По крайней мере, убитых мафиози ждет почет и уважение, им устраивают пышные похороны с длинными процессиями, не жалея денег. Когда же в 1971 году убили Пьетро Скальоне, коллегу Фальконе, высокопоставленные чиновники дезертировали с похорон. Не пришел даже председатель Совета министров Эмилио Коломбо, хотя в то время он находился на Сицилии на встрече с избирателями. Не пришли ни министр юстиции, ни министр внутренних дел Франко Рестиво, уроженец Палермо.
– Почему мы об этом раньше не подумали?
– О чем?
– О том, что этот Роберто – возможно, Бушетта. Могли сами догадаться.
– Босс двух миров.
Рокко кивает, почесывая подбородок, и бормочет:
– Э… кто знает…
– Что?
– Ну… может, он захочет…
– Посотрудничать? – уточняет Фальконе.
– Ага.
– Бушетта? Да ты что, Рокко. Чудо, что он до сих пор жив. По-твоему, его пощадили?
– Но кто пощадил – Риина?
Кинничи тут же понимает, какой наивный вопрос он задал, и качает головой. Риина не щадит никого. Скорее убьет лишнего, чем пощадит кого-то. Согласно стратегии Коротышки, которую он формулирует на сицилийском диалекте, «лучше больше, чем меньше». В объяснениях Фальконе нет нужды. В свое время, когда во главе Купола [32] стояли Бонтате, Бадаламенти и Лиджо, можно было как-то договориться. Заключить соглашение: ты навсегда исчезаешь – и мы тебя оставляем в живых. Войн по возможности избегали – как с мафиози, так и с государством. Мафия должна была существовать в рамках государства, даже помогать ему, при взаимной выгоде. Но теперь, когда Лиджо передал власть в руки Коротышки и Бинну Провенцано, никто больше не знает мира. Мафиози, магистраты, полицейские, неудобные свидетели, политики. Они только органическая материя, куски мяса, ничем не лучше животных, которых забивали в деревнях у перевала Страсатто близ Палермо. Пешки, которые можно сбросить на землю, потому что такой каприз или так ветер подул.
И они двое, Джованни и Рокко, – куски мяса. Две четверти туши. Два волка, в которых стреляют из винтовки, чтобы они не оторвали головы курицам.
– Далла Кьеза забрал отчет «Греко Микеле + 161». – Фальконе зажигает сигарету и пару раз затягивается. – Вернее, он отправил за ним полицейского, а не сам пришел.
– Ну, он человек занятой. Он же префект.
– Да-да, конечно.
– И зачем же он ему понадобился?
– Понятия не имею. Думал, ты знаешь.
– Я не в курсе. Интересуется, наверное. Хочет увидеть общую картину.
Отчет под названием «Греко Микеле + 161» может дать префекту далла Кьезе самое полное представление о мафиозных союзах и равновесии сил разных сицилийских семейств, это толстая папка, подписанная заместителем комиссара полиции Нинни Кассарой и его информатором, неким «Первым лучом», личность которого полицейский не раскрывает. Нельзя сказать, что у Кассары легкий, податливый характер. Они с Джованни Фальконе познакомились в Трапани, и оба потом высадились в Палермо: Фальконе – по собственному выбору, Кассара – по распоряжению комиссара полиции, потому что, несмотря на то что его много раз просили оставить в покое расположенный в Трапани культурный центр «Сконтрино», он провел обыск в этом центре, который фактически являлся местом заседаний семи масонских лож, связанных с «П2»: «Изида», «Изида 2», «Озирис», «Чулло д'Алькамо», «Кафьеро», «Хирам», «Ложа С». Там бывал даже сам великий магистр Личо Джелли.
После этого эпизода Кассару перевели в Палермо, но здесь он, против ожиданий, нисколько не успокоился. Таких людей за один день не приручить.
25 марта 1982 года арестовали киллера Сальваторе Тотуччо Конторно, известного своим хладнокровием, благодаря которому ему чудесным образом удалось избежать смерти, когда в него стреляли из калашникова. Конторно – не бог весть какая шишка, но его «доблесть» обеспечила ему место телохранителя у босса Стефано Бонтате. Когда Бонтате пал под ударами корлеонцев, Конторно, чтобы спасти свою шкуру, в буквальном смысле приходилось уклоняться от пуль. Киллеры поджидали его у дома родителей на виа Чакулли, но они не учли, что взгляд опытного наемного убийцы подобен взгляду шахматиста, который все просчитывает наперед.
Первое, что вызвало подозрения у Конторно, – автомобиль, который слишком медленно ехал прямо перед ним. Обогнав его, он узнал водителя. Известное лицо, один из «круга». Выехав на мост, ведущий с виа Чакулли на виа Джафар, Тотуччо заметил еще одного знакомого, выглядывающего из окна на седьмом этаже в доме с видом на мост. Странно не то, что человек смотрит в окно, а то, что сам хочет остаться незамеченным.
Еще чуть дальше Конторно увидел третьего знакомого, тот стоял за садовой решеткой. И наконец, мощный мотоцикл, выехавший из переулка, – киллеры Джузеппе Луккезе и Пино Греко по прозвищу Башмачок. Картинка сложилась. Сейчас Тотуччо Конторно отправится к праотцам. Так решили Коротышка и его приспешники. И ни к чему были все предосторожности – например, он всегда возил с собой ребенка, потому что по «закону» старой мафии в присутствии детей не убивают.
Но мафия теперь не та, что прежде.
Рядом с Тотуччо Конторно на пассажирском сиденье – одиннадцатилетний Джузеппе Фольетта, друг его сына, который, как утверждает Тотуччо, сам настоял на том, чтобы вернуться домой вместе с ним. Когда раздается первая автоматная очередь, Тотуччо выпускает руль и накрывает ребенка своим телом. Мотоцикл проносится мимо, но Конторно, приподнявшись, видит в зеркало заднего вида, что он разворачивается и возвращается. Сейчас раздастся еще одна очередь из калашникова. Конторно жмет на газ, проскакивает метров сто, резко тормозит, выталкивает мальчика из автомобиля и выходит сам, сжимая пятизарядный револьвер 38-го калибра. Снова автоматная очередь, новый ливень пуль решетит автомобиль и здание за ним, дырявя стену и ставни. Одна из пуль Конторно задевает Башмачка, и он падает с мотоцикла. На его счастье, на нем бронежилет.
Тотуччо кричит ребенку: «Беги!» И они бегут, бегут, пока не оказываются в безопасности.
Но, несмотря на свое знаменитое хладнокровие, этот солдат преступного мира подох бы в один миг, если бы в марте прошлого года полиция не надела на него наручники.
На вилле в Браччано, которую Конторно приобрел за двести двадцать миллионов лир, полицейские обнаружили два бронированных автомобиля, две малолитражки, сто пятьдесят килограммов гашиша, два килограмма героина, оружие и пули разного калибра, тридцать пять миллионов наличными и множество поддельных документов.
Теперь корлеонцы не могут его достать, а потому одного за другим убивают всех его родственников. Однако никто не ожидал, что такой, как он, настоящий «человек чести», расколется, никто не надеялся убедить его дать показания.
Но у Кассары это получилось.