Честно говоря, добыча и золото мало интересовали меня в этой игре власти. Моя коллекция сокровищ в подвале, еще не полностью превратившихся в монеты, была настолько обширной, что могла бы оставить удовлетворенными даже самых жадных. Но как известно, деньги, даже если они бесплатны, всегда были и остаются деньгами.
— Что бы вы сказали на то, чтобы я, получил двадцать пять процентов от общей добычи, а также владение Монфераном, и всеми книгами в императорском дворце?
На лице Рональда отразилось недоумение и небольшое раздражение, но я был уверен, что он не сможет понять цель моего странного запроса. Ведь в этом требовании было что-то загадочное, что-то, что могло привести к разгадке тайн и открыть двери к новым знаниям. Но моя цель была ясна — достичь чего-то большего.
Пожилой старик медленно, словно медитируя над каждым произносимым словом, согнул свою морщинистую шею в акте согласия.
— Я, по имени Рональд, — произнес он, будто возвышая этот момент до исторической эпохи, — выступаю перед вами от имени могущественного монарха Бычерога. Внимательно я слушал ваше предложение, и от его имени я выражаю согласие на сделку по вашим условиям.
— Отлично! Давайте немедленно, приступим к акту подписания этого грандиозного соглашения. Я убежден, что этот документ станет светилом, освещающим наши дороги к несметным сокровищам, пестрящими множеством благ и великих успехов, словно звезды на бескрайнем небосклоне.
После многих тщательных часов, отведенных на составление и последующий тщательный пересмотр документа, мы оба, с непередаваемым чувством завершения и величия, поставили свои подписи под этим соглашением. Я покидаю свой офис, ощущая внутреннее умиротворение, словно после завершения многолетнего квеста.
Немедленно после окончания этой увлекательной сделки, я спешу написать письмо моему давнему другу. И я как раз призвал свою верную горничную через слуг, чтобы поручить ей важное дело.
Словно таинственная фея, Шарлотта входит в мои священные просторы, с элегантностью и изысканностью каждого движения.
— В чем состоит суть задания, мой дорогой король Ренар? — осведомляется она с ненавязчивой, но внимательной заботой.
Ее присутствие в этот момент обусловлено бесконечной заботой о деле, и она находится в ожидании моих указаний. Она была вызвана во время обучения нового агента, и, вдобавок ко всему, она должна подготовиться к опасной охоте в столице, о чем я известил ее ранее, раскрыв весьма секретную информацию о шпионах.
— Следует отправить нескольких ловких шпионов, способных проникнуть в недра армии Бычерогов и установить связь с нашими верными агентами, размещенными в столице Большероссии.
Глава 20
Великая битва двух армий
— Зачем нужны наши агенты в армии Бычерогов? — Шарлотта задала вопрос, выражая своим взглядом любопытство. В ответ на ее сомнения, я пожал плечами, раскрывая сложность ситуации перед ней.
— Честно говоря, их присутствие там придает этому конфликту некую остроту, — произнес я загадочно. Я заключил сделку с Бычерогом, и моей целью было, чтобы они одержали победу, но не слишком легко. С пушками легко воевать, а ты попробуй без них.
Я повернулся к Шарлотте, надеясь на ее понимание, и добавил:
— Теперь, сколько у нас шпионов в столице?
Шарлотта раздумывала.
— Их десять, — наконец ответила она, выражая свою озабоченность. — Вы собираетесь предпринять какие-то серьезные действия? Если так, то, возможно, стоит отправить еще больше, хотя я не уверена, что все смогут успешно проникнуть внутрь. Охрану там усилили.
Я махнул рукой, словно это было незначительным делом.
— Ничего особенного, — ответил я. — Мне нужно, чтобы они доставили письмо от моего имени и выполнили несколько скрытых задач.
— Письмо? И какие задачи вы имеете в виду? — Шарлотта была удивлена и недовольна. Она покачала головой, не припоминая ничего подобного. — По моим данным, у вас нет никакого друга в столице.
Я медленно вздохнул, моментально осознавая, что должен был ей рассказать больше.
— Да, у меня есть друг… возможно, — наконец проронил я. — Впрочем, это не твое дело. Возьми лист бумаги и запиши, о чем идет речь в этих секретных заданиях, которые я собираюсь поручить. Потом передашь это своему агенту в Нортарии.
* * *
Одна важная часть моей миссии завершена, но теперь мне предстоит пройти через вторую, более сложную фазу. Усталость начинает охватывать меня, и я тяжело вздыхаю.
Откинувшись на спинку стула, я взираю вверх, в потолок, в ожидании прибытия Ульриха. Моя сделка с Бычерогом обязывает меня перейти на его сторону, и это несет в себе огромные последствия.
Когда слова Шарлотты открыли мои глаза, вдруг передо мной встал вопрос:
«Друзья, правда ли? У вас есть друзья?»
Признаю, что эти слова оказали непередаваемое воздействие на меня. Я осознаю, что её намерения были добрыми и, что она никогда не хотела меня оскорбить. С самого начала моего прибытия в этот мир я никогда не размышлял о том, чтобы заводить друзей.
С момента моего пересечения порога этого мира, мои дни никогда не были спокойными, и каждую минуту я был занят заботами.
Создание различных министерств помогло мне немного снизить нагрузку, но это вовсе не значит, что я освободился от хлопот. Каждый день приносит новые вызовы, и их число постоянно растет.
«Заявить, что я не ценю дружбу, было бы неправдой.»
На самом деле, я бесконечно ценю каждую дружбу, которую я имею. Я запоминаю имена каждого из них и каждое уникальное мгновение, которое мы провели вместе.
К сожалению, иногда мне кажется, что я один в этом мире, кто придает дружбе такое высокое значение.
Для моих друзей я всегда казался всего лишь случайным прохожим в их жизни. Но с течением времени я осознал, что такой взгляд на дружбу больше не устраивает меня.
«И я решил изменить это.»
Теперь для меня друг — это тот, кого можно использовать для достижения высоких целей. Они подобны кирпичам, которые я укладываю и выстраиваю перед тем, как сделать следующий шаг вперед.
Я осознаю, что мое представление о дружбе искажено, но это не сдерживает меня.
«Больше я не завожу друзей из-за искренности, лишь для получения выгоды.»
«Тук! Тук! Тук!»
Как утренний стук молота кузнеца, этот неожиданный звук проникает в мои размышления. Мой взгляд стремительно переключается на дверь.
— Войди, Ульрих.
Дверь медленно раскрывается, но в этом движении чувствуется замешательство.
С небольшой долей беспокойства в голосе я спрашиваю:
— Что случилось? Почему ты стоишь там, как вкопанный?
— А! Н-Ничего, ваше величество. Прошу прощения, — Ульрих быстро влетел в комнату и сел на край кресла передо мной. — Что вы хотели узнать, ваше величество?