— С нашей последней встречи ты сильно возмужал, — послышался незнакомый голос.
Сергей повернул в сторону входа голову и обомлел. Прямо перед ним стоял сам император.
— Согласен, Ваше Величество. — следом за Романовым в палатку зашёл Потёмкин. — Совсем уже взрослый. Помню, как он ходил пешком под стол, я его тогда печеньем подкарм…
— Давай оставим воспоминания в покое… — император прервал словесный поток князя, — У нас нет времени на подобные вещи…
— Так точно, Ваше Величество! — отчеканил князь.
Подорвавшись со своего места, Сергей сложился вдвое.
— Ваше Величество! Безумно рад видеть… — начал было он.
— Сядь, — приказал Романов и сам уселся за стол. — Нет времени на расшаркивания.
— Верно, — Потёмкин продолжил, — Флот противника начал движение…
Романов грозно посмотрел на князя, и тот понял, что сболтнул лишнего. Сергей, услышав новости, чуть не поперхнулся. Он понятия не имел, что на фронте прямо сейчас, что-то происходит.
— Князь хотел сказать, что мы зафиксировали некоторые перестановки в стане противника и хотели узнать, что происходит… — Романов мило улыбнулся, ожидая ответа.
Как раз в этот момент, в его голове послышался сигнал дара «связи».
— Сергей, — на том конце послышался голос Лотария, — Знаю, всё получилось довольно спонтанно, но никто не ожидал, что события закрутятся настолько быстро. Император отдал приказ о наступлении. Все корабли и наземные силы выстраиваются в соответствии планом, так что времени у нас совсем не осталось. Соглашайся на любые условия, иначе… — он задумался. — Иначе нас раздавят. Допустить этого нельзя.
— Понял. — сухо ответил княжич, — Начинаю переговоры.
Отключившись, он немного выдохнул. Ситуация на фронте была ему по-прежнему непонятна, детали отсутствовали, но в целом он получил отмашку для продолжения переговоров, уже хорошо.
— Ваше Величество, — Сергей набрался смелости, — Император Германской Империи решился на атаку, — как можно спокойней ответил он, — Вы оказались правы, когда говорили, что времени совсем не осталось…
— Видишь? — император посмотрел на Потёмкина, — Выходит, в скором времени твои… — он немного задумался, — Твои наниматели? Хозяева? Не знаю, как лучше… Скажи сам… — внезапно, голос Романова изменился и стал холодным.
— Я бы предпочёл слово наниматели. — сделал выбор Сергей, ничего не заподозрив, — Таков был уговор.
Потёмкин, который внимательно следил за княжичем, нахмурился и посмотрел на императора, но тот помотал головой, удивлённый не меньше князя. Дар «голоса», который он только что применил, не сработал, а значит, мозги княжича были очень хорошо защищены.
— Интересно… — Романов подвинулся ближе и, поставив локти на стол, подпёр кистями голову. — В таком случае твои наниматели должны были выдать тебе новые приказы. Мы готовы выслушать новое предложение.
А вот от этих слов княжич пришёл в ужас. Какие ещё новые условия? Он же передал послание Лотария о том, что они помогут, если Российская Империя, в свою очередь, поможет им. Отличная сделка, но, кажется, Романову этого было мало.
— Ваше Величество, — Сергей нахмурился, понимая, что переговоры могут зайти в тупик, — Предлагаю не ходить вокруг да около. Прошу, обозначьте ваши требования, чтобы мы смогли обсудить союз более детально.
— Однако! — император удивился подобному ответу.
Сергей только что отбил мяч в обратном направлении, заставив его раскрыть козыри. С одной стороны, он сделал всё правильно, а с другой, никаких козырей не было изначально. Император щупал противника в самых слабых местах. Обычная практика переговоров. Зачем соглашаться наполовину, когда можно зацепить две трети, а иногда и всё сразу.
— Корабли. — император усмехнулся и несколько раз ткнул пальцев в стол, — Я хочу, чтобы все корабли, участвовавшие в битве, впоследствии перешли под флаги Российской Империи. — сделал новый выпад Романов. — Сам понимаешь, мы не можем допустить новых войн. Да и новые территории нужно будет охранять… Вам же они ни к чему.
Сергей выпучил на императора глаза. К такому предложению он явно был не готов. Он попытался вызвать Лотария, но ничего не вышло. На том конце никто так и не ответил, что делало ситуацию ещё хуже. Что выбрать? Отдать корабли? А если мимики подумают, что он специально это сделал?
Бланка, которая стояла позади как статуя, всё прекрасно слышала, но советовать какие-то варианты тоже не спешила. Раз так… Сергей стиснул зубы.
— Это исключено, мы ведь не пешком передвигаться по своим землям будем, — выдохнув, ответил он.
— Парень… — Потёмкин стал мрачнее тучи.
— Но! — Сергей приподнял указательный палец, дав понять, что не договорил, — Возможны другие варианты. Например, бартер или же компенсация. Как насчёт того, чтобы выкупить часть кораблей? — предложил он, — Не думаю, что все они останутся целы после войны… Предлагаю зафиксировать процент. Скажем, пятьдесят процентов?
— Сергей, — император усмехнулся, — Ты правильно мыслишь, но это не та история, где вам что-либо светит. Давай будем откровенны друг с другом. Варианта у тебя всего два. Вы или погибните в огне адского пламени… Уж в этом не сомневайтесь, ни я, ни ваш бывший хозяин, не оставят столько опасных тварей в живых. Или же… — он задумался. — Или же сдадите все крейсеры и военные корабли нашей армии, вместе с экипажами. Хочешь проценты? Так уж и быть, оставим вам двадцать катеров, при условии, что они будут всё ещё на ходу. Но, не раньше, чем их переделают в гражданские. Это моё окончательное решение! — заключил император.
— Соглашайся! — проворчал Потёмкин, который сверлил Сергея взглядом исподлобья…
(Катер «Оса»)
Когда я проснулся, Офелии уже и след простыл. Я понятия не имел, сколько времени мы кувыркались, но очень хотел, чтобы Хранитель запомнила меня надолго. Не зря же я раз за разом использовал свой секретный дар «ненасытности». Думаю, что у меня всё получилось и я не ударил в грязь лицом.
Поднявшись с кровати, я окинул взглядом каюту. Вещей её здесь тоже не нашлось, а значит, она уже не вернётся. Раз так, значит, нужно подниматься. Я взглянул на часы и присвистнул. Шесть вечера. Самое время собираться на поиски Чжулонга.
Взглянув на «радар», я увидел команду катера. Все шестеро прекрасно себя чувствовали, а значит, за время моего сна, никто не пострадал, что уже хорошо.
Сладко потянувшись, я заставил себя подняться с кровати и облачившись в простыню, направился на поиски душевой.
—