Так что эту фразу Аристотеля я сохраню – может, она утешит меня, если каких-то друзей я растеряю…
Глава 10. Алиса встречается с Белой Королевой
Войдя в парк, Алиса понимает, что очутилась в самом главном месте. К имению, над которым время словно не властно, сходится множество дорожек. За длинной аллеей высоких деревьев виднеется величественный белый дворец. И это еще только часть фасада. “Кто же здесь живет?” – думает Алиса.
– Я веду тебя к Белой Королеве, – объясняет Фея Возражения. – Она руководит всеми нами. А также приглядывает за путешественниками по Стране Идей и консультирует странников на личных приемах. Это обязательная процедура, и я должна буду оставить тебя наедине с ней. Но не беспокойся. Она только на вид суровая, а на самом деле очень внимательно относится к свободе каждого.
– Почему она живет в таком роскошном месте?
– Это старый королевский дворец, еще со времен, когда Страной Идей правила королева София. Сейчас у Белой Королевы нет никакой власти. Во дворце живут переводчики, библиотекари, архивные служащие… и та, с кем ты скоро увидишься. Ее задача – помочь тебе во всем разобраться. Отвечай на ее вопросы и смело проси того, что сама хочешь. А мне пора бежать. До скорого!
Фея исчезает, бросив Алису в задумчивости посреди парковой аллеи. Она вспоминает одну Белую Королеву из книжки, которую читала ей мама, – любимую героиню из “Алисы в Зазеркалье”. В том персонаже ее восхищала поразительная память: так как она ходит в обе стороны, то помнит будущее даже лучше прошлого. Вдруг это та самая королева? Или совпадение?
Чем дальше продвигается Алиса, тем больше бросается в глаза общая пышность. По обе стороны парадной дворцовой лестницы статуи мудрецов и философов. А наверху ждет женщина в белом платье.
– Здравствуй, Алиса, рада принимать тебя здесь. Ты в самом центре Страны Идей, на перепутье, где оказываются, когда нужно подвести итог или повернуть в иную сторону. Моя задача в том, чтобы помочь тебе сориентироваться.
– Думаете, сама я не смогу?
– Мне говорили, что ты сообразительна, но в здешних краях столько разных областей, что порой нетрудно заблудиться. А это бывает опасно, ты даже не подозреваешь насколько. Мы часто наблюдаем, как путники заблуждаются, принимают одну идею за другую, выворачивают ее наизнанку или так увлекаются ею, что воображают, будто она одна способна все разрешить… Такой путь может вести к беде! Моя задача, в первую очередь, проверять, не случилось ли серьезных недоразумений. Войдем внутрь, если не возражаешь, там будет удобнее.
Дама в белом приглашает Алису следовать за ней. “Вблизи она гораздо приятнее”, – думает Алиса, минуя террасу перед дворцом. А дворец и правда исполинский. По бокам центральной части два крыла, которых не было видно с главной аллеи. Украшенный прудиками парк простирается до горизонта. Но Алиса не успевает толком осмотреться – они уже у огромных витражных дверей.
Они проходят через просторный овальный зал и оказываются в небольшой гостиной со старинными кожаными диванами. На журнальном столике их дожидается чай.
– Я видела, как ты путешествовала с нашими друзьями. Ты встретилась с Сократом, Платоном, Аристотелем – великими основателями философии. Чтобы понять, на каком ты этапе, скажи мне сперва, что такое идея.
– Я должна отвечать?
– Да. Но мы не на экзамене! Просто скажи, как бы ты определила, на нынешнем этапе пути, что называют идеей.
Алиса хмурится, приглаживает светлые волосы. Смотрит на ботинки – как всегда, когда надо сосредоточиться. И, чуть подумав, улыбается:
– Это верная мысль, которая делает нас лучше.
– Неплохо! – замечает Королева. – Совсем неплохо. И откуда берется эта верная мысль?
– Платон считает, что истинные идеи существуют сами по себе, как звезды на небе. И нужно отвлечься от ощущений и чувств, чтобы наблюдать их и сверять по ним собственные действия. Аристотель, наоборот, думает, что надо вглядываться в мир, чтобы, размышляя над тем, что мы видим, потихоньку их создавать. Или я ошиблась?..
Королева повторяет, что их разговор – это не проверка на знания. Но главное Алиса уловила прекрасно. Идеи либо существуют независимо от нас, либо мы их создаем. “Это ключевой момент, – подчеркивает женщина в белом, – потому что даже сегодня ответ на этот вопрос по-прежнему делит философов на два лагеря”.
Королева напоминает, что за каждой из гипотез стоят серьезные доводы, потому разрешить этот спор невозможно. Спустя два с половиной тысячелетия после смерти Платона все еще можно встретить математиков, утверждающих, что идеи чисел и мир множеств существуют независимо от нас. Для этих ученых открытие новых их свойств – вовсе не изобретения, не плод их ума. И наоборот, многие мыслители утверждают, что идеи куются нашим сознанием на основе ощущений и восприятий.
Примирить эти теории, похоже, невозможно. Например, для Платона и его последователей идея круга существует вечно. И все круги, начерченные мелом, нарисованные на песке или напечатанные на бумаге, так же как и обручальные кольца, лишь воспроизводят эту идеальную форму. А те, кто считает, что идеи – результат восприятия, напротив, скажут, что, наблюдая за круглым – полной луной, солнцем на закате, нашими зрачками, – мы мало-помалу вырабатываем идею круга.
Алиса спрашивает Белую Королеву, влияет ли это различие на то, как люди живут. В конце концов, может, оно и неважно.
– Думаешь? Ведь когда ты спрашиваешь “Как жить?”, возможные ответы будут сильно зависеть от того, существуют ли для тебя идеи отдельно от сознания или же только мышление позволяет им быть. В первом случае где-то уже есть вечные образцы и нужно научиться их искать и воплощать в жизнь. Во втором случае все как будто зависит от наших усилий. Мы создаем идеи. Но если мир вечных, независимых от нашего разума идей существует, то к людям он не имеет отношения. Это не человеческий, а божественный мир, который и должен служить образцом того, как надо жить. Если же, напротив, все идеи – человечны, произведены нашим мозгом, то нам и придумывать правила, как нам существовать. Видишь – совсем разные картины!
– И на какой из них Страна Идей?
– Хороший вопрос, Алиса! Кто-то тебе скажет, что эта страна существует на самом деле, вне наших голов, как и положено странам. Другие возьмутся утверждать, что она, напротив, лишь в головах, когда мы мыслим…
– В головах