражников, и приказал им:
– Схватите мальчишку и приведите сюда живым.
Вышли двести стражников и стеной пошли на батыра. Кто целился из лука, кто набрасывал аркан. Храбро сражался Дутан-батыр. И хлынула в мгновение ока кровь рекой.
И возвратились стражники ни с чем.
– Не в силах мы совладать с мальчишкой, немногие из нас остались в живых, иди к нему сам, – сказали они падишаху.
И разгневался еще больше падишах, клянет всех, бранится. Потом берет лук и стрелы, садится на коня и выходит сражаться сам.
– Что ты за человек? Ты по смерти своей соскучился? – кричит падишах батыру.
И отвечает Дутан-батыр:
– Коли есть у тебя охота, покажи мне ее. Не из трусливых я.
И выпустил падишах стрелу прямо в юного батыра. Но сбил Дутан ее плетью оземь. И сказал падишаху:
– Теперь моя очередь. Посмотри, как это делаю я.
И пронзила стрела Дутана сквозь кольчугу навылет падишахову грудь. Рухнул замертво падишах. И отсек Дутан-батыр ему голову, положил